Дебора Макгилливрей - Мятежный рыцарь

Уильям кивнул:

– Интересно… И все же вы не ответили на мой вопрос. Как он обращается с вами, милая?

– Я восхищаюсь им. Он в высшей степени справедлив. Благодарю вас за предложение, Уильям Уоллес. В других обстоятельствах вы понравились бы друг другу. – Она выпрямилась. – Я поддерживаю моего отца и уважаю его право сражаться за то, во что он верит. Я верю в Глен-Шейн. Так же как и мой муж. Он будет сражаться, чтобы защитить нас, поэтому я не сделаю ничего, что могло бы ему помешать. Я убью любого, кто попытается поднять руку на Шеллона.

– Надеюсь, вы и ваш муж сохраните эту долину в безопасности, леди Шеллон.

– Идем, дочка, я провожу тебя до двора крепости, – произнес Хадриан.

– Прощайте, Уильям Уоллес. Идите, с вами наше благословение и надежды. – Она смотрела, как он отошел к небольшому очагу и стал греть руки.

Отец вывел ее в коридор.

– Спасибо тебе за еду и кров. Мы отдохнем здесь несколько дней, а потом потихоньку двинемся на север. Уоллес уедет еще до рассвета. Ты любишь своего Дракона, дочь?

Она кивнула:

– Я люблю Шеллона. Выбор был нелегкий. Ведь это он посадил тебя в тюрьму и разрушил Кинмарх.

– Он делал то, что приказывал Эдуард. Если бы не он, все могло бы обернуться гораздо хуже и для Кинмарха, и для меня. Он обращался с нами справедливо, благородно. – Отец рассмеялся и прижал ее к себе. – Моя девочка носит ребенка. Я чувствую себя стариком. Ты сделаешь меня дедом.

Тамлин погладила его красивое лицо и улыбнулась.

– Ты не старый. А тебе обязательно ехать с Эндрю? Почему ты не хочешь остаться здесь с нами? Эту долину можно защитить. Ты был бы здесь в безопасности. Бороться с этим английским королем – ошибка. Он умен, но безумие отравляет его мозг. Он не смирится с поражением. Ты это знаешь. Зачем же сражаться?

Тамлин умолкла и, всхлипывая, прижалась к его груди, не в силах преодолеть страх, закравшийся в ее сердце. Страх за отца. Страх за Шеллона. Она любила их обоих и желала, чтобы оба остались в этой долине. Пусть остальной мир занимается политикой и войнами. Она хотела, чтобы люди, которых она любит, были как можно дальше от войны и разорения.

Хадриан обнял ее.

– Тише, любимая, а то ты сделаешь плохо ребенку. – Он поднял ее подбородок и поцеловал в нос. – Я правильно сделал, что выбрал для тебя воина. Шеллон защитит тебя, Тамлин.

Она шмыгнула носом.

– Ты мог бы сказать мне.

– Но ты довольна моим выбором?

– Да, я бы не хотела никого другого.

– Идем, я провожу тебя до входа в пещеру. – Он взял ее за руку и помог осторожно подняться по винтовым каменным ступеням. Открыв дверь, Хадриан убедился, что дорога к башне лорда свободна. – Иди, тебе пора.

Со слезами на глазах Тамлин обняла отца.

– Не уезжай, пожалуйста…

Вдруг кто-то резким движением оторвал ее от Хадриана, и кончик меча оказался у горла ее отца. Она смотрела в искаженное яростью лицо мужа.

– Нет, Шеллон! – выдохнула она.

– Отойди, Тамлин, – приказал Джулиан, его голос был холоден как лед. – Ни один мужчина не коснется моей жены.

– Шеллон, прекрати! Это мой отец! – взмолилась Тамлин.

Немного успокоившись, Шеллон внимательно посмотрел на Хадриана и узнал его.

– Граф Шейн, в последний раз, когда мы слышали о вас, вы были гостем Эдуарда в Тауэре.

– Доброе утро, лорд Шеллон. Благодаря вам. Эдуард приказал перевезти меня и Эндрю де Мори в Честер. Несмотря на определенные усовершенствования в Тауэре, нам все еще не слишком нравится английский климат. – Хадриан блеснул белыми зубами в озорной улыбке. Он поднял руку и отвел лезвие меча от своего горла. – Давайте обойдемся без этого. Тамлин носит вашего ребенка, и такие переживания ей не на пользу.

Шеллон взял Тамлин за руку и мечом сделал знак Хадриану идти впереди:

– Прошу вас, лэрд.

Хадриан посмотрел на Тамлин, потом на Шеллона и пошел вперед.

Тамлин попыталась выдернуть руку, которую держал Шеллон, повернуться и взглянуть мужу в лицо:

– Ты же не собираешься снова сделать его узником?

– Тамлин, перестань бороться со мной. Ты только все осложняешь. Поверь мне, я сделаю то, что правильно для всех нас.

Шеллон провел Хадриана вверх по ступенями велел графу продолжать подниматься по лестнице. У спальни лорда он кивком дал ему знак войти, затем подтолкнул туда Тамлин, а сам остановился, чтобы поговорить с Моффетом. Тамлин видела, что молодой человек помчался прочь, когда его господин закрывал дверь.

– Лэрд, вы останетесь здесь. Вы извините Тамлин? Мне нужно поговорить с женой наедине. – Шеллон кивнул Хадриану. Он протянул Тамлин зажженную свечу, вывел ее из комнаты и плотно закрыл дверь.

Она повернулась и хотела что-то сказать, но он поднял палец и посмотрел на нее.

– Шеллон…

– Закрой рот, Тамлин, и не открывай его. – Джулиан повел ее вниз по лестнице, повернул на второй этаж и направился к маленькой комнате, которая раньше принадлежала ей. Он открыл дверь и жестом пригласил ее войти. Тамлин повиновалась, потом смотрела, как он закрыл дверь и прислонился к ней плечом, приставив меч к стене. – Ложись спать, Тамлин. – Его слова прозвучали мягко, но от Тамлин не скрылась твердость в его приказе.

– Как ты собираешься поступить с моим отцом? – Она поставила свечу на столик у кровати.

Он выдохнул, затем прошел к небольшому камину и начал при помощи кремня разжигать в нем торф.

– Я еще не решил. Этой ночью он будет спать в покоях лорда. Я послал Моффета к Ровене и Рейвен. Им наверняка захочется увидеть отца, убедиться в том, что с ним все в порядке.

– Благодарю тебя за доброту, Джулиан. Но что ты собираешься делать? Отправить его назад к Эдуарду? Не знаю, как с ним поступит твой король.

– Он и твой король тоже, Тамлин.

– Но ему не понравится, что Хадриан сбежал.

Шеллон поднял на нее глаза.

– Лучше беспокойся о том, жена, чтобы доставить удовольствие мне, чем волноваться об Эдуарде.

– Ты злишься на меня? – Он поджал губы и кивнул.

– Да, и есть только один выход.

– Шеллон, он мой отец…

Его зеленые глаза сузились.

– А я твой муж, Тамлин. Теперь ты в первую очередь должна быть предана мне.

– Да, Шеллон.

– Еще одно «да, Шеллон». Это твоя манера отделаться от меня? – Когда огонь начал разгораться, он встал и снял с себя накидку. Сев в кресло, он развязал сапоги и сбросил их. – Раздевайся, Тамлин.

– Шеллон, что ты собираешься делать?

– Поскольку ты беспокоишься о судьбе твоего отца и о том, как я накажу тебя, думаю, ты будешь очень стараться, чтобы меня успокоить.

Кого-нибудь другого его слова могли бы испугать. И Тамлин была не совсем уверена в его настроении. Она знала, что он злится.