Николь Берд - Красавица в черном

– Я надеюсь, ты перекусил. Ты смог разыскать в буфете что-нибудь съедобное? – спросил Джон. Брат улыбнулся.

– Поджаренный хлебец неплох, если обломать обугленные края. А вот почки порекомендовать никак не могу.

Джон покачал головой и заговорил о более важных вещах:

– Спасибо, что помог и проводил нас до дома. Что касается вчерашнего разговора, то тебя, наверное, удивила перемена во мне, но я говорил искренне.

Габриель кивнул.

– Мне очень повезло, что я встретил женщину, которая верит в мою честь и порядочность, несмотря на все мои прежние грехи, совершенные в дни бурной молодости. Я знаю, что должен оправдать ее ожидания, быть таким, каким она меня считает. И меня нисколько не удивляет, что ты хочешь того же.

Джон не мог найти слов от удивления.

– Надеюсь, ты скоро наведешь порядок в своих личных делах, – добавил Габриель, усмехнувшись. – Неутоленное желание, знаешь ли, приводит к бессоннице.

Джон едва не чертыхнулся. Неужто у него все написано на лице? Но он счел нужным протянуть Габриелю руку. И он пожал ее.

– Отец умер. Оставим его покоиться с миром и не станем больше играть прежние роли, которые нам были навязаны в детстве, – произнес младший брат.

– Я согласен, – ответил Джон.

Он вышел вслед за братом на крыльцо и подождал, пока он сядет на великолепную лошадь, которую подвел ему грум. Лошадь вскидывала голову и нетерпеливо била копытами о землю. Экипаж Габриеля тоже был готов к отъезду, но брат предпочел снова сесть в седло.

– Благополучно тебе вернуться, – пожелал ему Джон, удивившись самому себе. За последние два дня они прошли долгий путь! Возможно, что когда-нибудь брат сможет приехать в дом своего детства, скинув бремя тяжелых воспоминаний! И сам он тоже сможет поверить, что мать все-таки его любила…

Он вскинул руку, чтобы помахать младшему брату на прощание, и даже улыбнулся. Правда или нет, что у Габриеля другой отец, но у них одна мать, и она – лучшее их наследство. Наверное, Марианна права насчет ценности семейных уз.

Джон снова захотел увидеть женщину, чей образ непрестанно мелькал в его сновидениях. Но наверное, светские дамы не встают спозаранку, и придется запастись терпением. Уже то, что она находилась с ним под одной крышей, доставляло ему громадное наслаждение и постоянно возбуждало желание, которое Джон старался держать под контролем.

Джон вернулся в дом и в холле наткнулся на лакея.

– Как только миссис Хьюз встанет и спустится вниз, дайте мне знать, – велел он.

– Но она уже встала, милорд, – ответил слуга.

– Как? В столовой ее нет.

– Она наверху, в прачечной, милорд, – пробормотал лакей, отводя глаза. Джон растерялся.

– Какого черта? Не важно… я сам ее найду. Неужели кто-то из его слуг испортил ей платье? Боясь даже думать о более серьезном уроне, он поспешил вверх по лестнице. У дверей в гостиную он помедлил, потому что в комнате царило какое-то необычное оживление. Один из лакеев балансировал на приставной лестнице и снимал с окон выцветшие портьеры, а в том самом углу, где еще вчера были залежи пыли, на четвереньках стояла служанка и терла щеткой пол.

Джон, посмотрев на них, решил, что это подождет. Сначала нужно найти Марианну и убедиться, что ей не причинили никакого ущерба.

Поднявшись наверх, он вдруг сообразил, что понятия не имеет, где находится прачечная. Ему повезло, что навстречу попалась куда-то бежавшая служанка. Она, несмотря на возбужденное состояние, сумела указать нужное направление.

Когда Джон нашел нужную комнату, в которой пахло крахмалом и влажным бельем, то увидел, что посередине стоит Марианна и что-то объясняет обступившим ее служанкам.

– Прежде всего составьте список всего постельного белья, которое надо заменить. В эту стопку сложите простыни, которые еще можно починить, а безнадежно порванные бросайте в корзину для тряпья… – Тут она подняла глаза и увидела его потрясенный взгляд. Он быстро подошел к ней.

– Миссис Хьюз, что-то случилось? Слуги сделали что-то не так?

– Вовсе нет, – весело ответила она. – А вот у вас я должна просить прощения, милорд. Только дурно воспитанные гости командуют чужими слугами, а я боюсь, что поступаю именно так.

Он постарался скрыть изумление.

– Дорогая миссис Хьюз, уверяю вас, что вы можете отдавать любые распоряжения. Я хочу, чтобы вам здесь было удобно. Но боюсь, что плохо об этом позаботился.

Она улыбнулась:

– Сперва лучше выслушайте, милорд, что я сделала, а уж потом давайте мне право распоряжаться. Сначала мне следовало поговорить об этом с вами, но… – Вспомнив о слугах, которые внимательно слушали их разговор, хотя только иногда посматривали с любопытством на хозяина и его неожиданную гостью, она замолчала. – Не лучше ли обсудить все внизу?

Джон согласился с ней. Стоит ли сваливать хозяйственные проблемы на гостью? Хорошего же она о нем будет мнения! Но он никогда не сможет рассказать ей, какой теплотой наполнилось его тело, когда он увидел ее в таком прозаическом окружении, словно она и впрямь хозяйка его дома, а не только в сокровенных мечтах…

Он пропустил ее вперед и спустился следом в гостиную. До этой комнаты у слуг еще явно не дошли руки. Здесь Марианна остановилась и повернулась к нему.

– Я правильно понимаю, что вы велели сделать уборку? – сказал он. Он впервые увидел ее колеблющейся.

– Я сознаю, что крайне невежливо с моей стороны распоряжаться вашими слугами, но…

– Миссис Хьюз, не нужно притворяться, что мы оба не понимаем, в каком жалком состоянии находится мой дом. Если вы сочтете нужным отдать какие-то указания, я буду только благодарен, хотя и огорчен, что вам приходится так утруждать себя.

– Здесь нет никакого труда! – возразила она, но ее раскрасневшееся лицо выразило облегчение. – Я просто не хочу ставить вас в неловкое положение. Земли вы содержите в порядке. Я слышала ваш разговор с братом. Но дом – другое дело. Мужчины даже не представляют, что нужно для хорошо налаженного домашнего хозяйства.

– Благодарю вас за снисхождение, – улыбнулся он.

– Но ведь я все-таки извинилась… – ответила она, но тут же догадалась, что он дразнит ее. – Бессовестный! Я действительно никогда не видела мужчины, который бы знал, когда необходимо поменять простыни. Прошлой ночью Луиза угодила ногой в дыру в простыни. Я решила, что постельное белье следует немедленно рассортировать, чтобы спасти вашу репутацию.

Улыбка пропала с его лица. И он не успел вовремя сдержать возмущения.

– Что за чертова… Я хотел сказать, что мне очень неприятно это слышать.

– Не стоит беспокоиться. Но в другой раз, когда вы решите принять гостей, может быть, лорда Габриеля с женой, комнаты для гостей следует лучше готовить. Я думаю, он еще вернется, – добавила Марианна. – Я стояла на лестнице, когда вы прощались. Так приятно было видеть, как вы пожимали друг другу руки. Я вами горжусь, милорд, потому что вы помирились с братом. Вот увидите, вам не придется жалеть об этом.