Княгиня Ольга. Книга 1. Золотая цепь - Сергей Афанасьев

– Они схватили узлы с коврами, – тут же ответила испуганная Любава. – А потом я ушла с медом и ты остался один.

Борич снова кивнул, погруженный в свои мысли и не видя девичьего доверчиво-вопросительного взгляда.

– Ко мне сверху спустилась наглая рыжая девица, – принялся вспоминать юноша. – А тут подошла княгиня.

– А-а-а! Это была Искра! – как-то даже радостно воскликнула Любава.

– Ты ее направила на кухню.

– Ты же сам слышал – трапеза выпадала на полдень, на самый солнцепек! – с легким возмущением вскинулась Любава, грозно посмотрев на Борича и он снвоа невольно стушевался. – Княгиня явно будет недовольна!

Юноша посмотрел в ее темные настежь распахнутые глаза и чуть не утонул в этом взгляде.

– А потом обнаружилась пропажа, – закончил Борич.

– И что дальше? – спросила Любава, снова становясь испуганной девочкой.

– Надо найти стражника у покоев княгини, – ответил Борич. – Надо бы задать ему пару вопросов.

– Зачем искать?! – удивлено воскликнула Любава. – Вернулся и сидит у княжеских покоев.

И Борич, подивившись, что не заметил возвращения воина, вслед за Любавой впервые поднялся по деревянной лестнице, ступеньки которой совершенно не скрипели.

Они оказались в просторных сенях второго этажа. Несколько дверных проемов, часть из которых вела в соседние терема. Любава решительно вошла в ближайший. Борич – за ней. Здесь, в узком коридорчике на табуретке сидел воин в полном вооружении, но шлем его лежал на полке. Рядом с воином – две двери. Одна из них явно вела в покои молодой княгини. Другая – в девичью. Воин равнодушно повернул потное лицо.

– Стоян, – обратилась к нему Любава. – У нас к тебе есть вопросы.

– Спрашивай, – устало произнес стражник, вытирая лоб.

Любава повернулась к Боричу.

– Дверь в поки княгини все вреям была раскрыта? – тут же спросил юноша.

– Все время, – степенно ответил воин, несколько удивлено покосившись на Любаву.

– Ты со своего места видел шкатулку на подоконнике?

– Нет, – отрицательно покачал головой Стоян, заодно пожав плечами.

– Значит ты не видел, подходил ли кто-нибудь к окну? – продолжил свои расспросы Борич.

– Нет, – снова пожал воин плечами.

– А не приметил, может кто вел себя странно? Не как обычно? Волновался там, глаза прятал?

На этот раз воин задумался.

– А! – радостно воскликнул он. – Тишка один раз скукожился и как-то бочокм-бочком вниз по лестнице.

– И больше ничего? – озадаченно поинтересовался юноша.

– Ничего, – снова равнодушно пожал плечами стражник.

Борич выглянул в сени.

– Этот переход куда ведет? – спросил он у Стояна.

– К воеводе, – ответил тот.

– С этой стороны никто не появлялся?

Стражник только отрицательно покачал головой, снова вытирая пот со лба.

Борич решительно вошел в покои княжны. Любава, помедлив, за ним.

Справа у гладкой стены раполагалась кровать. Пустая. Вся постель – на улице. Деревянная, широкая, довольно просторная. Стена у крвоати была глиняная – явно, боковина печки. Вся разрисована цветными красками. Были изображены две девицы – Лада, Леля, и юноша – Крышень.

Слева на стене – зеркало в рост, из отшлифованной бронзы. Рядом на стенах – полки и крючки. Дальше у стен – сундуки разных размеров. Самый большой – под замком.

Между окон – столик. Рядом два стула с высокими резными спинками и мягкими узорчатыми подушками на сиденье. Ковры в рулонах – в ожидании, что их развесят по стенках и постелят на пол. Проемы окон открыты – на проветривание. Рядом к стенке прислонены слюдяные рамы. Над окнами – шторы, которые были широко расспахнуты. В углу на полке под потолком притулилась деревянная чурка домового. На полу – тщательно завязанные мешки с вещами.

На широком подоконнике между чепцами, заколками и гребешками возвышалась красивая резная шкатулка.

Боричу было очень уж неловко шариться в девичьей опочивальне. Но что поделаешь, вдруг вор, вспугнутый в самом начале своего воровства, не успел положить цепь обратно в шкатулку, и в спешке сунул ее куда-нибудь. Либо наоборот, оказался настолько хитер, что решил спрятать именно здесь, где искать точно не будут. А потом, когда все поутихнет – забрать. Хотя риск очень велик – до первой уборки. Дотошные девицы точно ее найдут. В любом случае, если он сейчас будет осматривать спустя рукава, то как бы потом быстро ее здесь не обнаружили, им с Любавой к тому времени может быть уже глубоко безразлично все это…

Он принялся быстро перебирать все вещи, впрочем, узлы не трогал – считал, что на развязывание и последующе завязывание уйдет очень уж много времени. Если бы у вора было столько времени, то ему было бы проще применить что-то более простое.

Стражник, стоя в дверях, смотрел за его действиями, но ничего не говорил – ведь здесь была Любава!

– Помогай, – обернулся к ней юноша.

– Думаешь, кто-то вытащил посмотреть, да обронил? – в сомнении спросила Любава.

– Может – и так, – не стал вдаваться в объяснения Борич.

Любава, встав на колени, принялась внимательно осматривать пол. Борич какое-то время понаблюдал за ней, но ничего не сказал. Он взял шкатулку. Крышка не открывалась. Виднелся встроенный замочек.

– У кого ключи? – спросил он.

Любава снизу подняла глаза.

– У меня и у Ольги, – ответила она. – Отодвинь-ка этот сундук.

Борич, поднапрягшись, отодвинул сундук от стены – пусто за ним.

– Покажи мне этот ключ, – попросил он.

Любава встала. Отцепила с пояса связку с ключами.

– Вот этот, – показала она на самый маленький.

Борич кивнул на шкатулку.

– Открой.

Любава открыла, показав драгоценностей на треть шкатулки. Но Борич на них даже не взглянул – он внимательно осмотрел замок.

– Его можно открыть простым ножичком, – сказал он и задумался. Нож ведь можно держать на поясе в ножнах, в рукаве, за голенищем сапог или на веревочке на шее. Ни у кого из подозреваемых он не видел ножей на поясе. Сапог у них тоже не было. А вот веревочек на шее у некоторых было по несколько штук – разные амулеты и обереги. И там же запросто мог висеть небольшой ножичек. Впрочем, если при обыске ножичек или что-либо плоское обнаружится только у одного подозреваемого, то это еще ничего значить не будет.

Потом Борич далеко, по пояс, высунулся из окна и внимательно все осмотрел внизу. Особенно разные выступы и карнизы. Но нигде золотая цепь не висела и не валялась.

– Ну все, – сказал юноша. – Пошли в девичью.

Девичья была больше княжеской комнаты раза в три. Небольшая печка-очаг открытого типа – только для отопления. Та, что своей стеной выходила в княжеские покои. В беспорядке – узлы с вещами. Три кровати.

– Какая твоя? – вдруг поинтересовался Борич.

– Вот эта, – покраснев, показала Любава на ближнюю к двери.

Веретена – пять штук – кучкой валялись в углу. В другом углу на полке под потолком – деревянный божок – Лада.

Окна в светлице были также выставлены – для проветривания.

Здесь вдвое они также быстренько осмотрели вещи и углы – на всякий случай.

Потом он также старательно повыглядывал из каждого окошка. В одном – угловом, задержался, внимательно оглядывая окрестности.

Потом Борич