Стефани Блэйк - По воле судьбы

– Ты глупая гусыня, – безжизненным голосом выговорил Люк и заставил свои губы растянуться в улыбке.

Обнявшись, они пошли по дорожке к дому.

Сердце Люка превратилось в кусок свинца.

Поздно ночью, когда Лейлани уже спала, он присел к письменному столу и обмакнул в чернильницу остро заточенное гусиное перо.

«Моя дорогая и любимая Андрия!

Как мне начать? Что мне сказать тебе? И где отыскать нужные слова? Я не знаю слов, чтобы рассказать о моей вечной любви к тебе. И я не знаю слов, чтобы описать ту боль, которая поедом ест мое сердце из-за того, что я должен сейчас сказать. Моя любимая Андрия, дело в том, что я…»

Часть третья

Глава 1

«Мой дорогой Люк!

Я только что узнала, что все свои земли ты продал Доулу и возвращаешься с семьей назад, в Соединенные Штаты. Всем сердцем я желаю тебе огромного счастья и благополучия. Нам тебя будет не хватать. Как говорит Дэвид, ты стал настоящим островитянином и достоин называться нуи канака.

Твой отец продолжает всех удивлять своим неисчерпаемым упорством и энергией. Он очень обеспокоен яростной кампанией против многоженства, которая разрастается в Соединенных Штатах и которая уже дает себя знать здесь, на Гавайях. Черити сообщила мне по секрету, что она всерьез подумывает о том, чтобы отказаться от брака с ним и вернуться в Калифорнию.

В конце концов Дэвид Калакауа, кажется, близок к тому, что мечта всей его жизни – стать королем – наконец осуществится. Как ты знаешь, со смертью Камехамехи Четвертого закончилась королевская линия этого рода, так что наследник престола был избран всенародным голосованием. И Дэвид, и вдовствующая королева Эмма уступили либеральному и нравящемуся многим своими проамериканскими настроениями принцу Вильяму Чарльзу Луналило. Однако надежды Дэвида не были развеяны в прах. Он не уставал говорить, что у Луналило слабое здоровье, и, как показали дальнейшие события, оказался прав в своих мрачных прогнозах. Избранный король правил чуть меньше года, и его преждевременную смерть связывают с непосильным бременем государственных забот.

Борьба за трон между Дэвидом и его тетей, вдовствующей королевой, вылилась в ожесточенное и дикое соперничество, когда дело доходило до настоящих драк между их сторонниками. В ход шло все: запугивание, шантаж, оскорбления и пьяное буйство. Сейчас, похоже, чаша весов склоняется в пользу Дэвида. Если он преуспеет, то надеюсь, победа не вскружит ему голову. Он всегда отличался необузданной жаждой власти и полным пренебрежением к средствам ее достижения. Я не уверена, что он будет милосердным монархом. Нет, это не совсем так. Я думаю, что он может быть милосердным деспотом. Но как будет на самом деле, покажет только время.

Люк, пожалуйста, передай мои самые лучшие пожелания твоей жене Лейлани и двум вашим чудным дочуркам. Они теперь, наверное, уже настоящие юные леди. Когда я их последний раз видела, два года назад, они были очаровательны.

Еще раз желаю тебе счастья. Да хранит тебя Бог и до свидания, дорогой друг.

Андрия».

В последний момент Андрия успела смахнуть слезу и не дала ей упасть на листок.

В дверь спальни осторожно постучали.

– Войдите, – откликнулась девушка.

На пороге появилась принцесса Лилиуокалани, вышедшая замуж за губернатора Оаху Джона Доминиса. Андрия приехала к супругам на выходные в их большой белокаменный дом.

– Чем ты так взволнована, Лили? – поинтересовалась Андрия.

Лили действительно едва не прыгала от радости.

– Есть официальное сообщение, Джон только что вернулся из города! Дэвид объявлен победителем. Он теперь наш новый король! Ты должна спуститься вниз и выпить вместе с нами шампанского за его победу, дорогая!

– Конечно! Я сейчас иду, только запечатаю письмо.

Вскоре приехал Дэвид, прямо-таки переполненный радостью победы. Он гордо вскидывал голову, важничал и постоянно охорашивался. Раздуваясь от гордости, новоиспеченный монарх изо всех сил старался выглядеть солидно, чем напомнил Андрии иллюстрацию в учебнике истории, изображавшую Наполеона Бонапарта.

Дэвид вошел в библиотеку и обнял сестру и Андрию, которую поцеловал в губы. Обменялся рукопожатием с зятем.

– Поздравляю, старина! – сказал Джон.

– Разве это не восхитительно? – Дэвид никогда не отличался скромностью, да и милосердием к побежденному тоже. Он радостно потирал руки, не в силах сдержать радость. – Боже мой! Наконец-то! Как мне хочется увидеть физиономию этой старой коровы, моей дорогой тетушки Эммы! Если мы сейчас почувствуем, что трясется земля, то уж точно не Мауна-Лоа будет тому причиной. Это вдовствующая королева лопнет от злости! – И в восторге, хлопая себя по ляжкам, он согнулся пополам от дикого хохота.

Андрия и Лили выдавили натянутые улыбки, старательно избегая смотреть друг на друга. Джон Доминис закашлялся и принялся набивать табаком свою пенковую трубку, хотя только что ее выкурил.

К изумлению присутствующих и огорчению Андрии, Дэвид потребовал, чтобы Джон и Лили оставили их наедине.

– Дело государственной важности, – напыщенно объяснил король.

– Дэвид, это было просто неучтиво с твоей стороны! – сердито сказала Андрия, после того как Джон и Лили закрыли за собой дверь. С нескрываемым сарказмом она добавила: – Или теперь ты предпочитаешь, чтобы я называла тебя «ваше величество»?

– Ничего смешного здесь нет, Андрия! – вспыхнул Дэвид. – Я был более чем серьезен. Это действительно… государственное дело.

– Полагаю, нет такого дела, из-за которого следует выставлять из собственной библиотеки хозяев этого дома!

– Черт возьми! Если тебе от этого станет легче, я принесу Джону свои извинения. Может быть, я даже дарую ему титул, более достойный мужа принцессы.

Андрия в раздражении подняла глаза к потолку.

– Дэвид, ты просто невозможен!

Он с восхищением посмотрел на нее и снова обнял.

– Ах ты маленькая гордячка! Осмеливаешься разговаривать с королем в таком неуважительном тоне. Вот за это я тебя и люблю. За твою гордость, за твою смелость, за царственную манеру держаться. Дорогая моя Андрия, ты мне ровня. Какой контраст с моей вечно лебезящей половиной! Знаешь, еще не поздно. Ты по-прежнему можешь стать моей королевой.

Возмущенная Андрия попыталась оттолкнуть Дэвида, но тот был намного сильнее ее.

– Дэвид, немедленно прекрати! Ты женатый человек!

– Она всего лишь королева, а не настоящая жена. Я имею в виду, что король может поступать согласно собственной воле. Если я решу расторгнуть отношения с Капиолани, это будет сделано в мгновение ока – вот так! – И Дэвид звучно щелкнул пальцами.