Элизабет Стюарт - Где обитает любовь

Какой-то странный покой сразу же охватил Ричарда в этой комнате. Будто стянутая до предела пружина стала медленно ослабевать, постепенно раскручиваться.

— Милорд! Я хочу, чтобы вы это видели.

Священник откинул с кровати одеяло, под которым скорчилась неподвижная девочка, только прерывистое дыхание и стоны показывали, что она жива и страдает от сильной боли. Обнаженное худенькое тело было покрыто кровоподтеками, на бедрах и ляжках темнела запекшаяся кровь.

Ричард содрогнулся. Девочка могла бы вырасти, расцвести я стать красавицей, но этот цветок безжалостно растоптали.

С каменным лицом отец Дилвейн осторожно повернул девочку на бок и указал Ричарду на худенькие ягодицы, покрытые глубокими царапинами и ссадинами.

Ричард сам поторопился вернуть покрывало на место.

— Кто? Кто это совершил?

— Они не представились, — со злой иронией откликнулся священник и пообещал: — С этого дня наши вооруженные мужчины будут охранять деревню.

— Король не дозволяет уэльсцам брать в руки оружие, — возразил Ричард.

— Но позволяет нарушать законы, им же самим установленные?

— Я заберу девочку в замок. Пусть Элен попробует вылечить ее. Твоя соотечественница знает много рецептов.

— Ты, Ричард, добр, но не все твои люди таковы, — угрюмо проговорил отец Дилвейн. — Неизвестно еще, что ждет девочку в твоем логове.

— Не все мои люди такие звери. Нельзя по одной паршивой овце судить обо всем стаде.

Он с тревогой посмотрел в темные глубины глаз священника. В них вот-вот могла вспыхнуть искра, способная зажечь пожар в душах. Не вспыхнет ли так же Элен при виде невинной девочки, ставшей жертвой английской солдатни?

— Я обещаю наказать виновных.

— Зачем обещать то, что не в твоих силах? — промолвил священник. — Ты один, а злых людей множество. Вряд ли ты справишься с полчищами зла, даже если твой король тебя и поддержит.

Ричард ничего не ответил. Он вызвал Симона и потребовал принести носилки. Двое уэльсцев вызвались отнести растерзанную девочку в замок.

Ричард остался возле жилища священника. Церковный двор постепенно заполнялся грозно молчащей толпой. Отец Дилвейн как-то странно посмотрел на Ричарда.

— Тебя ждет еще один горький сюрприз. Пожалуйста, не отходи, держись рядом со мной, — произнес он приглушенно.

Они пересекли двор. Люди внешне почтительно расступались перед ними, но их едва сдерживаемая злоба тяжело давила на Ричарда.

У порога церкви священник посторонился. Ричард толкнул тяжелую дубовую дверь и вошел внутрь.

Множество смоляных факелов горели в кованых скобах вдоль стен. От внезапно яркого света Ричард зажмурился. С тревогой он заметил, что уэльсцы, собравшиеся в церкви, сжимают в руках различные предметы, которые при желании могли стать грозным оружием.

Он вгляделся в лица и узнал Хейвидда Села, который первым и подал голос:

— Однажды ты сказал, что мы можем не бояться требовать справедливого суда над англичанином. Такое время пришло.

Вид у уэльсца был угрожающим. Он стал наступать на Ричарда, и тому пришлось оттолкнуть его. Властным жестом он заставил людей расступиться. И тогда Ричард увидел трех солдат из отряда де Визи, связанных по рукам и ногам и брошенных на пол перед алтарем.

Четвертый же не был связан. Он стоял в углу и дрожал мелкой дрожью, голова его была опущена.

Пораженный Ричард на какое-то время застыл в безмолвии. А затем разразился громовым воплем:

— Филипп?! Ты, грязный подонок!

Филипп отшатнулся, пробормотал едва слышно:

— Я не хотел… не думал… вышло все не так… Мы пришли сюда поразвлечься…

— Поразвлечься?! Ты называешь развлечением то, что вы сотворили с этой девочкой?

Филипп все же пытался оправдываться:

— Не кричи на меня. Она всего лишь уэльская дикарка… ничтожество… через пару дней она обо всем забудет.

Ричард шагнул к Филиппу и с размаху ударил его по лицу. Юноша упал на колени.

— Ты трогал ее? Трогал?

— Да… я был с ней. Я взял ее силой, — признался Филипп. — Но она была в порядке, когда я ее оставил. Я не ранил ее, не бил… Клянусь!

— Когда ты ушел?

— Не помню… мы пили… много пили… — лепетал в страхе Филипп. — И эля нам не хватило. Я отправился поискать еще эля… Клянусь спасением души, я не знаю, что они делали там без меня…

— Значит, ты оставил девочку наедине с этими волками из свиты де Визи? Как ты мог? Если уж ты завел себе таких приятелей, то следил бы за ними в оба.

— Мы были пьяны и хотели женщину. Ты запретил приводить в крепость шлюх… вот мы и отправились сюда… — Филипп тяжко вздохнул. — Мы увидели эту девчонку в первой же хижине, куда зашли. Я попользовался ею. Но я ее не бил, поверь мне, Ричард! Я не думал…

— Ты не думал, ты не хотел… Может, скажешь ей это сам? Может, она будет счастлива от тебя это услышать?

Уста Ричарда источали яд.

— А как начался пожар?

— Кто-то, должно быть, услышал ее крики и прибежал на помощь. Нам преградили путь люди с дубинками. Чтобы отделаться от них, мы на бегу подожгли парочку хижин.

Ричард схватил брата за ворот туники, рывком поставил на ноги.

— За один час ты разрушил все, что я строил месяцами. Ты мерзок, меня воротит от твоего вида, гадкий ублюдок!

Он снял золотую цепь с шеи юноши, обернулся и поискал взглядом отца Дилвейна.

— Я хочу, чтобы это передали родным пострадавшей. Это, конечно, малое возмещение…

По церкви пробежал изумленный ропот, когда священник показал цепь толпе. Единственное звено этой цепи стоило больше всех сгоревших этой ночью хижин.

— Почему ты распоряжаешься моей цепью? — возмутился Филипп. — Ты не имеешь права, она моя!

— Да? Так ли это? А мне сдается, что куплена она на мои деньги. На те, что я посылал отцу на ведение хозяйства. Сейчас это золото выкупит тебе жизнь. Следовало бы, конечно, оставить тебя здесь, на расправу… но ты все же мой брат.

— Сводный брат! — огрызнулся Филипп.

— Да, сводный. Слава богу, что не моя мать произвела на свет подобного мерзавца!

Ричард поглядел на связанных пленников и распорядился:

— Выведите всех наружу!

В церкви было нестерпимо жарко, но в ночи Ричард не ощутил желанной прохлады. Отвратительный запах гари еще не рассеялся. Толпа во дворе стала многочисленнее и гуще. Воины Ричарда и уэльсцы стояли плечом к плечу. Все ждали от него решения.

— Слушайте меня! — возвысил Ричард голос. — Эта насильники явились сюда самочинно. Это не мои люди, они из свиты моего гостя и будут отвечать перед своим хозяином. К сожалению, я не имею власти поступить с ними так, как они того заслуживают. Но все же я определю им наказание и от себя.