Кэтрин Куксон - Кэти Малхолланд том 2

Имя Кэти Малхолланд было хорошо известно в этих краях. С незапамятных времен оно было окружено сплетнями и клеветой, в чем была немалая заслуга человека, которого не стало четыре дня назад. К сожалению, он умер слишком поздно, чтобы она могла ликовать по поводу его смерти, ведь он уже давно не причинял ей зла. Сейчас ей казалось удивительным, что этот молодой человек, его — и ее — правнук, который приехал на похороны, весело болтает и смеется, вместо того чтобы скорбеть.

— Тебе не жаль, что он скончался? — неожиданно для себя самой спросила она и тут же удивилась, что задала этот вопрос.

— Жаль? — Дэниел был удивлен не меньше нее. — Вы хотите сказать, я должен сожалеть, что мой прадед, старик Розье, умер? Нет, нет, я вовсе не сожалею об этом. И вовсе не собираюсь разыгрывать скорбь. А вообще, дорогая прабабушка, не считаете ли вы, что большинство людей, которые его знали, почувствовали бы себя счастливее, если бы он умер еще много лет назад?

— Да, да, ты прав, — Кэти быстро закивала.

— Мое присутствие на похоронах — чистая формальность, — продолжал Дэниел. — Кроме меня, там будут только Мэгги и Вилли — это люди, которые уже много лет присматривали за усадьбой и ухаживали за ним. Да, еще будет поверенный, но он приезжает только потому, что после похорон должен заняться кое-какими юридическими формальностями.

Кэти откинулась на спинку кресла. Всего четыре человека будут присутствовать на его похоронах, да и те лишь потому, что их вынуждают на это обстоятельства! Она-то думала, что похороны этого человека, который причинил ей столько страданий, будут чем-то вроде исторического события — такого, например, как окончание войны. Она представляла, что в честь его смерти будут устроены торжества, что будет праздничный фейерверк и народные гулянья — так, чтобы вся страна знала, что великий злодей Бернард Розье наконец ушел. А оказывается, он будет предан земле незаметно, и лишь четверо людей будут стоять возле его могилы.

Она как раз задавалась вопросом, в какой части ада будет выделено место Бернарду Розье, когда вдруг дверь отворилась и на пороге появилась Бриджит. Дэниел тут же встал и пошел ей навстречу, протягивая к ней руки. От Кэти не ускользнула неожиданная радость, возникшая на лице девушки при виде гостя, так же, как не ускользнул от нее свет, внезапно вспыхнувший в глазах Бриджит, и счастливая улыбка, заигравшая на ее губах. Сердце Кэти учащенно забилось, но усилием воли она взяла себя в руки. Нет, нет, не надо больше обмороков. Она должна сохранять спокойствие, ни в коем случае не должна терять способности мыслить ясно, ведь сейчас многое зависит от нее, от ее действий. И она будет действовать, она любыми путями настоит на своем, даже если для этого ей придется недвусмысленно дать понять Питеру, что у него из-под носа уводят невесту. Питер — человек простосердечный и наивный, такие мужчины, как он, нуждаются в подсказках, в помощи…

А вот ее правнук не нуждался ни в чьей помощи. Он вовсе не был простодушен или наивен, а, напротив, сообразителен и предприимчив. Он умел на ходу оценить ситуацию и воспользоваться ею. Дэниел Розье, так же, как и его прадед, принадлежал к той категории мужчин, которые всегда добиваются того, чего хотят.

Глава 6

Во время рождественских каникул Дэниел имел возможность на личном опыте убедиться в том, каким ужасным занудой был Питер. Да, он был хорошим человеком, он был просто замечательным парнем, но ему не хватало той самой живости, которой в избытке была наделена Бриджит. Сидя в гостиной и рассеянно слушая болтовню Питера, Дэниел уже в который раз задавался вопросом, как этой бедной девушке удается выносить занудные речи своего жениха.

Когда зазвонил телефон в зале, Кэтрин встала с кушетки, где она сидела, терпеливо кивая без умолку говорящему Питеру, и пошла отвечать. Дэниелу показалось, что она испытывает облегчение оттого, что ей хоть на время удалось избежать необходимости выслушивать разговоры Питера.

— Это тебя, Питер, — сказала Кэтрин, возвращаясь через пару минут в гостиную.

— Меня?

— Это миссис Клэй.

— О Господи! — Питер скорчил гримасу и опрометью бросился к телефону в зале.

— Миссис Клэй — это женщина, которая ухаживает за его матерью, — пояснила Кэтрин Дэниелу. — Насколько я поняла, у его матери опять приступ.

— Неужели опять? — подал голос Том, полвечера молчаливо просидевший в углу. Когда разговаривал Питер, у других не было возможности вставить ни слова.

— Мне кажется, она устраивает свои припадки нарочно, — сказала Кэтрин, останавливаясь возле камина.

— Я в этом уверен, — подтвердил Том. — Я бы поставил десять против одного, что это все театр. — Он повернулся к Дэниелу. — У Питера очень ревнивая мать. Если бы она могла, она бы вообще не выпускала его из дому. А если бедный парень собирается идти на вечеринку к друзьям, с ней непременно случается сердечный приступ или истерический припадок.

В эту минуту в комнату вошла Бриджит.

— Что-нибудь случилось? — осведомилась она, поглядывая через плечо на Питера, разговаривающего по телефону в зале.

— Его матери стало плохо, дорогая.

— О Боже!

Бриджит поднесла руку к губам и, покусывая костяшки пальцев, посмотрела на Кэтрин, потом на Тома и, наконец, ее взгляд остановился на Дэниеле.

Дэниел уже давно смотрел на нее. Он еще никогда не видел Бриджит в вечернем платье. Платье было из голубого шифона, с пышной воздушной юбкой длиной до половины икры. Сейчас юбка слегка колыхалась вокруг ее стройных ног в легком сквозняке, дующем из открытой двери в зал. Кожа ее обнаженных рук и плеч была такою же сливочно-белой, как и кожа ее лица; казалось, Бриджит высечена из единого куска безукоризненно чистого мрамора. Ее светлые, отливающие серебром волосы, в отличие от обыкновения, не были заплетены в косы и стянуты строгим узлом на затылке, а забраны наверх и уложены в пышную прическу, напоминающую своей формой корону. Голубое платье делало ее глаза еще более синими, только теперь они больше не смеялись, их взгляд был грустным и озабоченным.

Когда Питер вернулся в комнату, все обернулись к нему. В течение последнего часа Питер разговаривал буквально не закрывая рта, а сейчас впервые за весь вечер с трудом подыскивал слова. Он шагнул вперед, не сводя глаз с Бриджит, и, когда заговорил, казалось, что он обращается только к ней.

— Мне… мне придется поехать домой, — с запинкой выговорил он. — Мать хочет видеть меня. Миссис Клэй послала за доктором, поэтому… поэтому, я думаю, она очень плоха.

Никто из присутствующих не сказал ни слова. Питер, опустив голову, вышел из гостиной, пересек зал и снял свое пальто с вешалки в прихожей.