Джо Беверли - Цветок Запада

— Ты все делаешь прекрасно, но нам нужно все закончить. Дорогая моя, постарайся кончить вместе со мной.

Имоджин не понимала, что он имеет в виду, но он начал импульсивно двигаться под ней, держась за ее бедра. Сначала ей было больно, но потом полегчало, и она поняла, каково ему было все это терпеть.

Имоджин страстно желала доставить удовольствие мужу. Она делала все возможное и любила его так, словно для них уже не будет завтрашнего дня.

Предполагалось, что они должны были разговаривать между собой, но она уже не могла. Имоджин могла только кричать, и ей даже хотелось вопить во все горло. Но ей не следовало этого делать, потому что тогда обязательно бы прибежал караульный. Имоджин закусила руку и двигалась все быстрее, наблюдая за реакцией мужа. Он же почти задыхался и без конца мотал головой. Потом Имоджин ощутила, как глубоко внутри нее взорвался фонтан его семени, и сильнее прикусила пальцы.

Имоджин поняла, что он чувствовал прошлой ночью. Сейчас и она была не удовлетворена, но ей было приятно доставить удовольствие мужу.

Фицроджер вышел из нее и повалил ее на спину прямо на землю. Его губы заглушали ее крики, пока руки не довели Имоджин до экстаза. На сей раз он действовал гораздо напористее и глубже, чем в прошлую ночь. Испытав оргазм, Имоджин почувствовала необыкновенную слабость. Потом она словно в полусне лежала в объятиях мужа.

— Эй, вы там! Я сказал, чтобы вы постоянно разговаривали!

— Заткнись ты! — заорала Имоджин. — Я закричу, если он попытается меня убить, понял?!

— Тебе следует дать по морде, — заворчал караульный, но все же оставил их в покое.

Фицроджер стал корчиться от смеха. Имоджин стукнула его по спине.

— Что ты в этом нашел смешного?

— Сейчас мне все кажется смешным, — сказал Тайрон и нежно обнял жену. Несколько дней назад она даже не могла себе представить подобного нежного отношения.

— Если я умру, то умру счастливым! — блаженствовал он.

После его слов она сразу же вспомнила обо всем.

— Ну, мне бы не хотелось этого, — сказала Имоджин, вырываясь из его объятий. — Тай, мне кажется, что ты слишком расслабился.

— Неужели? — сказал он, сел и обхватил руками колени.

У него были растрепаны волосы, и он действительно выглядел очень счастливым. Имоджин с трудом его узнавала.

— Так будет всегда? — спросила она его.

— Надеюсь, нет. Мне бы хотелось заниматься любовью медленно и нежно, а вокруг чтобы была тишина и никакой опасности. Я буду доволен, если даже нам придется не-, много умерить нашу безумную страсть.

Имоджин взглянула на свой разорванный подол. Она подумала, на кого же она стала похожа, но теперь ей было на все наплевать.

— Ты действительно так считаешь? — спросила она Тайрона.

— А ты думаешь, что я соглашусь всегда любить тебя в сырой пещере, опасаясь за наши жизни?

Имоджин внимательно посмотрела на него и спросила:

— Ты имеешь в виду настоящую любовь?

Фицроджер немного пришел в себя.

— О Имоджин, — вздохнул он, — я не знаю. Если любовь существует, я ничего о ней не знаю. Ты мне очень дорога, и я стану тебя , защищать, если даже мне придется распрощаться со своей жизнью.

— Ты бы женился на мне, даже если бы я была страшной старой каргой? — продолжила она допрос.

— Да, конечно.

— И ты бы отдал за меня жизнь?

— Естественно.

— И ты бы довел брачные отношения до конца?

— Да, но, наверно, не ждал бы так долго.

— Я опять начинаю бояться тебя.

— Постарайся не бояться. Толку от этого все равно никакого не будет.

— Нам нужно что-то придумать, — предложила Имоджин.

— У тебя есть какой-нибудь план?

— Да. Но нам придется в кромешной темноте пробираться через подземные ходы.

Потом Имоджин вспомнила, что это значит для него.

— О! Прости меня, я ведь совсем забыла…

— Да, но я пытаюсь не думать об этом.

— Тебе не стоит так бояться, — хитро глядя на него, сказала Имоджин.

— Наверно, если я побью тебя, мне станет немного легче, — сурово сказал Тайрон, но его глаза продолжали ласково смотреть на нее.

— Караульный решит, что ты меня пытаешься убить.

— Но когда он увидит, что я просто решил проучить свою жену, он поддержит меня. Ты же, наверно, поняла, что ему не нравятся слишком дерзкие женщины. Ну а теперь продолжай. Расскажи мне о своем плане, моя амазонка.

— Ворбрик пока не догадывается, что он не сможет протиснуться через потайной ход.

— Правильно, — заинтересовался Фицроджер. — Доверит ли он одному из своих людей отправиться туда без него? Вероятно, да. Ведь у них не будет другого выбора.

— Значит, у нас появится шанс на спасение. Тайрон отрицательно покачал головой.

— Чтобы гарантировать твое благоразумие, он оставит меня своим заложником. Пойми, что я даже буду рад этому.

— — Нет! — взмолилась Имоджин. Фицроджер заглянул ей в глаза и стал убеждать.

— Имоджин, я все равно не смогу побороть этот проклятый страх. По сравнению с ним смерть мне кажется благом!

— Но ты же отправился вслед за Рональдом…

— Да, и это был самый храбрый поступок в моей жизни. Сначала я пробирался на ногах, потом полз и кричал, пока они не вернулись обратно.

Имоджин не сводила с него глаз. Она не верила, что Тайрон может быть так откровенен с ней. Девушка не знала, что ему сказать, и просто вложила ему в руку свою маленькую и нежную ручку.

— Я очень хотел на четвереньках выбраться оттуда, но они подумали, что когда я выберусь наружу, то могу свалиться со скалы. Наверно, они были правы. Ренальд решился на самый верный шаг — он стукнул меня по голове, и я потерял сознание. Они побоялись оставить меня так и тащили с собой по подземелью. У меня до сих пор остались ужасные синяки. В конце концов я пришел в себя, но мне удалось не сойти с ума — я закрыл глаза и все время повторял себе, что нахожусь в огромном светлом зале. Но как только мы выбрались из потайного хода, меня стало просто выворачивать наизнанку.

— Я знаю, — тихо сказала Имоджин. — Тебя видели слуги. Но они решили, что ты чем-то отравился.

— А ты? Что подумала ты?

— Неужели ты считаешь, что я могу плохо думать о тебе?

Фицроджер обнял и поцеловал Имоджин.

— Мне повезло с женой. Теперь выслушай мой план, — сказал Тайрон. — Ворбрику придется разделить свои силы. Ты поведешь его людей по тайным ходам в сокровищницу, и, конечно, он пошлет с тобой самых надежных и проверенных приспешников. Если ты убедишь их идти без факелов или сможешь погасить свет, тебе удастся удрать от них. Ты сможешь найти дорогу в темноте?

— Но… — промямлила было Имоджин, но потом решила не рассказывать ему о крысах. Если он смог преодолеть себя и войти в подземный ход, то ей во что бы то ни стало придется преодолеть свой страх. — Да, я смогу, но тебе все равно придется остаться с Ворбриком.