Мюриэл Митчелл - Детство Скарлетт

Хитрый Джо перехватил его взор и вновь щелкнул пальцами. Мальчишка тут же принес второй стаканчик и сам полковник Брандергас наполнил его виски. Хозяин, продолжая подобострастно улыбаться, поднял свой стакан, но полковник не стал с ним чокаться. Он сделал несколько маленьких глотков и поставил виски на стол.

А хозяин залпом осушил свой стакан, вытер рукавом несвежей рубашки толстые губы, и его взгляд тут же подернула маслянистая поволока. Казалось, он полностью доволен жизнью.

— Ты мне помог, Билл, и я тебе благодарен.

— Что вы, что вы, полковник, ведь это долг каждого гражданина. Как же я мог вам не помочь?

— Ведь ты же, Билл, знал, кто у тебя наверху, но не сказал шерифу.

— А что толку, полковник, говорить нашему шерифу? — переходя не шепот, быстро заговорил Хитрый Джон. — Ведь они бы ничего не сделали с Хуаном Мочадо, он вновь ускользнул бы от них, а ночью пришел бы и прикончил меня.

— Да, в твоих словах есть доля правды. Думаю, что Мочадо не стал бы с тобой церемониться. Но твои слова — это не слова честного гражданина.

— Что вы, что вы, полковник, я выполнил свой долг и счастлив.

— Да, наверное, теперь ты будешь чувствовать себя поспокойнее.

— Конечно, мы все будем себя чувствовать поспокойнее.

Полковник Брандергас щелкнул замочками своего саквояжа и вытащил свернутый в трубку портрет Копало.

— А этого, Билл, ты не знаешь? — так же как и при первой встрече блеснули глаза полковника, буквально впившись в лицо Хитрого Джо.

— Знать-то я его знаю, но Копало уже месяц не было в наших краях.

— Билл, если вдруг он появится, найди меня и сообщи, я с ним попытаюсь разобраться.

— Тут у нас разное о нем говорят, — и хозяин салуна посмотрел в другой конец зала, где четверо мужчин резались в карты. — Но вы, полковник, не первый, кто о нем спрашивает.

Брандергас насторожился и по выражению его лица Хитрый Джо догадался, что тот ждет продолжения разговора.

— Пару дней назад им интересовался еще один человек.

— Кто он? — коротко спросил полковник.

Хитрый Джо пожал плечами.

— Единственное, что я вам могу сказать, это очень крепкий парень, он ходит в черном пончо с белыми узорами.

— В пончо?

— Да-да, сэр, в черном пончо.

— А как его имя, ты случайно не знаешь?

— Нет, полковник, но если бы я знал, неужели вы думаете, что я стал бы от вас его скрывать?

— Да, смысла в этом никакого. Он молод? — поинтересовался полковник Брандергас.

— Да, полковник, моложе вас.

«Наверное, мне придется с ним встретиться», — подумал полковник Брандергас, набивая свою янтарную трубку табаком из кожаного кисета, расшитого бисером.

— У вас такая хорошая трубка, — вдруг заискивающе улыбнувшись, сказал хозяин салуна.

— Я не люблю сигары, трубка лучше.

Хозяин салуна тут же вытащил изо рта сигару и повертев ее в пальцах, затолкал в нагрудный карман своей несвежей рубашки.

— Да нет, Джо, можешь курить, это я так.

— Нет-нет, сэр, я не хочу курить, мне достаточно нюхать аромат вашего табачка.

— Да, этот табак хорош, он из Джорджии.

— Вы говорите, из Джорджии? Но это же черт знает где!

— Да, далековато, но я курю только его.

— Наверное, вы, полковник, можете себе позволить это, — улыбнулся, обнажив желтые прокуренные зубы, Хитрый Джо.

— Джо, а что это у тебя такой плохой музыкант?

— У меня был хороший, но ему не повезло, его застал с одной из своих девиц Хуан Мочадо.

— И что? — поинтересовался Брандергас.

— Ясное дело, он уже месяц как на кладбище.

— Джо, мне кажется, лучше бы Мочадо застрелил этого, ведь невозможно слушать это бренчание.

Хитрый Джо суетливо замахал руками хромому музыканту, и тот испуганно убрал пальцы с клавиш. Струны еще некоторое мгновение звенели, но потом в салуне воцарилась тишина, только слышались голоса мужчин, резавшихся в карты.

— Давай еще понемногу выпьем, Билл, — и полковник Брандергас наполнил стаканчик хитрого Джо.

— За вашу удачу, полковник! — глядя прямо в рот своему гостю, патетично воскликнул Хитрый Джо.

— Лучше за мой длинноствольный револьвер, — и Брандергас погладил рукоятку своего длинноствольного револьвера.

Потом он неторопливо поднял свой стаканчик и осушил его до дна.

Глава 2

Если в первые месяцы, занимаясь поимкой преступников, Ретт Батлер считал свой промысел немного зазорным, то теперь он был абсолютно спокоен.

Ведь на диком западе почти никто не интересовался, откуда у человека деньги. А он не крал, не занимался разбоем, его заработок был честным и приносил пользу не только ему, Ретту Батлеру.

Сейчас молодой человек был озабочен поисками опасного убийцы Копало. На его совести было множество страшных преступлений, каждое из которых в отдельности должно было его привести на виселицу.

Но Копало был дерзок, жесток и решителен. К тому же, он никогда не действовал в одиночку.

Поэтому Ретт Батлер решил прибегнуть к посторонней помощи.

Идя по кровавому следу, тянущемуся за преступником, Ретт Батлер очутился в небольшом городишке с названием Голд-Сити.

В это время как раз начались проливные дожди и лучше было отсидеться до наступления ясной погоды в отеле, чем трястись верхом по раскисшей дороге.

В Голд-Сити Ретт Батлер сразу же присмотрел себе человека, который мог бы ему помочь. Это был местный нищий, весь день проводивший у входа в церковь и просивший подаяние, демонстрируя всем прихожанам свою незаживающую на ноге язву.

А по вечерам Хромой Джек — так обычно называли в Голд-Сити нищего — проводил время в салуне, спуская в карты весь свой небольшой заработок.

Хромой Джек знал всех в округе. Ему достаточно было один раз взглянуть на человека, чтобы запомнить его на всю жизнь.

Правда, он ничего и никогда не делал бесплатно. И немного поторговавшись с Реттом Батлером, они сошлись на сумме в десять долларов, которую Хромой Джек должен был получить, лишь только в городе объявится преступник Копало.

Хромой Джек действовал наверняка. Ведь он прекрасно знал, что Копало уже сидит в Голд-Сити третий день. Но он решил дважды продать одно и то же.

К сожалению, портрет на плакате был выполнен не очень искусной рукой и поэтому узнать в моложавом итальянце человека, за голову которого было обещано две тысячи долларов, было трудной задачей.

Ретт Батлер остановился в единственном салуне, не подозревая о том, что его соседом по номеру является сам Копало. Они даже один раз столкнулись в коридоре.