Мередит Дьюран - Твое прикосновение

— Пожалуйста, — взмолилась она. — Говорите яснее. — Затем она вдруг заметила, как на лице Джеймса появилось выражение заботы и участия. У нее сдавило горло. — О, — прошептала Лидия, — только не говорите, что в этой истории замешан мой отец.

Джеймс не сводил с нее глаз. Он старался выглядеть спокойным, однако шрам на его рассеченной брови выдавал его. Этот шрам заметно покраснел.

— Фин провел кое-какие расследования. Чтобы не углубляться в подробности, скажу сразу: люди, которые напали на вас, работают на правительство Англии.

Вероятно, Лидия неверно истолковала услышанное. Она перевела недоуменный взгляд на графа, который ничуть не удивился заявлению Джеймса.

— Говорите всю правду, — бесстрастно попросила она.

Граф откашлялся.

— Я отношусь к Джеймсу с большим доверием. Если он что-то утверждает, то в этом можно не сомневаться. Сегодня я побеседовал с одним из тех людей, которые напали на вас. Скажу прямо: я не испытал особой радости от разговора с ним. Этот человек по роду службы обычно занимается особыми делами. Довольно непростыми и запутанными, которые крайне сложно расследовать по официальным каналам. — Фин вдруг сменил интонацию на более мягкую. — Участие этого человека во всей этой истории вряд ли обрадует вас, мисс Бойс. Вам еще повезло, так как он считал, что в поезде вы ехали одна. Полагаю, вмешательство Джеймса застало его врасплох.

Какой необычный у него голос, такой низкий и теплый, что хотелось слушать и слушать, не обращая внимания на ужасный смысл его слов. Лидия скрестила руки на груди. Она уже знала, что сейчас последует.

— Вы собираетесь обвинить моего отца, — произнесла она безразличным тоном. — Ну, приступайте. И покончим с этим вопросом.

Фин и Джеймс переглянулись. Вне всякого сомнения, они предполагали, что молодая женщина находится на грани истерики.

— Мне ничего не известно про вашего отца, — продолжил граф Эшмор. — Я знаю лишь то, что мне рассказали. Некая женщина по имени Полли Маршалл…

— Это мошенница, — тихо закончила его фразу Лидия. Ее вдруг охватило равнодушие. Она чувствовала только усталость и странное ощущение неизбежности. Снова и снова она повторяла слова в защиту отца, однако никто не считал их убедительными. — Не вызывает сомнений, что любовник этой женщины состоял в заговоре с конкурентом моего отца по бизнесу. Вот они и задумали разрушить его репутацию.

— Все возможно, — мягко заметил граф. — Однако мне понятно, что соучастники находятся и в Египте.

Это известие было новым для Лидии. Очевидно, оно основывалось на проведенном кем-то серьезном расследовании. На ее лице промелькнуло выражение крайнего изумления.

— Что вы имеете в виду?

— Увы, мне не известны подробности. Но власти считают, что «Слезы Египта» находятся у вашего отца.

Так. Наконец-то это произнесено вслух. Слова графа ударили по чувствам Лидии, словно пушечное ядро. У нее возникло странное ощущение, словно начало рушиться все: жизненные перспективы, надежды, все хорошее, все фантазии, которыми она тешила свое воображение перед сном.

— Значит, так считают власти, — повторила Лидия, удивляясь собственному спокойствию.

— Да. Поэтому проблема возвращения этих драгоценных камней и стала задачей первостепенной важности. Если бы бриллианты появились в Англии, то это вызвало бы политический скандал. Несомненно, вновь разгорелся бы мятеж в Египте. Оживились бы наши противники. Франция уже заявляет протесты в отношении контроля Британии над Суэцким каналом. И эта дополнительная неприятность могла бы лишить нас последней точки опоры. — Граф помедлил. — Теперь вы понимаете, почему правительство приняло решение действовать через секретных агентов. Увы, они могут вас огорчить.

Лидия покачала головой, вникая в смысл сказанного Эшмором.

— Они собираются убить отца.

— Вовсе нет, — решительно вмешался Джеймс. — Речь идет вовсе не об этом. Фин хочет сделать вам одно предложение.

— Насколько мне известно, ваш отец прибывает в Саутгемптон завтра, — сказал граф.

В самомделе? Лидия еще не знала об этом.

— В зависимости от исхода нашего с вами разговора ваш отец сможет спокойно приехать в Лондон. В дальнейшем он также имеет шанс остаться вне этого расследования, но при одном условии. В течение последующих семи дней бриллианты должны быть переданы властям.

Замечательная сделка. Есть лишь маленькая закавыка.

— А что, если у него нет этих камней?

— Вам сейчас нужно надеяться, что они именно у него. — Доброжелательная интонация этих слов Эшмора показалась Лидии нарочитой. — Ваши личные убеждения сейчас не имеют никакого значения, мисс Бойс. Важно другое: власти считают его замешанным в краже. Если драгоценности не будут возвращены, вашего отца тут же арестуют и подвергнут допросу. С другой стороны, всякий, кто окажет содействие в возвращении бриллиантов, будет освобожден от обвинений, как выдвинутых публично, так изаявленных в частном порядке. — Эшмор некоторое время колебался, прежде чем продолжить: — Конечно, такое же предложение действует и в отношении любой женщины, которая может быть причастна к этой истории.

Лидия находилась в таком шоке, что даже и не подумала как-то отреагировать на заявление Эшмора. Из оцепенения ее вывел недовольный голос Джеймса:

— Ну конечно. Мисс Бойс в роли воровки, ты это имел в виду? Да пошел ты, Фин. Все, хватит, я отвезу ее домой.

Граф с извиняющимся видом пожал плечами:

— Я должен был это сказать. Уж извините.

С большим трудом Лидия поднялась. Казалось, в комнате такой густой и плотный воздух, что нужно раздвигать его, словно при ходьбе по воде.

— Получается, невиновность моего отца и погубит его, — тихо обронила Лидия. — Потому что у него нет никаких бриллиантов.

В карете Джеймс обнял Лидию и прижал ее к себе. Ей совершенно не хотелось противиться этому. С какой стати? Онауже почти смирилась с фактом, что этот мужчина способен утешить и успокоить ее в те минуты, когда ей плохо.

— Я не знаю, что мне делать, — прошептала Лидия. — Ну как человек может доказать, что у него нет того, что они ищут?

— Успокойтесь, — тихо ответил Джеймс. — Вам лучше немного отдохнуть, Лидия. Все равно сейчас вы не решите навалившиеся на вас проблемы.

Такой ответ разочаровал Лидию. Ей хотелось поддержки, утешения, каких-то решительных действий. Она уткнулась в плечо Джеймса и с удовольствием вдохнула знакомый запах лаванды.

— Вы должны быть честны со мной. — Лидия закрыла глаза. — Ведь вы не считаете меня дурой, если я верю в своего отца?