Карен Хокинс - Невеста в «шотландке»

— Хорошо! — произнес он, положив другую руку ей на талию. Дрожь пронзила все ее тело, но Кэт решительно проигнорировала ее.

Его глаза заблестели, встретившись с ней взглядом.

— Осталась самая легкая часть, — все, что тебе нужно делать, — это следовать за мной.

— Что?

— Просто следуй за мной, — повторил он.

— Но я…

Громче зазвучала музыка, и Девон начал танец. Осознавая, что все взгляды сейчас были направлены на нее, Кэт, старалась изо всех сил быть на высоте, хотя постоянно сбивалась со счета. Она оступалась несколько раз, и даже шагнула влево, когда Девон сделал шаг вправо.

Его дыхание ласкало ее волосы.

— Я вижу, что нам придется еще потренироваться над этими шагами.

— В этом нет никакой нужды, — сухо ответила она, сожалея о том, что вообще пришла сюда. О чем она вообще думала? Ей следовало отказаться. А теперь, чтобы улизнуть отсюда, понадобятся какие-то решительно радикальные меры. Быть может, ей изобразить небольшое падение и обморок; когда-то она была свидетельницей подобного случая на балу, после чего несчастная женщина поспешно скрылась. Но, по-видимому, смелость Кэт вместе с ее удобной одеждой, осталась дома.

Как же она ненавидела то, что сейчас каждый впился в них взглядом. К этому моменту, все, должно быть, уже узнали ее, и весь их танец, пристально рассматривается, анализируется и обсуждается с выдвижением различных предположений, и все это будет продолжаться до тех пор, пока то, что останется, даже отдаленно не будет напоминать правду.

— Кэт, — совсем близко прозвучал голос Девона. — Расслабься, милая. Доверься мне, и мы выберемся из этого лабиринта жутких танцоров.

Она посмотрела прямо ему в глаза.

— Какое отношение к танцам имеет доверие?

— Следуя за кем-то в танце, тебя ведут, потому, как, танцуя спиной вперед, ты не видишь куда двигаешься. Я часто задумывался над тем, что люди просто не понимают, как должно быть трудно порой дать человеку, которого ты едва знаешь, вести тебя в беспорядке танцующих пар. Но мы друг друга знаем, ты и я. И если между нами и существует нечто настоящее, то это доверие.

Она и ранее задумывалась над этим, и, возможно, он был прав. Многое изменилось в тот миг, когда она осознала, что привилегия находиться рядом с Девоном, имела свою цену, — ее сердце. Но в этом не было его вины. Ведь он с самого начала был честен с ней.

Встретив его взгляд, она заметила лукавый блеск его глаз, устремленных на нее.

Невольная улыбка сорвалась с ее губ при виде этого лица, озаренного надеждой.

— Я доверяю тебе.

— Я знаю, — так просто ответил он. — Расслабься, моя прелестная Кэт. Позволь вести тебя. — С этими словами, он притянул ее ближе. — А ты тем временем, наслаждайся.

И хотя лишь на мгновение, но она наслаждалась, пока ее сознание не пронзила мысль. Между другими танцующими парами был почти целый фут расстояния, в то время как между ней и Девоном едва ли насчитывалась пара дюймов.

— Не думаю, что ты должен находиться так близко.

Его подбородок коснулся ее волос.

— Мне нравится.

Помолчав еще мгновение, она подняла свою голову и спросила.

— А почему вести всегда должны мужчины?

Его губы слегка дрогнули.

— Я сам не раз задумывался над этим. Мы можем поменяться ролями. Ты бы не хотела повести немного?

А хотела бы? Поразмыслив немного, она кивнула:

— Конечно.

Он улыбнулся и позволил ей вести. Как бы ей хотелось сказать, что она справилась с задачей, но это было бы ложью. Она дважды натыкалась на другую пару, и даже едва не заметила маленький столик у двери.

Но на этом инциденты закончились, и она начала понимать, каково это, вести в танце. Совсем расслабившись и отдавшись ощущениям, она стала замечать, как близко находилась его грудь, его рука, обнимающая ее за талию, его тело окружающее ее.

Музыка не смолкала ни на минуту, все сильнее увлекая их в водоворот танца. И где-то, в самом центре непрекращающегося веселья, между ними начало постепенно зарождаться желание.

Кэт, отдавшись на волю ощущений, окутанная его объятиями, сильнее прижалась к нему.

Их тела, находящиеся так близко друг к другу, прижались еще теснее, не желая расставаться.

Томление все нарастало, и Кэт, закрыв глаза, позволила музыке вести ее.

Их движения становились все медленнее и медленнее, а желание, словно волнами омывало их тела. Сейчас не существовало больше никого, кроме них двоих. Наконец, его сильные руки обняли ее, а его губы спустились от волос, к щеке, ко рту.

И она пропала. Кэт отвечала на его поцелуй с не меньшей страстью, чем он дарил ей, наслаждаясь ощущением близости Девона, ее Девона, рядом, внутри. Его руки заскользили вниз по ее спине, пока интимно не обхватили ее нижнюю часть. И в этот самый миг, Кэт осознала, что больше не слышит музыки. Как не было слышно и чьих-либо голосов.

В действительности, зал находился в полнейшей тишине.

Кэт открыла глаза и прервала поцелуй, размыкая объятия. Абсолютно все гости смотрели на них.

Кто-то с улыбкой.

Кто-то с возмущением.

А некоторые были так шокированы, что могли лишь стоять, разинув рты. Милостивый Боже, они же все были свидетелями их с Девоном поцелуя. И что еще хуже, они видели, как он держал ее за задницу.

Среди толпы, Кэт заметила Мюриен, буквально излучающую ярость, и стоящую около нее Фиону, на чьем побледневшем лице читалось беспощадное осуждение.

Боже мой, что же она натворила? Кэт боялась взглянуть в глаза Девону. Это стало воплощением его самого страшного кошмара. Она повернулась к нему, не сводя глаз с верхней пуговицы его жилета.

— Ни слова, — произнесла она приглушенно. — Дай мне…

— Кэтрин!

Неожиданно раздался голос Малкольма.

Он посмотрел решительно на Девона.

— Оказалось, этот бал проводился не зря.

— Малкольм, нет, — начала Кэт.

Он жестом руки заставил ее замолчать.

— Разговоры такого рода следует вести наедине. Пройдем в библиотеку?

Она лишь печально кивнула, надеясь, найти слова, которые могут объяснить все Девону. А тем временем, зал охватила волна шепота. Пока она была тихой, но Кэт прекрасно знала, что будет дальше. Сначала будет слышен лишь слабый шепот, который вскоре перерастет в почти слышимое невнятное выражение недовольства. И вот тогда пойдут обвинения. Они ударят с такой силой, что погубят не только репутацию, но и жизнь.

Как же она могла допустить подобное? Она просто обязана найти способ все уладить, и оградить Девона Сент-Джона от последствий ошибок, которые они оба совершили.

С болью в сердце она переступила порог библиотеки. Девон зашел сразу за ней. Затем Малкольм закрыл за ними дверь и повернулся в их сторону.