Флора Спир - Дурман любви

– Я не могу без тебя жить!

– Джек!

Больше она ничего не смогла выговорить, ибо растворилась, утонула в нем, в его безбрежной любви. Теперь она знала, что любовь существует, и на один из ее вопросов был дан исчерпывающий ответ. Она не могла вернуться в двадцатый век, потому что они с Джеком были связаны навеки, как он и обещал. Они не расстанутся никогда – разлука означала бы верную смерть для них обоих.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

– Отчего ты все эти недели ночью оставался в своей спальне? – спросила Клари.

– Решил, что это необходимо, хотя, признаться, мне было нелегко. Наверное, ты заметила, я был не в духе.

Джек поцеловал ее чуть ниже пупка.

– Тогда почему ты не приходил?

Рука его скользнула по ее бедрам, и она с трудом удержалась, чтобы не застонать от наслаждения.

– Начнем с того, что нужно было дать твоему гневу остыть. Помнишь, в какой ярости ты была, когда я вернулся из Уилмингтона?

– Ну, этого я никогда не забуду… впрочем, не забуду и твою ярость.

Губы Джека опустились ниже, к самым чувственным и укромным местечкам, и Клари судорожно вздохнула.

– А еще я подумал, что после столь длительного воздержания наша брачная ночь будет просто незабываемой, – шепнул он.

– Так оно и случилось. Джек, ох, Джек, перестань… Нет, еще, пожалуйста, еще… О Господи!.. – Он понимающе усмехнулся, и тут Клари не сдержалась. – Я вышла замуж за сумасшедшего! Как это тебе удается доводить меня до такого состояния?

– А как тебе удается болтать в таком состоянии?

Но она уже умолкла – просто была не в силах отвечать. Волна наслаждения захлестнула ее, и она лишь сильнее прижималась к Джеку. Только много позже, когда голова его покоилась на ее животе, а она играла его шелковистыми волосами, ей удалось заговорить.

– Мы ведь так до сих пор и не закончили наш спор, – шепнула она.

– А мне показалось, что закончили. Я исполнил три твоих требования, и мы поженились. Вы с сестрой, кажется, почти подружились. Так что причин для разногласий больше нет.

Клари прикусила губу. Она не могла решить, рассказывать ли о том дне, когда она открыла верхний ящик комода, того самого комода, который стоял напротив их кровати, и нашла там письмо маркиза, его отца. В этом письме было много загадок, но Клари решила все-таки не портить брачную ночь и от вопросов удержалась. С письмом можно подождать. Однако ей захотелось дать ему шанс. Пусть он сам признается во всем.

– Вы с Филиппой кое-что скрыли от меня. Джек поднял голову и пристально посмотрел на нее.

– Любовь моя, позволь дать тебе один совет – совет супружеский. Не заглядывай туда, куда не следует. Для меня крайне важно, чтобы ты мне доверяла. Я бы не хотел лишиться твоего доверия.

– Боюсь, так у меня не получится. – Она погладила его по голове, провела рукой по щеке и губам. – Сложность в том, что я слишком тебя люблю и хочу знать про тебя все. Но мне не хотелось бы причинять тебе боль, Джек.

– Тогда не старайся ничего выведать и поверь, сердце мое, ты знаешь все, что тебе нужно знать. Я люблю тебя и буду любить всегда.

– Хорошо. – Она обняла его за плечи, он успокоенно вздохнул и снова опустил голову. – С сегодняшней ночи я буду поступать так, как хочешь ты.

В Богемия-вилидж Джек и Клари вернулись только спустя две недели после свадьбы, в субботу. Дни летели незаметно, погода стояла теплая. Клари никогда не чувствовала себя такой счастливой – счастливой и спокойной. Тошнота по утрам почти прошла, ночи она проводила в объятиях Джека, а днем занималась хозяйством. Уборка урожая подходила к концу. Джек с Сарой настаивали на том, чтобы после обеда она отдыхала. Иногда муж присоединялся к ней.

– Я хочу, чтобы завтра ты съездила со мной в город, – сказал он как-то днем. Солнце за окном стояло низко и золотило последними лучами обнажившиеся ветви деревьев, качавшихся на ветру. – Я хочу кое-что тебе показать. Надеюсь, сюрприз будет приятным.

– С тобой я поеду куда угодно, – довольно промурлыкала она. – Это связано с «Клари-Розой»? Наш шлюп приходит в Богемия-вилидж? Я так хочу подняться на борт!

– «Клари-Роза» завтра должна быть в Балтиморе, – ответил Джек. – Сэм направляется с грузом из Филадельфии на юг.

– Значит, твой сюрприз имеет отношение к Розе?

– Ты одна из самых упрямых женщин на свете. Не дразни меня, не то я за себя не ручаюсь.

И он подтвердил свои слова делом, обняв Клари так крепко, что у нее захватило дыхание.

– Ты не понимаешь, я ведь даже краснеть разучилась, – шепнула она, отвечая на его ласки. – И все из-за тебя.

На следующее утро, перед тем как выехать с фермы, Джек подарил ей синюю шерстяную накидку. Она знала, каким образом он добывает подарки для нее – их покупал, по его просьбе, Сэм и оставлял в Богемия-вилидж каждый раз, когда проходил по каналу. Но Клари никак не могла понять, как Джеку удается незаметно пронести их в дом и спрятать так, что она ни о чем не догадывалась до тех пор, пока он не вручал ей новый подарок.

– Сегодня она тебе понадобится, – сказал Джек, укутывая ее плечи в накидку.

– Ты становишься сверхзаботливым мужем.

– Надеюсь, это комплимент. Застегнув ей застежку у ворота, он поцеловал ее в губы.

– Разумеется, комплимент, – сказала она с улыбкой. – После смерти родителей все подарки я делала себе сама. Только недавно я поняла, как мне нравится, что ты обо мне заботишься. Мне хочется быть самостоятельной, но любовь и забота – это удивительно приятно.

Новая накидка пришлась удивительно кстати: по пути в Богемия-вилидж задул холодный ветер, а посеревшие облака указывали на то, что в любую минуту может пойти дождь или даже снег.

– Вот мы и приехали, – сказал Джек, останавливаясь на обычном месте на рынке у канала.

Осень была на исходе, так что особенно торговать было нечем – только несколько фермеров привезли корзины с яблоками и поздние тыквы. Впрочем, повсюду происходил бойкий обмен, но Клари не обратила на это внимания – более того, не заметила, как Джек мгновенно сбыл свои фрукты какому-то человеку на лодке. Молодую женщину совершенно потряс дом Розы.

– Господи! – воскликнула она. – Просто глазам своим не верю!

Последний раз она видела дом перед свадьбой. С тех пор его успели полностью восстановить. С фасада пристроили новую веранду с резными колоннами и широким крыльцом, выходившим на улицу. Старый дом был из неструганых досок, а этот был выбелен, и ставни на всех окнах окрашены в черный цвет.

– Джек, это и есть твой сюрприз?

– Именно так. Мисс Анлерсдоттир держит теперь постоялый двор – комнаты для гостей с обедами.

– Ей осталось только переменить фамилию, – заметила Клари.