Дэнис Аллен - Влюбленные соперники

– Ты собираешься принимать роды прямо здесь, Дадли? – выпалила Сэдди.

– У меня нет выбора. Роды начались. Ребенок должен появиться на свет независимо от того, готовы мы к этому или нет. Генри, выйди, пожалуйста, из комнаты. Встань возле двери и останавливай всякого, кто попытается войти сюда.

Генри немедленно подчинился. Ушла и Сэдди, что-то бормоча себе под нос и оставив их троих наедине с Тэсси, начавшей приходить в себя после очередной схватки. Глаза ее были закрыты, лицо казалось белым как снег и столь же холодным и влажным.

– Тэсс такая миниатюрная. Даже не похоже на то, что она беременна, – вымолвила Бесс.

– По виду она почти девочка. И разумеется, я не знал, что она беременна, – сказал Алекс и нахмурился.

Дадли был мрачен.

– Господин Зак тоже узнал о ее беременности только сегодня, как раз перед тем как застал вас вместе с мисс Тэвисток…

Внезапно Дадли и Алекс бросили на Бесс быстрые взгляды, словно поняв, что сказали слишком много. Или, может быть, слишком мало.

– Пожалуй, вам следует увести мисс из комнаты и рассказать обо всем, – предложил Дадли.

Алекс взял Бесс за руку, но она вырвала ее. Взгляд девушки остановился на корсаже платья Тэсс, и она вспомнила о броши, которая раньше была приколота там. Брошь, вид которой полностью соответствовал описанию подарка, который Зак собирался сделать ей к объявлению помолвки. Неожиданно все прояснилось. Та робость, которую испытывала перед ней Тэсс, имела более существенные причины, чем просто присущая ей застенчивость. И от Тэсс пахло жимолостью, так же, как и от Зака, когда тот возвращался из города. Тэсс была любовницей Зака! Значит, ребенок его!

Ситуация оказалась довольно банальной. Зак был слишком любвеобилен и всегда пользовался успехом у представительниц прекрасного пола. Судя по тому, что он до нее пальцем не дотронулся, Бесс давно уже следовало сообразить, что у него есть любовница. Мысль о том, что Зак занимался любовью с этой нежной и красивой девушкой, даже не слишком уязвила гордость Бесс. Ее больше интересовало, что будет с Тэсс, с ее ребенком… Ребенком Зака?

– Где брошь, Тэсси? – мягко спросила она. – Не забрал же он ее назад?

Тэсс открыла глаза. Их взгляды встретились, и между двумя женщинами мгновенно возникло взаимопонимание. Тэсс слабо улыбнулась, вновь прикрыла глаза и сказала:

– Теперь это не важно, мисс. Она все равно ваша.

Нагнувшись к ней, Бесс сжала ладонь Тэсс. Державший другую руку Дадли смотрел на девушку с таким видом, будто его сердце вот-вот разорвется. Интересно, подумала Бесс, а он-то каким образом оказался вовлеченным в этот водоворот роковых человеческих ошибок? Ясно только, что Дадли испытывал к Тэсси чувства большие, чем просто симпатия человека с добрым сердцем.

Бесс посмотрела на наблюдающего за ними Алекса. Ей показалось, что она знает, о чем тот думает, – о таинственности женской души, о том, что она задала ему загадку, которую не так-то просто разгадать. Но разве может женщина объяснить мужчине ту связь, которая порой возникает только между ними, женщинами, связь, становящуюся иногда сильнее этого пресловутого чувства по имени ревность? Хотя в обычных обстоятельствах, даже несмотря на любовь к Алексу, она, вероятно, имела бы право испытывать определенную обиду и ревность. Но ничего подобного она не испытывала.

Ты думаешь, Зак действительно отправился к бухте? – спросила она.

– Да. А что?

– Он должен быть здесь.

Хмуро кивнув, Алекс ответил:

– Но я не могу привезти его. Скорее всего, он не захочет меня видеть. Пошлю пару конюхов, пусть они попытаются отыскать счастливого отца. – И Алекс вышел из комнаты как раз в тот момент, когда Тэсс вновь скорчилась в очередном приступе боли.

– Кричи, Тэсс, если хочешь, – прошептал ей на ухо Дадли, крепко сжимая руки девушки. – Не надо демонстрировать храбрость, стойкость и прочую подобную чепуху. Ты несешь в мир новую жизнь и испытываешь при этом сильнейшую боль. Поэтому имеешь полное право делать все…

Судя по всему, Дадли убедил ее, а может, это сделала боль. Тэсс громко застонала, и этот пронзительный звук вызвал в душе Бесс всплеск женского сочувствия, наполнил ее ужасом и изумлением.

Вошла Сэдди, несущая одеяло и подушку. За ней следовала горничная с оловянным тазом, корзиной чистых тряпок и куском мыла. Дадли по-прежнему продолжал держать Тэсс за руки, и Бесс поспешила приподнять голову девушки, чтобы Сэдди могла подсунуть под нее подушку. Откидывая волосы с разгоряченного лица Тэсс, она даже удивилась – до того они были шелковистыми и ароматными. В очередной раз ее поразила юность Тэсси, в горле комом встал внезапно подступивший гнев. Как мог Зак поступить подобным образом – воспользоваться ради собственного удовольствия ее невинностью, а потом бросить с ребенком? Сэдди отослала служанку и подоткнула под Тэсс толстое фланелевое одеяло так, чтобы край его не свешивался с кушетки.

– Роды – не самое подходящее зрелище для девушки, – бесстрастно сказала она и смерила взглядом Бесс. – Вы должны идти. Если ваша мать узнает, где вы были и чем занимаетесь, она сойдет с ума, мисс Элизабет.

– Я могу понадобиться Дадли. Я остаюсь, – твердо ответила Бесс.

– Хотя у меня нет опыта в таких вещах, я все же смогу помочь мистеру Дадли, если он скажет, что мне нужно делать, – возразила Сэдди. – Хорошо воспитанная молодая женщина не должна присутствовать при родах.

– Я не уйду, и это мое окончательное решение. Кроме того, мама будет гораздо больше встревожена другими событиями этого дня. Лишняя деталь не внесет существенных изменений.

– Все хорошо, Тэсси, – сказал Дадли, высвобождая свою руку, чтобы вытереть бедняжке лоб. – Теперь отпусти меня помыть руки.

Если я чему-нибудь и научился у своей матери, так это тому, что руки должны быть очень чистыми, дабы избежать родильной горячки. Потом я осмотрю тебя, чтобы узнать, как скоро ребенок появится на свет, хорошо?

– Дадли, не покидайте меня, – простонала Тэсс, которая после очередной схватки выглядела совсем неважно.

– Я должен, Тэсси. Не могу же я помогать тебе родить ребенка в то время, как ты держишь меня за руки? Не волнуйся. – Но все попытки Дадли урезонить Тэсс не привели ни к какому результату. Она проворно вцепилась в него и, судя по побелевшим костяшкам пальцев, захват был поразительно сильным.

– А не могу ли чем-нибудь помочь я или Сэдди? – спросила Бесс. – Правда, я не знаю, что мне следует делать.

– Я ничего не понимаю в детях, Дадли, – призналась Сэдди, беспомощно воздев руки к небу. – У меня их не было, и я никогда не помогала принимать роды.

Дадли в крайнем раздражении прищелкнул языком.