Элизабет Торнтон - Опасная близость

Это, наверно, ему в наказание за все те утра, когда он сам исчезал прежде, чем проснется очередная партнерша. Но у него была уважительная причина. Женщины вечно ждали от него всяческих высоких слов, уверений в любви. Никогда они не могли просто наслаждаться моментом. И вот теперь, именно тогда, когда он наконец набрался мужества произнести слова, которые жаждет услышать любая женщина, Кэт сбежала.

Выругавшись, он сел на край кровати и стал одеваться. Она никогда не заставит его поверить, что любит его. Другие женщины отдаются ради наслаждения, но только не Кэт. С самого начала между ними было что-то особенное, пока она не узнала, что он граф Ротем.

Он сунул ноги в черные лаковые туфли. «Что заставило ее убежать?» – гадал Маркус.

Всю дорогу до города он продремал и проснулся только, когда карета остановилась. Они были на Сент-Джеймс-сквер, забитой в этот час экипажами.

– Подъезжай со стороны Пэлл-Мэлл, – высунувшись из кареты, крикнул он кучеру.

На Пэлл-Мэлл, однако, тоже была толчея, и Маркус решил дойти пешком до дома крестной матери, который был неподалеку. На полпути он миновал дом Эми Спенсер и остановился.

Хотя было четыре часа ночи, по лондонским меркам это было не поздно, и он ожидал увидеть, как обычно, свет во всех окнах ее дома. Вместо этого светились лишь два окна на верхнем этаже. Никто не входил и не выходил из дома, который был непривычно тих – ну просто церковь. Повинуясь какому-то порыву, Маркус перешел улицу и взбежал на крыльцо.

Слуга, открывший дверь, узнал Маркуса и впустил его в холл.

– Миссис Спенсер никого не принимает.

– Она одна?

– Да, милорд.

С Маркуса окончательно слетело сонное состояние. Властно взглянув на слугу, он сказал:

– Меня миссис Спенсер захочет принять, Фули. Немедленно проводи меня к ней.

– Но, сэр…

– Немедленно! Слуга отвел глаза.

– Слушаюсь, сэр, – буркнул он и повел Маркуса наверх.

Маркусу хотелось появиться без предупреждения. Опередив слугу, он вошел в гостиную. Эми, сидевшая в кресле у камина, поднялась ему навстречу.

– Маркус? А я как раз думала о тебе.

При виде ее он вновь вспомнил, какие беды и мучения принесла ему ложь этой женщины, и его внезапно охватил гнев.

– Я пришел к тебе не со светским визитом, – резко произнес он. – Мне хотелось бы знать, почему ты солгала Кэт обо мне. Твоя ложь принесла мне столько несчастья, что не можешь вообразить.

Эми непонимающе посмотрела на него, потом ее лицо сморщилось, и она опустилась в кресло.

– Я никому не хотела зла, – проговорила она. – О боже, что я наделала!

Маркус пробыл у Эми полчаса, не потому что ему этого хотелось, просто Эми была в таком состоянии, что он боялся оставить ее. Она вновь и вновь просила у него прощения и рыдала не переставая. Он уже начал жалеть, что поддался порыву и зашел к ней. Он никогда не видел, чтобы Эми теряла самообладание, и был уверен, что дело не только в его вспышке. Однако он узнал от нее, что она написала Кэт письмо, в котором снимала с него все обвинения.

Несколько смягчившись, Маркус подождал, пока Эми успокоится, и покинул ее.

Он был еще на крыльце, когда дверь за ним снова открылась и появилась Эми – запыхавшаяся, с еще мокрыми глазами.

– Какое имеет к вам отношение моя сестра, лорд Ротем? – тихо, дрожащим голосом спросила она. – И как вы узнали, что она моя сестра?

– Катрин – моя жена, – резко бросил он и стал спускаться по ступенькам.

Маркус не успел еще сойти на тротуар, как раздался оглушительный грохот, пуля просвистела у него над головой и вонзилась в дверь. Эми взвизгнула, прохожие бросились врассыпную, лошади шарахались или вставали на дыбы.

Кто-то крикнул: «Убийца!», чем добавил паники на переполошившейся Пэлл-Мэлл.

Маркус схватил Эми за руку, рванулся с нею в дом и захлопнул дверь, потом подскочил к окну, слегка отодвинул штору и выглянул. На улице творилось нечто невообразимое: люди кричали, зовя полицию, кучера старались совладать с лошадьми.

Услышав непонятные звуки позади себя, он оглянулся. Эми с белым как мел лицом медленно сползала по двери на пол. Он едва мог разобрать, что она говорит слабым голосом.

– Кто хотел меня убить, Маркус?

– Этот выстрел предназначался мне, а не тебе, – ответил Маркус и крикнул: – Фули!

Слуга, появившийся на зов, выглядел не лучше своей госпожи.

– Запри все двери и не открывай никому, кроме меня, понятно?

– Маркус, не оставляй меня одну! – воскликнула Эми.

Он посмотрел на ее посеревшее от страха лицо и смягчился.

– Здесь ты будешь в безопасности, Эми. Фули будет охранять тебя, пока я не вернусь.

– Но куда ты идешь?

– Хочу поговорить с одним человеком, – уклончиво ответил Маркус и направился к черному ходу.

Майор Карузерс был ранней пташкой, так что, когда Маркус наконец добрался до него, он был уже одет Карузерс молча завтракал и слушал рассказ Маркуса о последнем нападении. Маркус завтракать отказался, попросив лишь чашку кофе.

– Итак, правильно ли я вас понял, – заговорил Карузерс, – вы были у леди Тарингтон, затем отправились в Хэмпстед и закончили вечер у миссис Спенсер.

– И что тут необычного? – нахмурился Маркус, которому не понравился тон майора.

– Только одно. Меня удивляет, почему нападавший выбрал именно этот момент. Почему не тогда, когда вы уходили с бала, или не в Хэмпстеде? В безлюдном Хэмпстеде гораздо сподручнее совершить нападение, чем на многолюдной Пэлл-Мэлл.

– Если он следил за мной от дома леди Тарингтон, то у него не было возможности стрелять, пока я не уехал из Хэмпстеда, а возле моего дома нет фонаря. Не знаю. Честное слово, не знаю. Но Пэлл-Мэлл хорошо освещена. Я был отличной мишенью, к тому же ему легко было исчезнуть среди толпы в поднявшейся суматохе. Или же мишенью была миссис Спенсер, – неожиданно предположил Карузерс.

– Вы ведь это не всерьез!

Карузерс посмотрел на Маркуса долгим взглядом, потом покачал головой.

– Не всерьез. Как я понимаю, есть два объяснения. Первое связано с вашим и ваших товарищей пребыванием в отряде Эль Гранде.

– Вы верите во все эти слухи? Считаете, что это вендетта?

– Не исключаю такой возможности, поскольку совершено новое нападение. – Он посмотрел на Маркуса. – Уверен, вы иначе объясняете его… и случай с Катрин на лестнице в башне.

– Я не верю, что мой наследник способен на подобные вещи, – ответил Маркус, стараясь говорить спокойно.

– Не верите? Тогда позвольте спросить. До того, как Катрин упала на той лестнице, думал ли кто-нибудь, что она может быть беременна, родить нового наследника?

Маркус хотел было ответить отрицательно, но неожиданно вспомнил разговор за обедом в замке. Они с Катрин извинились, что она не может выезжать на прогулки верхом из-за больной ноги. Но тогда никто не поверил их объяснению. Элен даже воскликнула: «Вы ждете ребенка!» – и то же подумали остальные.