Джо Гудмэн - Все, что я желал

Индия прижалась к его груди.

– Он сказал мне, что ты погиб, Мэтью. Я не хотела ему верить, но… Тебя так долго не было…

– Знаю, - шепнул Саут. Он вдыхал аромат ее волос. - Я все знаю.

– Но ты пришел за мной.

– Да. Как всегда.

– Очень трогательно, - с усмешкой проговорил Маргрейв. Он взглянул на графиню. - Возможно, вам эта сцена нравится, матушка. Видимо, вы находите ее вполне естественной. Он, конечно, спал с ней. Как только она покинула меня - тотчас же раздвинула ножки. Разве я не говорил, что так и будет, если меня не окажется рядом? Она ведь точно такая же, как ее мать, верно?

Графиня вскинула подбородок.

– Довольно, Аллен! Ты сказал вполне достаточно. Думаю, тебе не следует продолжать…

Маргрейв внимательно посмотрел на мать.

– Похоже, лауданум оказался не столь эффективен, как вы старались меня уверить. Думаю, вы немного сплутовали.

Скажите, матушка, вы сами придумали какую-то хитрость? Или это подсказала Индия, чтобы досадить мне?

– Маргрейв, оставьте ее в покое, - проговорила Индия. - Графиня не обязана вам отвечать.

– Это присутствие любовника придает тебе храбрости, Дини? Ты не всегда отличалась такой отвагой. И не могу сказать, что я тобой восхищаюсь.

Щеки Индии вспыхнули, однако она не стала отвечать на реплику Маргрейва. Взглянув на графиню, Индия сказала:

– Миледи, лучше уйдем отсюда.

Граф снова взглянул на мать:

– Скажите, матушка, неужели вы доверяете ей больше, чем мне? Что ж, расскажите ей обо всем, если полагаете, что она любит вас. А может быть…

– Прекратите! - перебил его Саут. - Иначе я уложу вас на месте.

Маргрейв ухмыльнулся, однако промолчал.

Брови Индии сошлись над переносицей. Взглянув на графиню, она спросила:

– Миледи, о чем говорит ваш сын? Мне кажется, что вы… все трое знаете то, чего не знаю я.

Графиня потупилась. Маргрейв пожал плечами и, взглянув на виконта, пробормотал:

– Видите, Саутертон, она хочет знать!

Саут покачал головой.

– Индия, уведи графиню. Я тотчас же последую за вами. Ты меня поняла?

Индия медлила с ответом. И вдруг заявила:

– Нет, я не уйду.

Граф громко рассмеялся.

– Вы должны признать, виконт, что Дини не даст вам соскучиться. Неужели вы не понимаете, что сейчас она бросает вызов именно вам? Будьте осторожны, Саутертон. Одно неверное слово - и она устремится в мои объятия.

– Я этого не опасаюсь, - ответил Саут. - Если и так, то Индия вольна делать все, что пожелает.

– Я не двинусь с места, - заявила Индия.

Внезапно у нее снова закружилась голова, и ей показалось, что пол уходит у нее из-под ног. К счастью, Саут по-прежнему прижимал ее к груди.

– Это из-за опиума, - пояснила леди Маргрейв, взглянув на виконта. - К тому же она очень мало ела в последнее время. Видите ли, мой сын…

В следующее мгновение Саут шагнул к Маргрейву и изо всей силы ударил его в солнечное сплетение. У графа перехватило дыхание, и он склонился к полу. Виконт снова его ударил, на сей раз - в подбородок, и этот удар сбил Маргрейва с ног. Графу никак не удавалось восстановить дыхание. Лежа на полу, он стонал и прижимал к животу руку.

Саут молча смотрел на поверженного противника. Виконт знал: если понадобится, он снова ударит его, ударит не задумываясь. Более того, ему хотелось продолжить расправу. Однако он сдержался и, сделав шаг назад, повернулся к Индии. Внезапно он почувствовал за спиной какое-то движение, а в следующую секунду ощутил сильнейший удар по голове. Саут покачнулся и упал в объятия Индии. Однако она не сумела удержать его. Ноги виконта подогнулись, и он рухнул на пол.

Индия вскрикнула и опустилась на колени. Саут лежал прямо перед ней, и было очевидно, что удар оглушил его. Она сорвала с головы виконта всклокоченный парик и нащупала рану. Затем с удивлением взглянула на графиню.

Леди Маргрейв в ужасе смотрела на лежавшего перед ней мужчину. Графиня все еще сжимала в руках доску, извлеченную из-под кровати Индии, но казалось, она не понимала, почему Саут вдруг рухнул на пол. Наконец графиня перевела взгляд на Индию и, сообразив, что совершила, тихо прошептала:

– Простите меня… я не хотела.

И тотчас же доска выскользнула из ее пальцев, и графиня повалилась на пол.

– Я очень сожалею, - пробормотала она, уже теряя со знание.

Тут Маргрейв чуть приподнялся и, осторожно потрогав челюсть, проговорил:

– Полагаю, матушка напрасно извинялась. У меня зародилось подозрение, что эта доска предназначалась для моей головы. - Он посмотрел на Индию. - Твоя идея?

Индия не ответила. Она по-прежнему ощупывала голову Саута. Почувствовав, что он шевельнулся, Индия с облегчением вздохнула.

– Разумеется, это ты придумала, - продолжал Маргрейв. - Ты решила удрать отсюда. Ты никогда не считала Марлхейвен своим домом. Как, впрочем, и Мерримонт.

Индия кивнула:

– Да, вы правы, не считала…

– Очень жаль, Индия, - пробормотал граф. - Но поверь, ты всегда была здесь желанной гостьей.

Индия в ответ только покачала головой. Даже в самом начале их знакомства она была скорее узницей, чем гостьей.

А в последнее время Маргрейв стал самым настоящим тюремщиком.

– Это твой дом, Дини, - сказал граф. Он медленно поднялся на ноги и одернул на себе сюртук. - Да, дом. Я говорю это не зря.

Графиня уже пришла в себя. Она утирала слезы, которые не могла сдержать. Повернувшись к ней, Маргрейв рявкнул:

– Прекратите, матушка! Ваши слезы утомительны для окружающих.

Графиня молчала. Губы ее дрожали. Маргрейв вздохнул и пробормотал:

– О Господи, это просто невыносимо!

Графиня наконец поднялась на ноги и села на ближайший стул.

– Прости… - прошептала она. Ее слова были обращены к Индии, а не к сыну, - Скажи, сможешь ли ты меня простить?

– Миледи, не говорите больше об этом, - ответила Индия. Она провела ладонью по щеке Саута. Затем сняла с него очки. - Вполне понятно, что вы попытались защитить своего сына. По правде говоря, я напрасно на вас рассчитывала.

Тут Маргрейв вдруг рассмеялся, и Индия вздрогнула от неожиданности. Взглянув на графа, она спросила:

– Что смешного вы нашли в моих словах, милорд?

Маргрейв пожал плечами.

– Но это действительно смешно. Ты не поняла матушку, Дини. Она извинилась вовсе не за то, что сейчас произошло, а за то, что совершила двадцать три года назад. -Граф пристально взглянул на мать. - Ведь я прав? Это просьба о прощении за то, что вы грешили всю свою жизнь?

Заметив, что графиня старается не смотреть на нее, Индия нахмурилась и проговорила:

– Миледи, что он имеет в виду?

Леди Маргрейв, казалось, не слышала ее вопроса. Потупившись, она теребила складки своего платья.

Граф покачал головой и с усмешкой сказал: