Дороти Гарлок - Ветер надежды

– Покажите нам прежде всего туфли, если они у вас есть, – сказала Элли, копаясь в ридикюле в поисках заветного списка с необходимыми покупками. – Так, а еще ленты, нитки, белое полотно. Какую-нибудь симпатичную ткань для драпировки гостиной. О, еще яйца для праздничного торта!

– Похоже на настоящее торжество.

– Мы приложим все силы, чтобы так и произошло, если, конечно, получится. Уж слишком все внезапно. Но женщина помнит о дне свадьбы всю жизнь, мистер Макклауд, так что есть ради чего стараться. Моя племянница выходит замуж за мистера де Болта, а мой сын женится на этой юной леди.

– Двойная свадьба! Это действительно событие! Но лучше вам не очень-то распространяться об этом, а то к вам в гости нагрянет полгорода. Туфли у нас вон в том углу.

Мистер Макклауд решительно зашагал в другой конец магазина.

Элли подхватила оробевшую Мэри Бэн под руку и пошла вслед за хозяином.

– Нам, пожалуйста, что-нибудь из мягкой кожи. О, кстати, у вас есть белые чулки?

После примерки туфель Мэри Бэн снова постаралась держаться поближе к Генри. А тот сосредоточенно рассматривал коллекцию кожаных плеток, развешенных на бельевой веревке.

– Смотри-ка, Мэри Бэн, это плетка из шести кожаных ленточек. Парень, который сделал ее, слишком слабо натянул ленты да и поленился получше очистить кожу от шерсти. Ты знаешь, что я умею плести плетки даже из восьми ленточек? А однажды я попытаюсь сплести и из двенадцати штук.

– Что-о? Вот здорово! У меня бы не получилось даже просто разрезать кожу так ровно!

– Как-нибудь я покажу тебе, как это делается. Я захватил с собой целый мешок с заготовками.

– Боже, я горжусь тобой, Генри! Чего ты только не умеешь! – Она взяла его под руку и прижалась к нему.

– Ты? Гордишься? Но это же такая безделица!

– Вовсе нет! – возразила она. – Не всякий сумеет взять в руки шкуру и сделать из нее отличный кнут.

– Мы торговали моими кнутами в разных городках по дороге сюда, – заметил он. – Ван говорила, что я помог зарабатывать деньги, пока мы были в пути.

– Еще бы! Господи, да когда я с тобой познакомилась, ты был у всех на подхвате, мастером на все руки! Без тебя они вообще никогда бы не добрались до Доджа.

Генри влюбленно взглянул на Мэри Бэн, стиснул ее ладонь и благодарно улыбнулся.

– Слушай, если ты больше не нужна маме и Ванессе, может быть, мы пройдемся по улице и посмотрим город?

– Я скажу им, что мы уходим.

Они прогулялись немного по тротуару, сошли на грязную проезжую часть, перешли через дорогу и постояли возле высокого, покрытого многолетней пылью продуктового склада. Между складом и видневшимися за ним жилыми домиками стоял столб, от которого тянулся провод. К столбу была привязана корова с колокольчиком на шее, мирно и сосредоточенно что-то жевавшая.

– Здесь, наверное, телеграф, да, Генри?

– Угу, вот этот домик. Такой крохотуля, не сравнить с тем, что в Спрингфилде.

– А что, если мы прогуляемся по другой стороне? Мне так нравится просто гулять по улицам. Я впервые в жизни слоняюсь без дела и смотрю.

– А разве в Додже ты не гуляла?

– Нет, мне там было страшновато. А с тобой мне нечего бояться, Генри.

Они прогулялись до самого конца улицы, еще раз перешли ее и двинулись назад по другой стороне. Медленным шагом они миновали парикмахерскую, перед которой ждал клиентов хозяин заведения. Он приветливо поздоровался с ними. Они также заглянули в маленький переулок, ответвлявшийся от главной улицы, и заметили негра, стиравшего пыль со сказочно красивого ландо.

– Ты только взгляни, Генри. Боже, какая роскошь! Этот негр наверняка богаче даже мистера де Болта!

– Глупенькая! Это же не его коляска. У нас в Спрингфилде тоже было много негров, служивших кучерами.

На улице появилась группа ковбоев на лошадях. Они остановились перед свободной коновязью и привязали лошадей. Звон их шпор и грохот шагов по дощатому тротуару были слышны издалека и невольно привлекали внимание.

– Ха, да это один из тех типов, которые навешали мне лапшу на уши насчет того, что «дом» открывается!

Говоривший это незнакомец обвиняюще тыкал пальцем в сторону Генри. У него были до крови разбиты губы, на щеке алела запекшаяся ссадина, а под глазом чернел огромный синяк. Глаз же еле открывался. Ковбой покачивался на кривых ногах посреди проезжей части, тяжелым взглядом уставясь на Генри и Мэри Бэн.

– Это ведь ты – один из тех, кто сболтнул, что «дом» открывается? – угрожающе прорычал он.

– Э-э… это вы у меня спрашиваете? – Генри видел, что незнакомец злится и вообще настроен враждебно, и слегка растерялся.

– А что, ты видишь кого-нибудь еще? Ты и тот мужик постарше тогда сказали, что «дом» открывается. Разве не так? И глянь-ка, что я заработал, честно рассказав об этом всем и каждому! – Ковбой указал на свое лицо. – Меня так и подмывает разукрасить твою физиономию точно так же.

– Но я вообще не разговаривал с вами, мистер! Мэри Бэн потянула Генри за рукав:

– Пойдем отсюда, Генри.

– Стой на месте и не двигайся! – рявкнул ковбой, намертво вцепившись в локоть Генри, и резко развернул его лицом к себе. – И не думай, что тебе повезет отделаться так просто, лживый сукин сын!

– Отпустите меня. Я ничего… никому…

– Он ничего такого не делал! – Мэри Бэн потянула Генри за руку.

– А я говорю, что он наглый лгун!

– Он никогда…

– Эй! Он даже не надел кобуру, парни! Да перед нами просто вонючий пахарь!

Ковбой притиснул Генри обеими руками к стене дома.

– Ну-ка повтори им, что ты тогда сказал мне! Никто и никогда не посмеет назвать Стэна Тэйлора лжецом!

– Но я… никогда не разговаривал с вами!

– Повтори! – Стэн замахнулся и влепил Генри звонкую пощечину.

– Прекратите! Я…

Стэн тут же заткнул Генри рот кулаком.

– Поосторожнее, Стэн. А то еще сделаешь из парня заику, – с издевкой произнес один из ковбоев, остальные довольно загоготали.

Мэри Бэн в отчаянии огляделась. На улице больше никого не было, так что помощи ждать неоткуда. Хоть бы их услышали Кейн или Джон! Генри пытался что-то объяснить, но Тэйлор продолжал осыпать его ударами. Следовало немедленно что-то предпринять, чтобы выручить Генри, и сделать это должна была Мэри Бэн.

Трясясь от страха, она скользнула в сторону привязанных лошадей. С седла одной из них свисало ружье. К тому времени, когда Мэри вернулась к месту потасовки, ружье уже было в полной боевой готовности. Раздался громкий выстрел. Мужчины дружно повернулись к Мэри Бэн и обратили изумленные взгляды на крохотную девчушку, судорожно, но решительно сжимавшую ружье. По всему было видно, что она знает, как с ним обращаться. Ружье было направлено на ковбоев.