Джо Беверли - Черный маркиз

— Пойдем исполним роли богов и начнем праздник.

Бей был явно в приподнятом настроении. Он отодвинул потайную панель и легко устремился вверх по лестнице туда, где сидели музыканты.

Они прекратили играть феерическую музыку и начали менуэт. Бей увлек за собой Диану по галерее, затем раздвинул темные шторы, так что она увидела прямо перед собой искусственную луну, а также устройства, создающие эффект звезд. Тем не менее ощущение волшебства не пропадало. Пока маркиз с ней, волшебство не исчезнет.

С высоты, как и положено богам, Диана увидела также танцующих внизу людей.

— Тебе нравится? — спросил он.

Она повернулась к нему:

— Очень.

Она осмелилась обнять его за талию и наблюдала за веселящимися внизу гостями, чувствуя рядом его тепло, а также его руку на своем плече. Никогда еще ей не было так хорошо и спокойно.

Когда окончился первый танец, она вдруг встревожилась и спросила:

— А де Кориак может оказаться здесь?

— Нет. Все гости при входе обязаны были снимать маски, и Стрингл — человек, который участвовал в похищении, — проверял каждого из них.

— И люди не возражали?

— Им объяснили, что все это делается для безопасности короля. Кстати, он здесь в римских доспехах и золотом шлеме. По такому случаю все входы охраняются, так что опасаться нечего.

— Я бы осталась здесь с тобой навсегда.

Бей привлек ее к себе.

— Порой боги бывают милостивы. Прошу прощения за то, что я избегал тебя сегодня. Мы могли бы провести этот день…

— Не надо. Не надо угождать мне.

— Я всегда к твоим услугам. А разве ты относишься ко мне иначе?

У нее перехватило дыхание. Куда ведет этот разговор?

— Нет, хотя иногда мне надо побыть одной. Я предоставила бы тебе такую же свободу.

Бей поцеловал ей руку. Она посмотрела ему в глаза, и сердце ее бешено заколотилось.

Несомненно, это означало…

Раздался звук трубы.

Диана вздрогнула и с удивлением увидела, как ярко осветился греческий храм. Рядом на искусственной зеленой лужайке, распростершись, спали дети и один юноша. У всех за спиной были крылышки. Купидон и амуры?

— Что происходит? — спросила она.

Бей засмеялся.

— Это мой сюрприз для тебя, — сказал он. — Однако пойдем скорее вниз. Кажется, я слишком задержался здесь с тобой, любовь моя.

— Любовь? — повторила Диана, но он взял ее за руку и поспешно повел вниз по лестнице. — Погоди, — сказала она, остановившись. — Что ты собирался сказать мне?

Бей притянул ее к себе и быстро поцеловал.

— Потом. Идем скорее. Тебе очень понравится.

Диана радостно засмеялась и поспешила за ним в переполненную бальную залу. Там все сгрудились около храма, так что подойти ближе оказалось невозможно.

— Видишь, — сказал он с усмешкой, — мы опоздали. Я надеялся, у тебя будет более удобное место. — Он увлек ее назад, в одну из искусственных пещер, где поставил на скамейку, а затем сам встал рядом, так что теперь им все было видно.

Его оживленность и приподнятое настроение, а также выражение глаз — все это вселяло в нее надежду, и ей очень хотелось попросить его завершить начатый наверху разговор.

Впрочем, можно и подождать. Вполне вероятно, начавшееся представление тоже являлось своеобразной частью его признания, так как Купидон был богом любви.

Откуда-то донесся чистый голос певца-кастрата:

Солнце садилось в море,

Когда дева Диана-охотница

Со своей непорочной свитой…

На сцену вышла женщина в костюме Дианы в сопровождении четырех служанок в греческих одеяниях, и на всех были античные маски, полностью скрывавшие лица.

…Под сенью рощи заметили

Бога любви и амуров,

Крепко спавших на мягкой траве.

Актриса, исполнявшая роль богини Дианы, запела звучным контральто:

Пусть тираны жестокие спят

И дадут отдохнуть человечеству,

Но как только проснутся они,

Во всем мире не будет покоя.

Ее служанки решили сломать луки и стрелы амуров и приступили к делу. Затем, взявшись за руки, начали танцевать.

Мы одержали победу —

Нам нечего больше бояться,

Так будем петь и плясать —

Теперь Купидон безоружен!

В зале раздались аплодисменты, и актеры продолжили пение, подхваченное присутствующими.

Бей расхохотался, и под ногами у них закачалась скамейка. Диана со смехом ухватилась за ветку искусственного дерева, обретя твердую опору.

— Разве кто-нибудь может устоять против любви? — сказал он, глядя на нее сверкающими глазами, — любовь все равно победит, как и должно быть.

Они потянулись друг к другу, чтобы поцеловаться, когда в хор вклинился мужской голос. На сцене Купидон, разбуженный пением, вскочил на ноги. На нем тоже была маска, скрывавшая все лицо.

— О, жестокая богиня! — запел он сильным, но не таким поставленным голосом, как у актрисы, игравшей роль богини Дианы. — Но я не буду стенать. Я отомщу тебе! — Он взял позолоченный лук.

— Странно, — сказала Диана, — кажется, ему больше подходит роль Марса, чем Купидона, но тогда любовь превратилась бы в сражение.

Она насмешливо взглянула на Бея, но он в этот момент внимательно смотрел на сцену.

— Осталась одна несломанная стрела. — Купидон поднял ее с земли и вставил в лук. — И чье же сердце… — Маска повернулась к зрителям, внимательно разглядывая их. — Поразить ею? Дамы и господа, — неожиданно продолжил он обычным голосом, — кто хочет испытать любовь или полюбить с еще большей силой?

Диана вздрогнула, а Бей внезапно соскочил со скамьи и исчез в толпе. Каждый хотел протолкнуться вперед, стараясь быть поближе к богу любви.

Бей отчаянно пробивался к высокому человеку в золотом шлеме римского воина, который стоял прямо перед помостом. Это был король.

Ему грозила опасность?

Казалось, каждый в зале хотел, чтобы Купидон остановил на нем свой выбор. А стрела любви все продолжала искать цель.

Диана вдруг обратила внимание на акцент Купидона. Он, несомненно, был иностранцем. Вполне возможно, итальянцем, как большинство оперных певцов. А что, если француз? И голос его явно не был поставлен.

Де Кориак?

Бей приближался к королю, и ей хотелось предупредить его. Хотя, разумеется, маркиз уже догадался и потому так поспешно покинул ее.

Но ведь де Кориак хотел убить именно Бея.

Король смеялся и аплодировал вместе с остальными.

Затем раздался его голос:

— Порази меня, бог любви. Я хочу еще крепче любить свою королеву!