Джози Литтон - Остров мечты

– Да. Господи, Джоанна, тебе бы в палате лордов сидеть вместо меня. Странно, что ты не взяла Лондон штурмом, – с расстановкой произнес Ройс.

– В моем-то грязно-зеленом платье? – засмеялась Джоанна. – К тому же я привыкла говорить то, что думаю.

– В таком случае тебе стоит выйти замуж, любить мужа и даже заботиться о детях, – заметил Ройс.

У Джоанны даже дух перехватило, когда она представила себе описанную братом картину, однако она тут же вспомнила, что сердце ее осталось в сказочном королевстве-крепости.

– Не думаю, что я предназначена для этого, – тихо промолвила она.

– Ерунда! – горячо возразил Ройс. – Ты будешь отличной матерью и женой.

– Да? Но если бы я жила по твоему рецепту, то кто бы отправился тебя искать?

«И нашел бы не только Ройса, но и меня саму», – добавила про себя Джоанна.

– Но даже в таком слу…

– Даже в таком случае – нет, – перебила брата Джоанна. – Ох, Ройс, скоро утро. Давай-ка отдохнем. Что-то прохладно в саду.

– Малридж будет в ужасе. Но учти, я и спать здесь собираюсь, – заявил Ройс.

– Малридж поймет, – отрезала сестра. – Она всегда все понимает.

– Иди спать, сестрица. А завтра ринемся прямо в пасть льву.

– Уже сегодня, – пробормотала Джоанна, сворачиваясь клубочком на мягкой земле.

И когда дрема набросила на нее свое покрывало, Джоанна вдруг ощутила знакомый запах лимонов…

Брайтон купался в бриллиантовом солнечном свете у сверкающей воды. Приятный город, подумала Джоанна, хотя и не чета Хоукфорту. Когда-то прежде тут была убогая деревенька с дремавшими на улочках собаками – теперь же все иное, город быстро разросся. Улочки, бегущие вниз, к Стрэнду, были застроены домами, сдававшимися внаем, клубами, театрами и гостиницами, включая знаменитый дуэт «Крепость» и «Старый корабль», где находились самые популярные залы для собраний. Зимой, слыхала Джоанна, городок дремал, но сейчас, когда сюда пожаловал сам принц-регент, жизнь в Брайтоне закипела.

Город перерос себя, причем буквально, благодаря огромному куполу – гигантскому сооружению высотой, как говорили, в шестьдесят пять футов в центральной части, который возвышался над Брайтоном. Под куполом находились королевские конюшни, где в холе содержали благородных животных. Без сомнения, нигде на свете за лошадьми так не ходили, как здесь. Люди постепенно привыкли к необычному сооружению, чего Джоанна никак не могла понять. И каждый раз, видя его в окно или с улицы, она не переставала удивляться.

Ройс решил остановиться в доме друга. Дом этот стоял в стороне от суетливых улиц, был скрыт за каменными стенами и окружен садом, но из его окон открывался прекрасный вид на город. Джоанна была в восторге от их временного жилища, хотя ей и пришлось нелегко от сюрприза, преподнесенного любящим братом.

– Только не говори мне, – сказал Ройс, когда их экипаж выезжал из Лондона, – что ты боишься.

– Боюсь скуки, – ответила Джоанна. – Ты не представляешь, как тоскливо мне будет даже в самом простеньком платье среди разодетых в пух и прах матрон.

– Ничуть не тоскливее, чем мне во фраке, – парировал Ройс. – К тому же твое грязно-зеленое платье сводит тебе скулы, особенно теперь, когда здесь полно народу. Я в этом уверен.

– Хорошо, я согласна, что платья нужны бы другие, – бросила Джоанна. – Но только не обращайся к мадам Дюпре. Ради Бога, только не к ней.

– Она самая модная портниха, – заметил Ройс.

– Все называют ее тираном. Ко всему прочему она сейчас наверняка слишком занята.

– Я уже послал ей записку.

Ну да, записку от графа Хоукфорта, который попросту сообщил модной портнихе, что его сестра нуждается в ее услугах. Черт возьми!

– Я написал ей, что цена не имеет значения, – сообщил Ройс.

– Она же разорит нас! И какая-то провинциальная выскочка завладеет нашим Хоукфортом!

Ройс рассмеялся, но легче от этого его сестре не стало. Едва они вошли в дом, где собирались остановиться, их встретила та самая мадам Дюпре. И еще три дня она не покидала дом.

– Это триумф! – брызгая слюной, заявила пухлая модистка. Мадам Дюпре внимательно осмотрела Джоанну, а та стоически выдерживала эту пытку, вознамерившись не сдаться портнихе-тирану.

– Мой брат сумасшедший, знаете ли, – сказала Джоанна. – И я с минуты на минуту жду, когда он об этом объявит открыто.

За три дня мадам привыкла к подобным заявлениям своей клиентки. Слушая Джоанну, она лишь усмехалась.

– Его сиятельство щедрый человек, – приговаривала она. – Побольше бы таких клиентов.

– Можете не сомневаться, их тут сколько угодно, – заверила ее Джоанна. Она махнула рукой, едва не сбив при этом с ног помощницу мадам, державшую в руках несколько роскошных отрезов тканей. – Посмотрите на улицу, там, за окном, целый город, полный людей, жаждущих вашего внимания. Как вы можете отказывать им?

– С ними занимаются мои помощницы, – ответила мадам Дюпре. Она явно была женщиной практичной. – Зато вы – мой особый проект.

– Спаси меня, Господь!

– Думаю, он уже это сделал. – Портниха посмотрела на прелестную девушку, в который уже раз дивясь про себя силе ее женского обаяния. Откусив кусочек сандвича с огурцом, мадам заметила: – По-моему, лето обещает быть очень интересным.

– У китайцев есть такое проклятие: «Чтоб вы жили в интересные времена», – заметила Джоанна.

Мадам не обиделась на ироничное замечание остроумной леди.

– Все китайцы сумасшедшие, – промолвила она. – Вот погодите, увидите вы морской павильон принца. То-то будете поражены.

Джоанна подумала, что после Карлтон-Хауса ее уже ничем не удивить. Как впоследствии выяснилось, она ошибалась.

– Здесь прежде был, – объяснял сестре Ройс, выходя из кареты и подавая ей руку, – миленький сельский дом, который принц-регент приметил почти двадцать лет назад. Говорят, ему понравился вид.

Джоанна ошеломленно смотрела на представившееся ее взору зрелище. Казалось, купол над городом должен был подготовить ее к чему угодно, но, выходит, это было не так. Воображение поражал огромный особняк в неоклассическом стиле, стоящий футах в ста от воды, окруженный множеством построек самого разного назначения, а то и вовсе без оного. Солнце садилось, заливая местность красноватым светом, к которому добавлялись неровные всполохи многочисленных факелов. По подъездной аллее, посыпанной гравием, подъезжали экипажи с гостями.

– Здесь так каждый вечер? – поинтересовалась Джоанна.

– Иногда бывает и больше гостей. Целые толпы. – Помолчав, Ройс добавил: – Принни не любит одиночества.

Этой ночью одиночество принцу явно не грозило. Войдя в павильон с Ройсом под руку, Джоанна едва не вскрикнула. В конце концов, мадам Дюпре ее предупредила. И все же у нее появилось чувство, что она неожиданно попала на другой континент. Повсюду, куда бы ни бросала она взор, все было в китайском стиле – мир пагод и драконов, лакированных шкафчиков, бамбуковой мебели, бумажных фонариков, фарфора и пальм. Не оставалось ни единого пустого уголка. Стены и потолки пылали алым и вишнево-красным, изумрудным и ярко-голубым, сапфировым и золотым цветами. В целом красиво, но, как обычно, принц-регент захотел всего в избытке, поэтому вместо дворца гости попадали в пещеру Али-Бабы.