Селеста Брэдли - Притворщик

Агата снова присела в реверансе, затем взяла Саймона под руку. Она не помнила, как вышла из зала вместе с Саймоном и Джемсом.

– Ах, неужели это правда?! – Она обняла Саймона и крепко поцеловала, не обращая ни малейшего внимания на стоящих вокруг гвардейцев. – Подумать только, ведь я даже не знала твоего настоящего имени!

Саймон взял ее за руки.

– Мое имя ничем не примечательно, но я с радостью разделю его с тобой, если пожелаешь.

– Хм, леди Рейнз. Звучит неплохо, тебе не кажется? Ладно, я согласна.

– Ну вот и славно! – Саймон проворно сунул руку в карман и достал золотое кольцо, украшенное сапфирами, а потом надел кольцо на средний палец Агаты.

– Я прошу твоей руки, и ты не сможешь отказать мне, потому что я люблю тебя всей душой, и буду любить до конца своих дней.

Агата на мгновение замерла, потом глубоко вздохнула:

– Так и быть. Я согласна, сэр Саймон Монтегю Рейнз. – Она повернулась к брату. – Джеймс, я выхожу замуж и прошу тебя оказать мне честь и стать моим посаженым отцом.

Джеймс церемонно кивнул:

– Счастлив оказать тебе эту маленькую услугу, сестричка.

– Минуточку! – запротестовал Саймон. – А кто будет моим шафером?

Агата склонила голову к плечу.

– Ну, если мой брат действительно так незаменим, давай разыграем его в карты.

– Согласен. – Саймон ухмыльнулся. – Но только играть будем моими картами и сдавать буду я.

Спустя несколько дней состоялось бракосочетание Саймона и Агаты: оно прошло в каменной церкви, очень древней, отличавшейся простотой и изяществом, свойственным строениям прошлых веков. Во время церемонии двустворчатая дверь оставалась открытой, и аромат созревших в садах яблок, проникая внутрь, навевал всем присутствующим мысли о щедрости этого мира и непредсказуемости божественного провидения.

Эпилог

Сэр Саймон Рейнз сидел у огня в своем заново отделанном доме и читал последние новости за стаканчиком послеобеденного бренди. Огонь в камине приятно согревал его, и Саймон чувствовал себя чрезвычайно уютно. Тем не менее, он ужасно скучал, хотя с его браком все было в порядке. Жизнь с Агатой казалась ему чрезвычайно счастливой и он боялся лишь одного – проснуться и понять, что то всего лишь прекрасный сон. Однако проблема заключалась в том, что посреди всего того счастья ему было абсолютно нечего делать. Начиная с самых ранних лет, Саймон всегда сам зарабатывал себе на жизнь, а теперь у него было такое ощущение, будто он находится на содержании. С «лжецами» он почти не общался, так как хотел, чтобы Далтон заслужил такую же преданность со стороны подчиненных, какой пользовался он сам. Саймон свел свое присутствие в клубе до минимума и давал советы только тогда, когда его об этом просили.

В настоящее время «лжецы» оспаривали друг у друга право шефствовать над маленьким осиротевшим трубочистом. Робби вписался в «Клуб лжецов» так естественно, что внешний мир этого даже не заметил. Саймон с огромным наслаждением следил за этой борьбой, в которой делал ставку то на Курта, то на Джеймса.

Лениво потянувшись в своем роскошном кресле, Саймон отхлебнул глоток великолепного бренди и стал размышлять над создавшимся положением.

– Привет, мой драгоценный! – Агата стремительно влетела в комнату; следом за ней вбежала служанка, пытаясь забрать у хозяйки шляпку и перчатки. За ними в комнату ворвалась струя свежего осеннего воздуха с чуть заметным запахом угольного дыма, и скуку Саймона как рукой сняло.

– Ты, кажется, ездила за покупками?

– Боже упаси! Я была на собрании в госпитале. После того как мне пришлось потратить столько времени на обустройство твоего жилища, ноги моей в магазинах не будет.

– А я уж испугался, что ты попытаешься заменить мой ковер! – Саймон жестом указал в направлении спальни, на полу которой красовался яркий ковер из дома на Кэрридж-сквер. Ковер явно не сочетался с новой цветовой гаммой комнаты, но Саймона это ничуть не волновало.

Агата хмыкнула:

– Странно! Я-то думала, что это мой ковер. Совсем недавно я честно выиграла его у тебя, не так ли?

– Ничего подобного. Ты жульничала.

– Нет, не жульничала. Я не виновата, что ты плохо играл.

– Я плохо играл, потому что ты была голой.

– Как бы там ни было, но ты все равно проиграл. – Агата подошла к огню, намереваясь погреть руки, но Саймон схватил ее и усадил к себе на колени.

– Я сам тебя согрею.

– Согласна. – Она устроилась поудобнее. – А теперь я хочу, чтобы ты внимательно выслушал меня.

– Вот еще!.. – Саймон уткнулся лицом в ее шею.

– Прошу тебя. Мне нужно твое полное внимание.

– Тогда разденься.

– Прекрати, Саймон! Я спешила домой, чтобы сказать тебе нечто потрясающее. Имея в своем распоряжении твое мастерство и мои деньги, мы…

Саймон откинулся в кресле.

– Надеюсь, речь идет о чем-то более приемлемом, чем твой проект разведения бобров?..

– Забудь про бобров, я решила, что нам следует открыть школу!

– Для рыб?

– Нет. Я говорю совершенно серьезно. Мы откроем учебное заведение под названием «Школа Лилиан Рейнз для тех, кому не улыбнулась фортуна».

– Понятно. Я в самом деле тронут тем, что ты отдаешь должное памяти моей матери, но вторая половина названия кажется мне слишком… грустной. Я с трудом представляю себе лондонских родителей, выстроившихся в очередь, чтобы записать к нам своих ненаглядных крошек.

Вскочив с его колен, Агата быстро прошла к камину, потом обернулась к Саймону.

– Великолепно! Именно на это я и рассчитываю.

– Извини, любовь моя, ты меня снова запутала.

– Нам не нужны «ненаглядные крошки». Мы будем обучать тех, кому нужно улучшить разговорную речь и научиться правилам поведения за столом. Мы научим их танцам, этикету…

– Но…

– А также карманным кражам, взлому сейфов, составлению чертежей…

Саймон выпрямился.

– И подрывной деятельности?

– Вот именно! Подготовка «лжецов»! Как ты на это смотришь?

Рассмеявшись, Саймон схватил Агату в объятия и весело закружил по комнате.

– Великолепно! Мы могли бы сразу же начать набор учащихся. Больше у «лжецов» не будет проблемы с кадрами. Все наши парни будут владеть необходимыми навыками.

– И девушки тоже.

Он настороженно взглянул на нее.

– Так вот в чем заключалась твоя цель с самого начала?

– Несколько подходящих девушек не помешают. О горничных и гувернантках люди обычно забывают настолько, что говорят в их присутствии о чем угодно.

Саймон улыбнулся:

– Похоже, ты сама рассчитываешь немного поработать «лжецом»…

– Нет.

– Нет? Это меня удивляет. Я думал, что ты хочешь быть в самой гуще событий.