Джо Гудмэн - Муки обольщения

Взяв Джесси под руку, Ной помог ей спуститься по лестнице и повел по извилистой дороге. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, но деревья все еще купались в его ярких оранжевых лучах. Ной указал на ряд небольших, выкрашенных в белый цвет домов, окаймлявших необъятное поле, засеянное табаком:

— Большинство из тех, кто работает на этом поле, здесь же рядом и живет. Огороды, где они выращивают овощи, тянутся до самых лесов.

Ной и Джесси свернули с дороги и обошли северный угол дома.

— Пойдем, я хочу показать тебе конюшни, их две.

В первой были размещены лошади, которых использовали на плантации, тяжеловозы и скакуны. Здесь же хранились фургон, коляски и всевозможный фермерский инвентарь. Вторая постройка была занята породистыми, красиво лоснящимися лошадьми. Джесси, громко восхищаясь, гладила их шеи, разговаривала с ними и кормила кусочками сушеных яблок.

— Ты умеешь ездить верхом? — спросил Ной, довольный ее реакцией.

— Когда-то умела, но на таких красивых лошадях мне никогда не доводилось ездить.

— Тогда мы выберем скакуна для тебя. Как насчет того, чтобы покататься завтра утром?

— Если тебе хочется, — покорно ответила Джесси, невольно вспоминая разговор с Эшли в детской. А заботило ли его когда-нибудь то, что хотелось ей? И почему он вдруг спросил сейчас? Она даже чуть было не попросила его не быть таким любезным. В некоторых случаях его жестокость легче переносилась. — Хочется, — сухо ответил Ной. Он обнял ее за талию, когда они вышли из конюшни и направились вдоль ограды загона. Затем Ной показал коровник, амбар, где сначала выращивали, а потом сушили и упаковывали табак. Джесси увидела и только что выстроенную летнюю кухню. Когда они подошли ближе к дому, с нижней веранды донесся смех. Ной резко дернул Джесси назад, желая подольше побыть с ней наедине.

— Куда ты меня тянешь? — Джесси начинала раздражаться.

— Никуда. Разве нужно обязательно куда-нибудь идти? Я думал, мы просто наслаждаемся прогулкой вдвоем.

Джесси внезапно остановилась.

— Я хочу вернуться в дом, — сказала она. — Пожалуйста, Ной. Твои родители огорчатся, если нас долго не будет с ними.

— Хорошо, — грубо ответил Ной. Ему так хотелось заняться с ней любовью у реки. — Но вначале я проведу тебя по первому этажу и расскажу, что и где находится, а затем мы присоединимся к остальным на веранде.

Ною показалось, что последняя часть его экскурсии закончилась слишком быстро. Джесси придерживалась другого мнения. Она догадывалась, какие планы он вынашивал, когда вдруг повернул от дома в обратную сторону. Находясь с ним наедине, она испытывала некоторую неловкость. Поведение Ноя было нарочито вежливым. Но Джесси действовали на нервы его случайные прикосновения в библиотеке, в танцевальном зале, в гостиной, в кабинете и на кухне. Как многозначительна была пауза у двери кладовой. Джесси решила, что он играл роль заботливого мужа только с целью позлить ее. Ну что ж! В таком случае он добился своего.

Когда они появились на веранде, даже улыбка Джесси не могла скрыть ее настроения. Роберт, Салем и Иерихон одновременно встали и предложили Джесси кресло, как только она шагнула на вымощенный плитами пол. Поблагодарив, она отказалась, устроившись на ступени рядом с Кортни.

Ной собирался уже подсесть к жене, но был заключен в крепкие объятия и от неожиданности чуть не полетел с лестницы.

— Слава Богу, парень! Я думала, ты так и не придешь поздороваться!

Обернувшись, Ной обнял Тильду за ее широкие плечи и поцеловал в обе щеки шоколадного цвета.

— Где ты была?

— В детской. Ходила смотреть на твоего чудесного сына! — Освободившись от объятий Ноя, она поправила домашний чепец и разгладила платье на своей мощной груди. Тильда стояла руки в боки и выжидательно смотрела на Ноя. — Ну? — не выдержав, топнула она ногой и услышала за спиной хихиканье Рэй.

Ной притворился, что ничего не понял.

— Что «ну»?

— Познакомь меня, детка!

— Почему рядом с тобой я до сих пор чувствую себя зеленым юнцом? Как тебе это удается? — возмутился Ной.

— Практика, — коротко ответила Тильда.

Ной видел, как Салем за ее спиной мимикой и жестами подстрекал начать спор. Но не так-то просто было поймать его на удочку.

— Не стоит, брат, у меня совсем нет желания усложнять свои отношения с нашей уважаемой мэм.

Тильда быстро оглянулась, метнув подозрительный взгляд на Салема, но тот уже успел сесть в кресло и сделать абсолютно невинный вид.

— Ну? — еще раз повторила она.

Ной представил свою жену.

— Джесси, это Тильда. Ей достаточно просто посмотреть на меня, чтобы я признался, что стащил ее воскресные пирожки. Тильда, а это моя жена Джесси.

Женщина осмотрела Джесси с головы до ног.

— Боже, какая худышка. Держу пари, мисс Эшли не такая худая. Уж и не знаю, как обращаться с подобной тростиночкой.

— Джесси может свалить меня с ног одним ударом, — весело сказал Ной. Тильда проворчала:

— Скорее наоборот. Она, как пушинка. Я боюсь и обнять-то ее. Вдруг что-нибудь сломаю?

— Я совсем не такая хрупкая, как кажусь на первый взгляд, — попыталась возразить Джесси. — Очень рада познакомиться. Все говорят, что вы замечательная женщина.

Тильда почувствовала, как тепло разлилось по ее телу.

— Вряд ли обо мне здесь так говорят, но все равно спасибо за добрые слова. — Она опять внимательно оглядела Джесси. — Мне очень нравится ваша жена, мистер Ной. Ты будешь с ней счастлив. — И сразу же вышла с веранды.

Вы завоевали ее привязанность, дорогая, — сказала Черити, увидев полное недоумение на лице Джесси.

— Но как так может быть? Ведь она совсем не знает меня.

— Тильда знает, — мудро произнесла Рэй. — Она может по глазам человека узнать его душу.

Ной чуть громко не застонал. Обычно он с большим уважением относился к дару Тильды. Но в данном случае она глубоко заблуждалась, впрочем, как и все остальные. Внешность Джесси слишком обманчива. Нужно было узнать ее натуру, чтобы мнение переменилось. Ной вспомнил о письме, которое он написал Дрю Гудфеллоу. Несомненно, он что-нибудь выяснит.

— И кроме того, — вмешался Иерихон, — мы рассказали Тильде, как вы спасли жизнь Ноя. Это ее очень тронуло.

— К тому же она полюбила Гедеона, — добавила Эшли.

— И вы не Хилари Боуэн, — проболталась Кортни.

— Салем строго взглянул на дочь:

— Ты ведешь себя неприлиу[о, Кортни. То, что ты сказала, неприятно ни Джесси, ни Хилари, ни твоему дяде.

— Но до дядиного прихода вы же все говорили, что…

— Достаточно, — резко оборвал Салем.

— У Кортни вытянулось лицо.

— Я не понимаю.

Ной присел на ступеньки к своей племяннице и потянул за собой Джесси.