Дороти Гарлок - Здесь царствует любовь

— Джесс! — позвала она. — Джесс! — закричала еще громче, неуверенно оглядываясь по сторонам. Только на Джесса сейчас и была ее надежда. Он всегда умел находить выход. Он знает, что надо делать, и сумеет исправить ситуацию!

Джесс появился в дверях практически в тот же момент. С искаженным страданием лицом Эллен бросилась к нему и обхватила руками.

— Джесс! Сделай же что-нибудь, Джесс! — простонала она.

Но Джесс сейчас видел только Трэвиса. Казалось, что сосуд, в котором многие годы копился гнев, лопнул, и ненависть разлилась по телу Джесса будто желчь. То, что Трэвис до мозга костей мерзавец, он знал уже давно, но никогда не думал, что этот негодяй когда-нибудь сам так выдаст себя и придет прямо к нему в руки. Отстранив Эллен, Джесс повернулся лицом к ее сыну.

— Какого черта ты здесь раскукарекался?

Произнесенная холодным тоном фраза хлестнула Трэвиса будто плеть. Сам вопрос, а еще больше ненавистный голос, которым он был произнесен, переполнили чашу терпения Трэвиса. Копившиеся годами злость, унижение и обида на то, что Джесс занял на ранчо по праву принадлежащую ему роль, вырвались наружу. Когда-нибудь это должно было произойти, и лучше, если они покончат с этим прямо сейчас. Они не смогут жить рядом, дышать одним и тем же воздухом, ходить по одной земле. Сердце Трэвиса неистово билось, ноздри дрожали. Надо было застрелить его еще тогда у колодца, черт побери! Говорил же Красная Борода, что самое время. Он пожалел Джесса, вернее, не его, а свою мамашу, привязавшуюся к нему как какая-нибудь сучка. Зря. Но теперь можно исправить ту ошибку.

— Трэвис! — закричала Эллен, по лицу сына догадавшаяся о его мыслях. — Нет! Сейчас же возьми себя в руки!

— Замолчи, мама!

— Отойди с дороги, Эллен, — будто эхо прозвучал за спиной спокойный голос Джесса.

— Трэвис, нет! Послушай же меня!

— Я же сказал, мама, замолчи!

— Джесс все уладит… Пожалуйста, Трэвис!

Не сводя полного ненависти взгляда с Джесса, Трэвис сделал шаг вперед.

— Ублюдок!.. Ублюдок… проклятый! — прерывисто выдохнул он, наклоняя по-бычьи голову и срывая с пояса револьвер.

Джесс поднял винтовку. Нажать курок помешала Эллен, которая бросилась между ним и Трэвисом. Реакция последнего оказалась не такой быстрой. Пуля попала в Эллен. Тело ее дернулось, и она начала медленно оседать. Почти одновременно раздался второй выстрел. Но подхватывающий падающую женщину Джесс уже не видел, как рухнул на землю Трэвис, а дымящееся дуло ружья Тома уставилось в грудь одного из его спутников.

Выскочившие на крыльцо Саммер и Сэди молча взирали на ужасную картину: Джесс растерянно смотрел на вздрагивающую у него в руках Эллен; Трэвис неподвижно лежал на спине в луже крови, и ветер теребил его светлые волосы.

Эллен с трудом оторвала голову от плеча Джесса и удивленно взглянула на образовавшееся у нее на груди красное пятно.

— Я ранена, Джесс? Я ничего не чувствую…

Джесс на мгновение притронулся щекой к ее лбу, затем внимательно посмотрел в начавшие затуманиваться глаза.

— Эллен! — хрипловато произнес он. — Эллен! — позвал он громче.

Раненая женщина с усилием приподняла веки.

— Ты любишь меня, да, Джесс? Ты же не бросишь меня?

— Я не оставлю тебя, Эллен, — каким-то тонким, дрожащим голосом сказал Джесс.

Сэди и Саммер все еще стояли на прежнем месте будто парализованные. Первой пришла в себя Сэди. Эллен умирает! Набрав полные легкие воздуха, она прошла вслед за Джессом в дом и сняла с постели одеяло. Джесс осторожно опустил свою ношу на кровать. Пуля вошла в Эллен чуть ниже груди, где сейчас расплылось большое ярко-красное пятно. Джесс начал расстегивать лиф ее платья. Сэди пошла за бинтом.

Саммер с детьми тоже вошла в комнату и стояла теперь возле кровати, сжимая одной рукой ладонь брата, другой — Мэри. Джон Остин смотрел на раненую с благоговейным страхом, не задавая вопреки обыкновению никаких вопросов.

Джесс скомкал кусок простыни и приложил к ране. Материя мгновенно пропиталась кровью. Он положил другой кусок сверху первого и нагнулся, чтобы снять с Эллен ботинки.

— Я не могла допустить, чтобы он выстрелил в тебя, Джесс, — неожиданно прошептала раненая. — Трэвис слишком разгорячился. Это был припадок ярости. Но он быстро отходит. Ты нужен ему, Джесс. Он нуждается в том, чтобы ты за ним присматривал. Ты же все исправишь, да?

— Да, Эллен, я все исправлю.

— Он даже не постарался убедиться в том, что Слейтер действительно мертв! О, если бы он советовался со мной в отношении того, что задумал! Но он — Маклин! Он слишком горд и упрям, чтобы принимать помощь от своей матери. Ты больше не сердишься на него, Джесс? — с мольбой в голосе спросила она, и Джесс кивнул головой. — Он мужественный и красивый мальчик. Я всегда им гордилась.

Сэди смотрела на склонившегося над Эллен Джесса, едва сдерживаясь от того, чтобы не выкрикнуть просившиеся наружу слова. Ей хотелось сказать, что о Трэвисе не стоит жалеть, что в нем не было ничего, чем стоило бы гордиться, что он был низким, ничтожным человеком и не более… Глаза молодой женщины наполнились слезами. Она подошла к изголовью кровати, где ее могла видеть Эллен, и положила руку на плечо Джесса. Может быть, это прикосновение скажет ему то, что не решается сказать язык.

— Он не такой сильный, как ты, Джесс. И не такой сильный, как его мать, — снова заговорила Эллен на удивление четко. — Я всегда борюсь до конца, чтобы получить то, что хочу. Хотя единственного, чего я хотела по-настоящему — любви… любви Сэма, — я не получила.

Губы Эллен задрожали, лицо сморщилось, будто она плакала. Но слез не было видно. Сэди удивило, как вдруг изменилась эта женщина. Сегодня утром это была полная сил красавица, а сейчас на кровати лежала старуха. Кожа ее пожелтела, губы сделались тоньше, а вокруг рта образовалось множество морщинок. Казалось, что она внезапно лишилась какой-то волшебной силы, с помощью которой удерживала в себе молодость. Даже холодное высокомерие, с которым она всегда взирала на окружающих, исчезло. Она выглядела больной и жалкой.

— Я все делала, чтобы заполучить его. Но он всегда отсылал меня домой к Скотту. Скотт был таким глупым и… прямо преклонялся предо мной. Он мог простить мне все что угодно.

Эллен закрыла глаза, и Сэди подумала, что она может уже не раскрыть их вновь.

В комнату вошел Джек, посмотрел на кровать и, молча дотронувшись до плеча Джесса, вышел.

— Это все Нэнни! — прошептала Эллен чуть слышно, но с явной злобой. — Я была красивее, и фигура у меня была лучше… Что он в ней нашел? Сухопарая простушка…

Лицо ее обмякло, из закрытых глаз выкатились слезинки и медленно поползли по щекам. Когда Джесс аккуратно стер их, Эллен даже не шевельнулась.