Хизер Грэм - Мятежница

— Да.

— Но что он там делает?

— Перехватывает нашу контрабанду. Он умеет неслышно проползать через топи болот, бесшумно пробираться через заросли, скрываться в тени деревьев. Майор командует небольшим отрядом, и его солдат во Флориде тоже называют «пантерами». Обнаружив место выгрузки контрабанды, он мгновенно нападает, захватывает весь груз и тут же бесследно исчезает со всеми своими людьми. Его отряд уже прочесал всю территорию от Техаса до Южной Каролины, доставляя правительству последние сведения о месте сосредоточения войск конфедератов, их количестве, состоянии и степени вооруженности военных фортов. Теперь их переправили во Флориду, чтобы навести порядок в этом взбунтовавшемся штате. Поэтому, узнав, что вы жена Пантеры, любой офицер федеральной армии отнесется к вам с почтением и глубочайшим уважением. К тому же вы спокойно объясните свое пребывание на корабле тем, что возвращаетесь домой. Кроме того, вы можете стать для нас бесценным помощником в переговорах с иностранцами, добровольно желающими помочь делу южан.

— Насколько я понимаю, одной поездкой дело не ограничится?

— Конечно, нет! Выполнив первое поручение, вы тут же вернетесь и получите следующее. И так далее.

Элайна задумалась. Итак, во Флориде нужны лекарства и медицинские средства для лечения больных и раненых. Перед ее глазами вновь встали измученные лица покалеченных людей, окровавленные бинты, перевязанные головы и ампутированные ноги. Все это она видела лишь час назад, когда вместе с Джулианом и доктором Перси помогала раненым с «Энни Мэй». Но ведь там, в лесах и болотах Флориды, нет ни лекарств, ни каких-либо других медицинских средств! Люди умирают, не получая никакой помощи. Значит, поручение, которое дает ей доктор Перси, очень гуманно и благородно!

— Джулиан знает о том, чем вы предлагаете мне заняться?

— Нет. И вы вольны сейчас же отказаться от моего предложения. Но ведь вы этого не сделаете! Правда?

Всю ночь Элайне снились умирающие раненые солдаты. Она слышала плач их матерей. Сердце у нее разрывалось от сострадания, когда она открыла глаза. Вскочив с кровати, Элайна подбежала к колыбельке спокойно спящего Шона и разбудила его. Недовольный этим, малыш громко заплакал. Элайна подумала, что умрет, если с Шоном, не дай Бог, что-то случится…

На следующий день в госпитале Элайна сказала доктору Перси, что готова исполнять его поручения.

— Итак, Мокасиновый Змей родился! — удовлетворенно констатировал Перси. — Еще раз повторяю: вам нечего, абсолютно нечего бояться!

Элайна промолчала, не сказав доктору Перси о том, что его погибший племянник в свое время сделал ей почти такое же предложение.

И именно это больше всего и пугало ее…

Глава 24

Перед самым Рождеством Джулиан получил отпуск и отправился через весь штат в Симаррон вместе с Элайной. Лили и Шоном.

Встреча с Джарретом была тем более интересной, что он, решительно выступавший за сохранение Федерации и против войны, по-прежнему жил в своем любимом доме на самом юге Флориды, население которой в подавляющем большинстве поддерживало конфедератов.

Джаррет, Тара и Тайя встречали гостей на старенькой дощатой пристани. Джулиан держал под руку Элайну, и она видела, как он волнуется перед встречей с отцом. Тара первой бросилась к Джулиану и обняла его. Потом поцеловала Элайну. Джаррет долго смотрел на смущенного Джулиана и вдруг, широко раскрыв объятия, прижал его к себе. Тот, не выдержав, разрыдался. Элайна поспешно отвернулась, но и у нее самой комок подкатил к горлу.

К тому же Элайна не знала, как себя вести. Сейчас, после фактического разрыва с Йеном, она уже не чувствовала себя полноправным членом семьи Маккензи. И тут подошла Тайя и нежно обняла ее. Тогда и Джаррет обратил внимание на невестку.

— Что ж, дочка, — добродушно усмехнулся он, — мне приходится смириться с твоим статусом мятежницы и конфедератки. Хотя, боюсь, ты нанесла глубокую душевную рану моему сыну. Ну, подойди же ко мне. Все равно я очень рад тебя видеть!

Он крепко и дружески обнял Элайну, и та вновь почувствовала себя в своей родной семье. Она расцеловала свекра в обе щеки и с надеждой спросила:

— Вы что-нибудь слышали о Йене? Как он и где?

— Время от времени мы получаем от Йена письма через его друзей, — сказала Тара. — Судя по последнему, он вполне здоров. И все же я непрестанно думаю о нем и очень боюсь. Йен ведет какую-то смертельно опасную игру! Но так или иначе, ваш приезд, милая, для нас огромное счастье.

Тайя между тем не сводила глаз с Шона. Заметив это, Элайна улыбнулась и подумала о том, что если все они благополучно переживут эту войну, то когда-нибудь ее сын, возможно, станет хозяином Симаррона. Тогда это будет и ее дом…

Элайна на секунду закрыла глаза… Нет, такого никогда не произойдет! Жизнь не вернется в прежнюю колею, как бы им всем этого ни хотелось. Хотя бы потому, что она и Йен Маккензи стали врагами… Ее муж превратился в Пантеру. А этого Элайна никогда ему не простит. Как и муж не простит ей того, что она перешла на сторону конфедератов. Кроме того, сегодня за столом она слышала разговор Джаррета с Джулианом о том, что Симаррон не был сожжен дотла только благодаря преданной старшему Маккензи охране. И еще потому, что его младший сын работает в военном госпитале южан, где о его врачебном таланте ходят легенды… То, что Джулиан спас жизнь не одному мятежнику, знали во всем штате.

Вечером, после ужина, Элайна и Тара сидели в комнате Йена и тихо разговаривали.

— Мне бы так хотелось, чтобы ты и Шон остались с нами, — вздохнула Тара.

Элайна окинула взглядом до боли знакомые стены, дверь на балкон, кровать…

— Я должна вернуться назад вместе с Джулианом и хочу навестить Беламар. Все-таки там мой дом, где я очень давно не была.

— По-моему, здесь тебе и малышу куда безопаснее. Уверена, что и Йен так считает. Элайна глубоко вздохнула.

— Я… Мне очень… жаль… Но есть множество обстоятельств… Видите ли, я считаю справедливым дело южан и уверена, что штаты имеют право на самостоятельность. И кроме того… Кроме того, я не могу забыть… и никогда не забуду того, что… что случилось с моим отцом… Поэтому не могу поддерживать федералистов… Хотя, как и Джулиан, оказываю помощь раненым. Мне очень, очень больно думать о том, что Иен… Скажите, Тара, он ничего не писал вам обо мне? Я написала ему, и Джулиан обещал передать письмо через друзей. И конечно, передал. Но ответа я не получила… Так что просто не знаю…

— Йен очень зол на тебя.

— Но…

— Но думаю, все-таки тебя любит. А теперь вижу, что и ты его любишь. Это прекрасно. Любовь пробивает себе дорогу даже во время войны… Ну что ж, похоже, мне не удастся переубедить тебя и ты все равно уедешь. Тогда остается одно: молиться. Молиться о том, чтобы скорее на нашей земле воцарился мир…