Подарок судьбы - Джо Беверли

– Я думала, что ты сам сказал.

Она почувствовала, что краснеет. Знал бы Дэвид, каким образом она заработала свою половину денег!

– Извини, что меня обидел твой вполне закономерный вопрос.

– Не бери всю вину на себя, я тоже вел себя не лучшим образом. Я сам себя не узнаю. Наверное, Крэг-Уайверн так действует на меня.

– А я еще больше все усложняю. Наверное, мне было бы лучше как можно скорее уехать…

– Нет, – сказал Кон, уставившись невидящим взглядом куда-то в пустоту, потом, словно очнувшись, добавил: – Не уезжай, Сьюзен, подожди.

Он поднялся и, как ей показалось, привычным, отработанным жестом надел на лицо маску невозмутимого спокойствия.

– Завтра мы постараемся отыскать эти документы. Кстати, сюда приедет Николас Делани с ночевкой. Я обещал предоставить в его распоряжение Китайские апартаменты.

– Глава «балбесов»? Так ты к нему ездил сегодня?

Она понимала, что этот вопрос выглядит как вмешательство в личную жизнь, что недопустимо даже в отношениях между друзьями, но он лишь задумчиво посмотрел на нее.

– Ты обратила на это внимание? У него очень уютный дом, тебе бы понравился. Может, твой брат и кузен тоже захотят участвовать в поисках документа?

– Генри? Вряд ли.

Сьюзен так хотелось подойти к нему, сказать что-то ободряющее, но она понимала, что это может закончиться катастрофой.

– Приходи ко мне, Сьюзен, – вдруг тихо произнес Коннот, окидывая ее взглядом своих серебристо-серых глаз. – На сей раз без всякого вознаграждения, просто так. Мы будем очень осторожны.

У нее пересохло во рту.

– Зачем осторожничать, если просто так?

Он улыбнулся:

– Ну тогда не просто так.

– Это неправильно, ты потом пожалеешь об этом.

– Ты сожалеешь о том, что произошло прошлой ночью?

– Только о том, как все закончилось.

Он привлек ее к себе и поцеловал. И когда их приоткрытые губы соприкоснулись, вся ее решимость куда-то исчезла. Пришлось собрать все силы, чтобы не произнести роковые слова: «Я люблю тебя…» А искушение было так велико, что ему трудно было не поддаться…

И тут кто-то постучал в дверь.

Они, словно провинившиеся дети, отпрянули друг от друга, и в комнату шагнула Джейн.

– К вам гость, ваша светлость. Майор Хокинвилл.

Сьюзен сначала подумала, что это какой-то новый таможенник более высокого ранга, но услышав возглас Кона: «Хок?» – вспомнила, что это один из Джорджей.

Слава богу, их вовремя прервали, только вот ее изнывающее от запретной страсти к Кону тело говорило о другом.

Глава 24

Коннот взглянул на Сьюзен и радуясь, и сожалея, что их прервали: было бы безумием поддаться искушению, – и приказал служанке:

– Пригласи его сюда.

Когда Джейн ушла, он добавил:

– Он достаточно близкий друг, и я мог бы проводить его в отведенную для него комнату и оставить, но…

– С гостями мы не можем так поступить, и ты это знаешь, – сказала Сьюзен и, прежде чем он что-то возразил, добавила: – Ты должен помнить о леди Анне.

О тюрьме, в которую он сам себя заточил. Но она права – сильная духом, честная и справедливая.

– Ты так считаешь? Ладно. В какие апартаменты мы поселим Хока?

– В Леоновы, думаю.

– Там, где круглый зал с изображением дракона, пожирающего собственный хвост? В Леоновых комнатах на стенах изображены лабиринты. Пусть Хок спит там: он обожает разгадывать головоломки.

Сьюзен взглянула на него, нахмурив брови:

– Ты, кажется, не очень рад видеть своего друга?

Кон пожал плечами:

– Интересно, зачем он приехал? Что могло привести его сюда?

Она не успела ничего сказать: дверь распахнулась, и на пороге появился Хокинвилл собственной персоной. Он, как всегда, даже в обычном костюме для верховой езды и после дальней дороги выглядел элегантно.

Оказалось, что Коннот, напротив, безумно обрадовался появлению друга и расплылся в улыбке. Окинув новоиспеченного графа оценивающим взглядом, Хок улыбнулся в ответ и, отвесив вычурный старомодный поклон, воскликнул:

– Приветствую вас, ваша светлость!

Коннот сгреб его в объятия, похлопывая по спине и вдруг осознав, что в его жизни восстанавливаются здравомыслие и порядок. Хокинвилл явился как нельзя вовремя: он всегда отличался умением разгадывать головоломки, а в Крэг-Уайверне их полным-полно.

Коннот заметил, что гость с удивлением смотрит на Сьюзен, которая стояла в сторонке, как и положено образцовой экономке, правда без чепца на голове. Наверное, его поразило, что она слишком красива для служанки.

– Хок, это мисс Сьюзен Карслейк, – вдруг неожиданно для себя сказал Кон. – Она любезно согласилась временно исполнять здесь обязанности экономки. Она также мой давнишний, еще с детства друг. Сьюзен, это майор Хокинвилл, я не раз говорил тебе о нем.

Сьюзен с недоумением посмотрела на него и, вместо того чтобы сделать книксен, как положено служанке, протянула гостю руку.

Хок коснулся ее пальцев губами и поклонился:

– Рад познакомиться, мисс Карслейк.

Коннот не сомневался, что его друг мысленно сделал правильный вывод, но ничуть не сожалел о том, что представил Сьюзен именно таким образом.

– Значит, Леоновы комнаты? – любезно улыбнулась Сьюзен гостю и вышла из библиотеки.

Хок посмотрел на Кона, но не услышал никаких комментариев, поэтому ограничился замечанием:

– Любопытный особнячок.

– Подожди, ты еще не видел его целиком. Но… что-нибудь случилось?

– Нет-нет, ничего особенного, – поспешил успокоить его Хок. – Ван, кажется, женится.

– Кажется? Я сам видел объявление в газете.

– Тогда была шутка. Это долгая история, но сейчас все будет всерьез, если ему удастся уговорить леди. Я оказал ему кое-какую моральную поддержку – надеюсь, что у него все получится.

– Так это же здорово!

Хокинвилл всегда умел держать эмоции при себе, а годы службы в армии, тем более в секретном отделе, еще больше отточили это качество, но Коннот все-таки заметил, что друг чем-то обеспокоен.

Хокинвилл подошел к полкам посмотреть книги.

– Вполне традиционное собрание. А мне показалось, что ты говорил, будто твой предшественник был сумасшедшим.

Кон, конечно, понял, что друг не намерен раскрывать секреты, поэтому решил не настаивать.

– Самое интересное наверху. Идем, я тебе покажу.

Но гость не двинулся с места.

– Знаешь, ты прав: случилось. Печально: один из Джорджей женится, и, возможно, я ревную его к Марии. Ты осел здесь, в Девоне.

– Я не намерен жить здесь постоянно, но мы теперь не можем жить как хочется: у каждого есть обязательства, долг. И все мы, несомненно, должны жениться, произвести на свет наследников.

Кон представил себе, что три новых семьи: его, Хока и Вана – связаны, как прежде, тесной дружбой, что дети их тоже дружат. Только матерью его детей была вовсе не леди Анна, а… Сьюзен.

Может, все встанет на свои места, если кому-то об этом сказать?

– Я почти сделал предложение леди Анне