Тень Исиды - Виктория Анатольевна Воронина

помощью к фараону Уанхаху, который к нему благоволил, но фараон не пожелал вмешиваться в дело замужества молодой девицы, когда ее отец добровольно отдал ее в жены его советнику. Амнерис отвели в дом Хуфу, но она по-прежнему тянулась к брату, любя его без памяти и мучаясь с жизнью со старым, высохшим словно мумия визирем. Поняв, что им ни у кого не найти защиты, Хоремхеб предложил бежать любимой сестре вместе с ним и найти новую родину в Нижнем Египте. Потом он неоднократно проклял тот день, когда принял такое решение. Хуфу в тот роковой вечер вернулся раньше обычного из царского дворца, и он успел заметить бегущую из его дома свою младшую жену. Не раздумывая, визирь натянул лук, и острая как игла стрела попала ровно посередине спины молодой беглянки. Хоремхебу удалось унести окровавленное тело сестры, но она умерла прямо у него на руках, несмотря на все его отчаянные попытки спасти ее. Хоремхеб сам чуть не умер вслед за нею от горя, но жажда мести помогла ему выжить. Он понял, что у кого в руках власть и деньги, тот и прав, и поклялся всеми способами достичь власти, чтобы отомстить убийце сестры. Для достижения своей цели он обратился к черному колдуну – служителю бога-паука Ананси за помощью. Колдун согласился ему помочь за щедрую плату, но предупредил Хоремхеба, что Ананси будет покровительствовать ему за отдельную плату. Бог-паук заберет у Хоремхеба часть мужской силы, и у него будут рождаться только девочки. Хоремхеб согласился не раздумывая, рассчитывая впоследствии вымолить желанного сына у других богов в обмен на щедрые жертвы. Затаив свою непрекращающую боль в груди, он все свои силы бросил на службу фараону, и был снова им замечен и вознагражден. Уаханх сделал его военачальником всех своих войск, потом в награду за разгром армии эфиопского царя отдал ему в жены свою побочную дочь Меритамон. Как зять царя Хоремхеб поднялся выше визиря Хуфу и отомстил ему за смерть Амнерис, устроив пожар в доме, в котором погибли визирь и все его семья. Но гибель Хуфу не вернула душевного равновесия Хоремхебу. Утрата любимой сестры словно каленым железом выжгла из его сердца все человеческие чувства, оставив только жажду власти. И Хоремхеб мстил не только врагам, но всем тем, кто противился его воле, а его жены не знали с ним счастья, поскольку та единственная, которую Хоремхеб хотел видеть рядом с собою, навеки упокоилась в небольшой пирамиде. Визирь ненавидел их за то, что они находятся рядом с ним на ночном ложе, а не обожаемая им Амнерис.

Но теперь, при более пристальном взгляде на нежеланную дочь, от которой он прежде хотел избавиться Хоремхеб почувствовал себя так, словно Амнерис вернулась с того света и воплотилась в малышке, которая лежала у него на руках. Незнакомое ему отцовское чувство вдруг охватило всю его душу, и он крепко прижал девочку к своей груди, чтобы больше никогда с нею не расставаться. Его безжалостное сердце, которое было свирепее любого крокодила, вдруг смягчилось, и он был готов защищать свою маленькую дочь даже с риском для собственной жизни.

Раздался третий удар в бронзовый диск, нанесенный рукой молодого послушника. Тут хлюпнула вода и над прибрежной водной гладью под темнеющим вечерним небом медленно всплыла гребнистая спина. Загорелись огненным светом два глаза под костяными надбровными дугами, и крокодил уставился немигающим взглядом на стоящего близко к нему Хоремхеба. За ним показалась еще одна гребнистая спина – то была его самка. Оба зухоса начали медленно выползать на узкий берег, и старший жрец в ужасе закричал, опасаясь их нападения:

- Господин Хоремхеб, бросайте жертву!

Этот крик избавил визиря от гипнотического влияния взгляда крокодила и побудил к действию. Он быстро сунул дочь обратно в руки служанки, схватил длинный меч у телохранителя и поразил его прямо в сердце. Рослый нубиец тут же рухнул к его ногам и Хоремхеб столкнул тело зухосам. Крокодилы тут же начали рвать несчастного на мелкие кровавые ошметки своими длинными зубами. Послышался хруст костей. Жрецы не стали ожидать конца ужасного пиршества и бросились бежать в обратный путь по галерее. За ними поспешили Хоремхеб и его свита. Едва они вступили в галерею, как привратники святилища опустили за ними решетку, препятствующую зухосам, и визирь фараона Иниотеффа с облегчением перевел дух.

После возвращения в Фивы, Хоремхеб поселил маленькую Амнерис вместе с царевной Нефер в самых богатых покоях принадлежавшей ему усадьбы и поручил своей дальней родственнице их опекать. Младшая дочь стала для визиря самым драгоценным его достоянием и перед глубокой его отцовской привязанностью к ней померкла даже его давняя жажда власти.

Спойлер Хоремхеб в молодости

» Глава 3

Крепкие, необозримо высокие ворота Вавилона с громким стуком наглухо закрылись, и Ранеб тут же ощутил самое настоящее отчаяние, горесть изгнанника, лишенного Рая. Там, за этими воротами осталась молодая женщина, которая для Ранеба была дороже всего на свете, и особенно горько было то, что он не знал, встретятся ли они когда-нибудь снова. А несколько лет назад ему – молодому военачальнику фараона Иниотеффа и его молочному брату – поручение великого визиря Хоремхеба отправиться в столицу шумеров, расположенную чуть ли не на другом конце света, показалось сущей карой богов, разлучающего его с милой родиной и родной семьей. Да еще поручение визирь дал на редкость трудное, если не сказать невозможное для исполнения.

Хоремхеб задумал завоевать Нижний Египет, отобрать его у царя Хети, претендующего на власть над всей страной только по той причине, что в принадлежавшем ему городе Хнасе Осирис и его сын Гор короновались на царство. Гераклеопольские самозванцы так и прозвали свой ном «Обитель царских потомков», вопреки тому, что фиванские цари вели свое происхождение от великих богов Египта, пришедших с неба. Правители Фив больше не собирались терпеть этих наглых притязаний и Хоремхеб начал увеличивать и оснащать крепким оружием армию фараона Иниотеффа, готовясь к военным действиям.

В ходе подготовки к грандиозной войне визирь узнал у египетских купцов, торгующих в Мессопотамии, что владыки Вавилона одерживают победы над своими врагами с помощью особых животных - ездовых лошадей, запряженных в боевые колесницы и едущих с огромной скоростью. Он тут же заинтересовался этим способом ведения боя. Коней в Египте