Патриция Гэфни - Одинокий волк

Гектор обезумел от счастья. Сидни пришлось закрыть дверь, ведущую в коридор, чтобы его радостный визг не перебудил весь дом. Майкл опустился на пол и попытался утихомирить пса. Сидни зажгла свечу и посмотрела на них, улыбаясь и вытирая струящиеся слезы. Она опустилась на пол рядом с Майклом. Они оба гладили пса, гладили руки друг друга и наконец поцеловались.

– Ты ужасно выглядишь, – с нежностью прошептала Сидни.

При виде его ободранных босых ног ей захотелось плакать.

– Ты не ранен?

– Нет. Я просто устал. У меня совсем нет сил. Он выглядел измученным. И грязным. И голодным. На щеке у него красовался кровоподтек.

– Где ты был?

– Здесь.

– Здесь? Все это время?

Майкл кивнул. Он наклонился к Гектору, но искоса взглянул на Сидни сквозь завесу упавших на лоб спутанных волос.

– Я думал, ты рассердишься на меня, больше не захочешь меня видеть.

– С какой стати я должна была сердиться?

– Из-за того, что я сделал?

– О нет, Майкл. Конечно, я ужасно волновалась, чуть с ума не сошла от страха, но я и не думала сердиться! Однако она не удержалась и спросила:

– Зачем ты это сделал? Майкл посмотрел на нее, и ей показалось, что он ее оценивает, взвешивает в уме, стоит ли ей доверять. Но глаза у него были кроткими и светились любовью. В конце концов он сказал только одно:

– Я должен был это сделать. У меня нет времени объяснять тебе, почему я так поступил. Я должен уйти. Навсегда.

– Ты не можешь уйти, – оборвала его Сидни. Он покачал головой и встал.

– Они тебя найдут!

– Нет, не найдут. Майкл начал потихоньку пятиться от нее прочь.

– Майкл!

Сквозь надвигающуюся волну паники к ней вдруг пришло верное решение.

– Майкл Теренс Джеймс Бродерик Макнейл, – отчеканила Сидни.

Это его остановило. Выражение его лица показалось ей почти комичным.

– Что?

– Это ты! Это твое имя, Майкл! Майкл как будто онемел. Ему с трудом удалось разжать сведенные судорогой губы.

– Это я, – согласился он наконец, глядя на нее округлившимися от изумления глазами. Сидни подошла к нему. Сердце рвалось из ее груди.

– Твой отец – Теренс Макнейл, лорд Олдерн. Твою мать зовут Элизабет. Твой родной дом – замок в горах Шотландии. Ты – Майкл Макнейл, младший из Олдернов.

– Олдерн, – задумчиво повторил он. – Олдерн. В его зеленых глазах появилось мечтательное выражение. Сидни поняла, что он вспоминает.

– Вот видишь? Ты не можешь уйти, – сказала она, тихонько проводя пальцами по колючей щетине на его щеках. – Наш детектив послал информацию в Шотландию. Как только он разыщет твоих родителей, они приедут за тобой. Они тебе помогут.

– Но у меня нет времени. Если я останусь, полицейские запрут меня в тюрьме.

– Но если тебя поймают…

–Меня не поймают.

– Могут поймать. Тут тебе не канадские дикие леса, Майкл, это реальный мир. Здесь ты уязвим. Беззащитен, – пояснила Сидни, догадавшись по его лицу, что он не понимает, что значит «уязвим». – Ты здесь беспомощен, как младенец. Это не твой мир, это их мир, и здесь они тебя найдут.

– Нет, не найдут, не бойся, Сидни! Ей хотелось топнуть ногой, схватить его за плечи и встряхнуть хорошенько!

– Найдут. Неужели ты не понимаешь: тебе надо прятаться, а не бежать! А вот потом, как только мы найдем твоих родителей, все станет по-другому.

– Почему?

– Потому что… ну просто так уж мир устроен. Сейчас ты никто, но когда у тебя за спиной будут люди, причем влиятельные люди, все переменится, вот увидишь.

Вид у Майкла был недоверчивый, но он сказал:

– Ну хорошо, тогда я буду прятаться.

– Да! – Сидни обняла его. – Но только не там, – она указала на дверь. – Именно там они тебя ищут. Там слишком опасно.

– Тогда где?

– В моем мире. Вот уж где они ни за что не станут тебя искать! Оставайся прямо здесь, Майкл, и обещай мне, что ты не сбежишь. Оставайся здесь, поиграй с Гек-тором. Я скоро вернусь.

– Сидни…

– Обещай мне!

Ее умоляющие глаза и руки. сжимающие его пальцы, красноречивее всяких слов взывали о доверии.

– Ну хорошо, я обещаю.

Он растерянно заморгал, когда она в награду поцеловала его в губы.

– А что ты собираешься делать?

– Я собираюсь одеться и упаковать чемодан.

– И куда мы поедем? Должно быть. нечто подобное давно уже созревало у нее в уме, хотя сама Сидни не смогла бы сказать, как она до этого додумалась. Откуда ни возьмись в голове у нее возник целый план, законченный и стройный. – Мы едем в отель «Палмер-хауз».

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

– Мистер и миссис Вернон Таттл, Топека, Канзас. Майкл заполнил графу в книге регистрации печатными буквами, стараясь писать как можно аккуратнее и при этом не обращать внимания на человека за мраморной стойкой, следившего подозрительным взглядом за каждым штрихом его пера. Закончив работу, он перечитал написанное, и ему тотчас же захотелось все переделать. Запись выглядела фальшиво: человек за стойкой сразу поймет, что его обманывают.

– Добро пожаловать в «Палмер-хауз», мистер и миссис…

Книга регистрации лежала на круглой вращающейся подставке. Администратор повернул ее к себе и прочитал:

– …Таттл. Из Канзаса. Как поживаете? Как вам погодка нынче утром? Только что приехали?

В мозгу у Майкла не осталось ни единой мысли. Он с трудом выдавил из себя:

– Да. Хорошо. Спасибо. Сидни взяла его под руку и прижалась к нему.

– Скажи ему про комнату, Верн, – проговорила она негромко, но с таким расчетом, чтобы администратор непременно услышал. – Скажи ему, чего бы нам хотелось.

Майкл нервно откашлялся.

– Мы только что поженились, – продекламировал он заранее приготовленный текст. – Мы бы хотели…

– Что ж, поздравляю!

– Да. Спасибо, – сказал сбитый с толку Майкл. Ему пришлось начать все сначала:

– Мы только что поженились и хотели бы получить номер для новобрачных, но мы не заказывали его заранее.

Он осторожно выдохнул воздух, прислушиваясь к отзвуку своих слов и внимательно следя за администратором за стойкой. Не может быть, чтобы этот человек ему поверил. Он не нервничал так сильно, даже когда выпускал животных из зоопарка.

– Ах вот в чем дело! Да, тут могут возникнуть затруднения, – с грустью заметил администратор и начал перечитывать страницы регистрационной книги.

Сидни толкнула Майкла локтем в бок. Он посмотрел на нее в растерянности и лишь через секунду вспомнил, что надо говорить.

– Мы заплатим наличными и пробудем здесь целую неделю.

Администратор смерил его быстрым оценивающим взглядом, и Майкл порадовался, что на нем черный сюртук Филипа, его жилет, рубашка со стоячим воротничком и галстук с восточным орнаментом. Сидни сделала ему пробор посредине, замазала кровоподтек и заставила нацепить одну из запасных пар очков в серебряной оправе, принадлежавших профессору Винтеру. Если его кто-нибудь спросит, чем он зарабатывает на жизнь, он должен был ответить: «Скотоводством».