Сара Блейн - Как женить маркиза

Увидев Уилкерса, поджидавшего ее в дверях, она невольно выпрямила плечи и сказала даже с некоторым вызовом:

– Уилкерс, я еду в город, пройтись вместе с миссис Ингрэм по магазинам на Бонд-стрит, а потом, вероятно, мы где-нибудь с тетей пообедаем. Если его светлость станет спрашивать, где я, скажите ему, что я вернусь не позже одиннадцати.

– Хорошо, миледи, – ответил дворецкий, открывая перед ней двери и замирая радом в почтительной позе. – Э-э, прошу прощения, миледи, – добавил он, подбирая слова. – Драпировщикам сказать, чтобы явились завтра?

Констанс, которой в столь деликатной форме напомнили, что сегодня днем она должна была выбирать ткань для штор в парадной столовой, а не ездить на прогулку, подавила желание топнуть ногой и дать волю своему раздражению. Вместо этого она сокрушенно улыбнулась.

– Господи! Вы правы, Уилкерс, – признала она с обезоруживающей откровенностью. – Я совершенно забыла про драпировщиков. Пожалуйста, скажите мистеру Ходжесу, что я решила выбрать ткань с цветочным орнаментом. А то что же ему ездить в такую даль еще раз.

– Как прикажете, миледи, – ответил Уилкерс, ничем не выказав, как поразило его это приказание владетельной хозяйки. Не так-то часто аристократы снисходят до того, чтобы беспокоиться о неудобствах, которые они доставляют простым торговцам. Но ее светлость маркиза, видно, была из другого теста. Впрочем, Уилкерс и раньше об этом догадывался. Ее светлость маркиза была леди в высшем смысле этого слова.

Констанс, и не подозревавшая, что покорила сердце собственного дворецкого, опустила свою ручку на огромную лапу мистера Финни, громадного неуклюжего детины со сломанным носом и оттопыренными ушами. Гадая про себя, где ее муж мог познакомиться с бывшим боксером, она позволила гиганту подсадить себя в карету, поблагодарила его и принялась устраиваться на подушках сиденья. Несмотря на его малорасполагающую внешность, Финни, как подозревала Констанс, был на самом деле добрая душа и в кулачные бойцы попал случайно, просто из-за своих размеров.

Занятая размышлениями о том, какова же была прошлая жизнь мистера Финни и какую роль сыграл в ней Вир, она не обратила внимания на запряженную парой двуколку, которая стояла перед одним из соседних домов и тронулась с места вслед за их каретой. Не заметила она и худенькой фигурки, выскользнувшей из ее собственного дома через конюшни. Фигурка сразу остановила наемную карету и уехала в противоположном направлении.

– Констанс, ты устраиваешь бурю в стакане воды, – заявила ее тетка некоторое время спустя, когда карета уже свернула на Бонд-стрит и остановилась перед шляпным магазином мадам Лаверн. – Полагаю, у всех молодоженов бывают подобные недоразумения. Я сама была настолько глупа, что в какой-то момент решила, что наш брак наскучил полковнику. И все потому, что он все время выдумывал несусветные предлоги, чтобы выйти из дома, и в самые неожиданные часы! Можешь представить себе мое состояние, когда я наконец прямо спросила его об этих отлучках и он объяснил, что просто боится курить сигары в моем доме. В моем доме, Констанс! Как будто это не наш дом и он не имеет права делать в нем все, что ему заблагорассудится! Теперь у него отдельный кабинет, в котором он может с удобствами курить свои гнусные сигары.

– Боюсь, что с Виром дело совсем не в сигарах, Софи, – заметила Констанс, все же улыбаясь теткиной истории. – Если б в сигарах!

– А откуда тебе знать, если ты его не спрашивала? – не отступала Софи, уверенная в своей правоте как замужняя женщина с большим опытом. – Ты должна просто поговорить с Виром, дорогая. Расскажи ему про все те гадости, которые рассказывают о тебе сплетники. Потом спроси, не скрывает ли он что-то от тебя. Покажи ему, что ты обеспокоена. Ты скоро обнаружишь, что это лучший способ утрясти такого рода проблемы. Мы с полковником всегда все обсуждаем.

– Да, но ты не соблазнила полковника и не вынудила его жениться на тебе, Софи, – возразила Констанс, рассеянно теребя шнурок своего ридикюля.

– И ты никого не вынуждала жениться на тебе! – воскликнула Софи, начинавшая уже терять терпение. – Яснее ясного, что твой Вир любит тебя, Констанс. И не надо говорить мне, что он женился на тебе и теперь печется о твоей безопасности лишь из-за какого-то дурацкого кодекса чести. Перестань делать из него святого. Он маркиз де Вир, человек из крови и плоти, даже излишне земной, насколько можно судить по слухам.

Констанс, которой нечего было возразить на последнее утверждение – слишком хорошо она знала, что это правда, – все же никак не могла убедить себя, что поступки ее мужа мотивировались любовью к ней. Софи не знала его так хорошо, как она сама. А Констанс не сомневалась, что Вир вполне был способен совершить все, что совершил, из соображений чести. Это-то и делало его таким необычным человеком.

– Не сомневаюсь, что ты права, дражайшая моя тетя, – сказала она тем не менее. – Прости меня. Я не должна была вываливать на тебя все эти мои дурацкие опасения. Прошу тебя, забудь все, о чем мы с тобой говорили.

– Вот теперь ты и в самом деле говоришь глупости, – рассердилась Софи. Мистер Финни помог ей выбраться из кареты, и она поджидала Констанс, стоя на тротуаре. – Я бы страшно огорчилась, если б ты не сочла нужным довериться мне. В конце концов, в какой-то степени ты заменяешь мне собственного ребенка.

Софи сказала это просто для того, чтобы утешить Констанс. Но к ее удивлению, на глаза молодой женщины навернулись слезы.

– Ты не представляешь, как много ты для меня значишь, дорогая моя тетя, – сказала Констанс, поспешно отворачиваясь. – Я всю жизнь буду тебе благодарна за то, что ты взяла меня после смерти мамы...

– Констанс, Бога ради! – воскликнула Софи и потянула племянницу в шляпный магазин, подальше от любопытных глаз. – Ну что с тобой такое? Сколько лет я знаю тебя, и ни разу еще не видела в таком состоянии.

– Глупо, да? – Констанс шмыгнула носом и неуверенно засмеялась. – Сама не знаю, что на меня нашло. Наверное, это простуда начинается. Не беспокойся, все будет хорошо. Полагаю, шляпка и пара туфель окажутся для меня сейчас самым лучшим лекарством.

А так как прямо перед дамами была выставлена прелестнейшая соломенная шляпка, отделанная зелеными лентами и украшенная страусовым пером, выкрашенным в цвет отделки, то лекарство было опробовано незамедлительно. Собственно говоря, когда дамы вышли наконец из магазина чрезвычайно довольной мадам Лаверн, они уносили с собой две шляпы, три пары туфель и синий, шитый бисером ридикюль под цвет одной пары туфель. И это был еще не конец! Им предстояло зайти в магазин мистера Закери Седжуика, чтобы посмотреть ленты и, главное, совершенно замечательные гребни для волос.