Саманта Джеймс - Идеальный жених

– Да, – немного смущенно, но без тени колебаний поспешила ответить она. – Могу ли я надеяться, сэр?..

Ответом ей стал низкий, чувственный смешок, вырвавшийся из груди Джастина.

– Стоит ли спрашивать, миледи? Одно ваше слово...

Джастин потянулся к жене. Слегка покачав головой, она заставила его остановиться, а легкий толчок рукой опрокинул Джастина на подушки. Он еще ничего не понимал, только догадывался, что Арабелла затеяла какую-то игру, и с нетерпением ждал, что последует дальше. Склонившись к мужу, Арабелла поцеловала его – сначала нежно, но постепенно поцелуй становился все более нетерпеливым и страстным, губы ее слегка приоткрылись, голова склонилась сначала на одно плечо, потом на другое. Джастин не противился, предоставив ей полную свободу делать с ним все, что ей будет угодно, стараясь лежать неподвижно и наслаждаясь тем неистовством, с которым она целовала его.

Вдруг он почувствовал, как острый кончик языка Арабеллы скользнул у него по подбородку, и затаил дыхание. Крепко зажмурив глаза, Джастин упивался неведомым ему доселе наслаждением, когда ее ладони скользили по его коже, гладили широко развернутые плечи, напряженные мышцы груди. Какое-то чувство сродни благоговению охватило его. Ведь это Арабелла, промелькнуло у него в голове. Арабелла ласкает его. Арабелла его хочет...

Каждое ее прикосновение эхом отдавалось в нем, заставляя каждую клеточку его тела трепетать от наслаждения, как будто она держала в своих руках его сердце. Ладошки Арабеллы легли ему на грудь, ее пальцы запутались в густой поросли волос, и он вдруг почувствовал, что она вся дрожит, словно боясь, что он прикажет ей остановиться. Но он не мог это сделать. И не сделал бы, даже если бы от этого сейчас зависела его жизнь.

– Иисусе сладчайший! – выдохнул он, почувствовав, как ее пальцы скользнули вниз, к его плоскому животу, потом еще ниже, к закаменевшим чреслам, и осторожно обхватили основание его дрожащего от нетерпения копья. На лбу у Джастина выступил пот. Ее невинное прикосновение заставило всю кровь в его жилах разом закипеть. Жаркая волна желания охватила тело. Его копье вздрогнуло и восстало, словно вставший на дыбы могучий жеребец. Острая пульсирующая боль пронзила чресла и низ его живота. Господи, промелькнула в его голове безумная мысль, если Арабелла не отпустит его немедленно, он просто сойдет с ума!

Ее губы вновь прильнули к его губам, и Джастин, не выдержав, обхватил ее голову руками и поцеловал ее с голодной страстью. Их языки сплелись в безумном танце наслаждения. Арабелла со стоном прижалась к нему, перекинув через него стройную ногу, курчавый бугорок Венеры терся о бедра Джастина в том же самом невероятно соблазнительном ритме, в котором ее язычок дразняще касался его губ изнутри. Обезумев от наслаждения, Джастин мог бы поклясться, что чувствует, как она истекает соком желания...

Это было невероятно. Это было какое-то безумие. Желание, острое и ослепляющее, вспыхнуло и заполыхало в нем, охватив все его существо. Джастин почувствовал, что больше не в силах терпеть. Скрипнув зубами, он схватил Арабеллу и прижал к груди, ее длинные, стройные ноги обхватили его бедра.

Нетерпеливые пальцы одним рывком задрали вверх тонкую ночную рубашку, обнажив упругие груди. Приподнявшись на локтях, Джастин поймал губами сосок и слегка прикусил его, с удовольствием почувствовав, как тот мгновенно превратился в тугой бутон. А Арабелла, упершись ладонями ему в грудь, изогнулась дугой, и стон наслаждения вырвался из ее груди. Оба лихорадочно ласкали друг друга, чувствуя, как от страсти и нетерпения постепенно сходят с ума. Отблески догорающих в камине дров плясали на сосках Арабеллы, еще влажных от прикосновения его языка. С поднятой до плеч ночной рубашкой и обнаженными упругими грудями, Арабелла являла собой зрелище куда более соблазнительное, чем если бы была полностью обнажена.

И тогда он дотронулся до нее в том месте, где пухлый бугорок ее женственности нетерпеливо терся об основание его напряженного копья. Коснулся узкой, влажно поблескивающей щели. Коснулся крохотного узелка бархатистой розовой плоти, истекающей желанием. И когда Арабелла, содрогнувшись, хрипло вскрикнула от наслаждения и забилась в его руках, Джастин понял, что не в силах дольше терпеть.

Его руки обхватили ее грудь.

– Возьми меня, – каким-то странным, осипшим голосом приказал он. А потом, обхватив Арабеллу за бедра, направил свое копье в ее шелковые ножны. Одним мощным, длинным толчком он наполнил ее всю и замер, закрыв глаза и не в силах вздохнуть. Ошеломленная Арабелла опустила глаза, потрясенная этим новым для нее ощущением. Заметив выражение ее лица, Джастин едва не рассмеялся, но она шевельнулась, и его смех перешел в хриплый стон.

Не в силах справиться с собой, Джастин задвигался резкими, упругими толчками. Волосы Арабеллы огненным водопадом струились вокруг них, почти закрывая обоих с головой. При каждом его толчке тело ее содрогалось, выгибаясь дугой, хриплый крик наслаждения срывался с ее губ. Какое-то ожесточение овладело Джастином. Он был глубоко внутри ее, но сейчас ему было этого недостаточно. Одним быстрым движением он перевернул ее на спину и тяжело рухнул на нее сверху. Она была нужна ему – нужна так, как никто и ничто прежде. На какое-то краткое мгновение ощутив это, Джастин едва не взорвался. Он почувствовал... что боится. Боится так, как не боялся никогда в жизни.

Содрогнувшись под ним, Арабелла слабо застонала. Пальцы ее вцепились в его плечи, и Джастин увидел, как она широко раскрыла затуманенные страстью глаза. Тело ее сотрясала дрожь.

– Джастин, я хочу...

– Знаю, любимая. – Он осторожно коснулся поцелуем ее припухших губ. Потом поцеловал ее шею.

Толчки Джастина участились, стали короткими и резкими. Он готов был сделать все, что угодно, лишь бы доставить ей наслаждение. Пальцы Арабеллы коснулись его напряженных бедер, вздувшиеся мускулы которых по своей твердости больше походили на камень.

– Да... – выдохнула она. – О да...

Джастин не останавливался. Невероятное, чисто мужское тщеславие вдруг охватило его. Да, пронеслось у него в голове. О да! Все, что было ему нужно, – вот оно, перед ним. В его руках! Потому что все, что ему нужно, – это она...

Это было последнее, о чем он успел подумать. Потому что в следующий миг шквал восторга накрыл его с головой и, закружив, унес куда-то вместе с прильнувшей к нему Арабеллой...

Глава 19

В отличие от их первого дня в Лондоне, до отказа наполненного событиями и эмоциями, следующие две недели прошли на редкость гладко. Похоже, оба они на удивление легко приспособились к супружеской жизни. Пару раз, желая побыть вдвоем, они вечерами оставались дома и в этих случаях с удовольствием вели себя, как и положено примерным супругам, к вящей радости Арабеллы. Джастин ни на шаг не отходил от жены. Он был чутким и внимательным, нежным и заботливым, и не только, когда они оставались вдвоем, но и при всех.