Элизабет Бойл - Дерзкая наследница

Теперь ясно: глава сети американских шпионов — Лили. И именно она должна занять место Адама.

Но он не может выдать ее. Не может допустить ее смерти. Уэбб глубоко вздохнул: она изменница. А сейчас он сам совершает предательство.

Но хочет ли он остаться с той, которую любит? Скорее всего он навлекает на себя новую беду. Брак с Лили — дикость, безумие и безрассудство. Устраивает ли его такая жизнь?..

А если он все уже давно решил для себя, то ее признание ничего не изменит. Напротив, он более спокоен, поскольку получил ответы на все свои вопросы и сомнения. Теперь понятно ее нежелание ехать в Париж, ее дикие выходки, увертки и отговорки — все сейчас стало объяснимо.

Уэбб выглянул в окно — они подъезжали к министерству иностранных дел.

— Лили, я…

— Я пойму, — прервала его Лили очень спокойно, — пойму, если ты сочтешь нужным отдать меня в руки своего отца.

— Лили, я…

— Не надо ничего объяснять. Если это означает свободу для Адама…

Уэбб прикрыл ей рот рукой.

— Если ты скажешь еще хоть одно слово, я надену на тебя наручники. По крайней мере до той минуты, пока мы не спасем твоего жениха.

В ее зеленых глазах читалось непонимание.

— Я люблю тебя, Лили. Куда бы ни забросила нас судьба, я буду с тобой.

Смятение в ее глазах сменилось светом любви. Он отнял руку от ее рта и прижался к нему губами, скрепляя поцелуем, словно печатью, свое обещание и веру в будущее.

И когда Лили ответила ему на страстный поцелуй, Уэбб понял, что между ними больше никогда не будет секретов. И если он в эту минуту терял то, к чему так стремился, то в награду получал любовь, с которой не сравнится ничто.

Карета остановилась в аллее, неподалеку от ряда правительственных зданий. Лили вышла из кареты. Уэбб взял ее за руку и повел в конец аллеи. Здесь он остановился и, глядя ей в глаза, сказал:

— Обещай мне только одно.

— Все, что угодно, — прошептала она.

— Больше никаких женихов. У меня не хватит сил отделываться от них.

— Спасибо, — рассмеялась Лили. — Я и сама прекрасно с этим справлюсь.

— Сесил! Сесил! — в раздражении кричал лорд Драйден. Секретарь влетел в его кабинет. Парик лорда Драйдена сполз набок, очки съехали на кончик носа.

— Милорд? Я никак не ожидал, что вы вернетесь сегодня…

— Я и не собирался, но потом решил заехать на минутку, чтобы затем присоединиться к жене. Она сейчас гостит в доме сэра Вентуорта, там мы собираемся встречать Новый год.

— Чем я могу служить, милорд?

— Сначала скажите мне, кто входил в мой кабинет? — Лорд Драйден указал на письмо, лежавшее на его столе. — Я хочу знать, кто принес это письмо?

Сесил пожал узкими плечами:

— Не имею ни малейшего представления, милорд. Я отлучался ненадолго, чтобы поужинать, и вернулся перед самым вашим приездом.

— Поужинать? И в котором часу вы начали свой ужин? — вопрос был чисто риторическим, поскольку Сесил стал легендой в министерстве иностранных дел. Говорили, что лорд Драйден безвылазно просидел в своем кабинете целых сорок лет, а рядом с ним всегда находился Сесил. Лорд Драйден знал, что это именно так и было, Сесил практически никогда — ни днем, а случалось, и ночью — не покидал своего рабочего места. — Хорошо, не обращайте внимания. Мне просто противна сама мысль, что кто-то разгуливает здесь в мое отсутствие.

Он взял в руки письмо и исследовал печать: что-то знакомое, но что именно?..

— Чья это печать? — спросил лорд Драйдеи, протягивая письмо Сесилу.

— Лорда Вестона, милорд. Вашего сына.

Лицо лорда Драйдена просветлело, но тут же сделалось грустным. Увы, его работа, требующая отдачи всех сил, в последнее время стала сказываться на нем. Не узнать печать собственного сына! Каким же дураком он выставил себя перед Сесилом!

Он становится слишком старым. А вместе с ним и Сесил… Отправился ужинать, черт возьми!

— Ну хорошо, — сказал лорд Вестон. — Я просто проверял тебя, мой старый друг. Давай-ка сюда письмо.

Едва Сесил вышел из кабинета, лорд Драйден вскрыл конверт. Он зажег на своем столе еще одну свечу и поднес письмо поближе к свету, чтобы разобрать почерк Уэбба. Читая письмо, он сначала никак не мог ухватить его смысл, до его сознания доходили лишь отдельные слова: «отставка», «трудный выбор», «женщина, которую я люблю». Но, дочитав до конца, был сражен той правдой, которая наконец открылась ему.

— Болван! Редкостный глупец! — неожиданно воскликнул он.

— Да, милорд? — спросил Сесил, открывая дверь.

— Вызови охрану.

— Охрану, милорд?

— Да, разиня, охрану. Собери всю охрану, которая несет дежурство. Всех до единого. И немедленно!

Сесил, вылетев из кабинета, пулей помчался по коридору, повторяя про себя приказ лорда Драйдена.

Сняв очки, лорд Драйден стал лихорадочно протирать линзы.

— Глупец, — бормотал он. — Болван…

— Куда мы идем? — спросила Лили, когда они миновали здание министерства иностранных дел и направились к реке.

— Спасать Адама от суда.

— Разве министерство не там? — спросила она, указывая пальцем через плечо на здание, оставшееся позади.

— Там. Но ведь ты не собираешься войти в парадную дверь и потребовать его освобождения?

Лили смущенно пожала плечами: именно это она и собиралась сделать.

— Американцы, — пробормотал Уэбб. — Все вы такие…

— Разреши напомнить тебе, что американцы честно завоевали свою независимость.

— Да, но они могли бы добиться ее через Парламент. Уэбб вышел на набережную и по узкой расшатанной лестнице спустился прямо к воде. Оторвав от ступени длинную щепку, он бросил ее в воду. Щепка закружилась на месте, а затем медленно поплыла вверх по течению.

— Черт побери! — в сердцах выругался он.

— В чем дело?

— Начинается прилив.

Не зная, как отнестись к его сообщению и какое отношение прилив имеет к Адаму, Лили промолчала. Она стояла на верхней ступени, с сомнением поглядывая на шаткую лестницу — выдержит ли она их двоих… Внизу Уэбб зажег небольшой фонарь, который прихватил с собой, и, держа его в одной руке, другой стал ощупывать камни, которыми была выложена набережная. Вода доходила ему до щиколоток.

— Что ты там делаешь? — спросила Лили, в страхе ожидая, что он сейчас прикажет ей следовать за ним в эту холодную черную воду.

— Ищу вход в министерство иностранных дел, — ответил Уэбб, открывая маленькую дверь. — Спускайся.

Лили, невольно поеживаясь, стала спускаться. Она дошла уже до конца лестницы, и холодная вода Темзы моментально залилась в ее короткие ботинки. Не успела она ахнуть, как Уэбб открыл дверь, таща ее за собой. Дверь закрылась, и они погрузились в полную темноту. Уэбб снова зажег фонарь, и Лили смогла осмотреться.