Вирджиния Браун - Нефритовая луна

— По крайней мере твой муж приехал сюда не за знаниями. И не надо злиться на меня. Я просто сказал то, что думаю. Ведь совершенно ясно, что и у тебя возникали какие-то подозрения… Но если так, зачем ты приехала сюда с ним? Чтобы составить компанию? Или собиралась мародерствовать вместе с мужем на индейских могилах?

Тут Иден вдруг вскочила на ноги и, размахивая ножом, прокричала:

— Запомни, мы здесь вовсе не мародерствовали! Да-да, не мародерствовали, понял? А свои находки мы тщательно регистрировали, после чего аккуратно заворачивали и упаковывали в ящики, чтобы довезти все в целости и сохранности. Ученые должны были все это изучить, чтобы узнать как можно больше о племени майя. Такие находки могут рассказать ученым очень многое. Так что не смей больше говорить о мародерстве!

Не спуская настороженного взгляда с ножа в руке женщины, Стивен произнес:

— Да-да, понял. И не надо так раздражаться по этому поводу. Я просто хотел выяснить, зачем муж привез тебя сюда. Ни один мужчина в здравом уме не возьмет женщину в экспедицию, подобную этой. Особенно — свою жену. Другое дело, если она преследует какие-то свои цели…

На несколько мгновений воцарилась напряженная тишина. Потом Иден со вздохом опустилась на бревно и снова принялась резать фрукты.

— Да, ты прав, — проговорила она. — Видишь ли, дело в том, что я художница. Я должна была зарисовывать все, что мы найдем.

— Художница? — Стивен с любопытством посмотрел на собеседницу: — И что же, ты хорошо рисуешь?

— Полагаю, что неплохо. — Иден взяла полную пригоршню аккуратно нарезанных фруктов и положила их в одну из глубоких деревянных мисок, предварительно постелив на дно зеленый лист банановой пальмы. — В работе археологов очень важно запечатлевать самые мелкие детали и подробности. А фотографическое оборудование очень тяжелое и громоздкое. В некоторых же местах его просто невозможно использовать. В пещерах, например. Чтобы получались хорошие фотографии, освещение должно быть очень ярким. Поэтому археологи обычно берут с собой художников. И поэтому в экспедицию взяли меня. Атак как мой муж не считал нужным платить мне, услуги мои обходились очень дешево. Ну вот, завтрак готов. Пожалуйста… Иден опустила на землю миску с фруктами и посмотрела на Стивена. На несколько мгновений взгляды их встретились, и ему показалось, что он увидел в ее небесных глазах свое отражение.

— Спасибо, — пробормотал он, протянув руку к миске. — Давненько мне не предлагали позавтракать.

— Меня это не удивляет. А у тебя есть столовые приборы? Среди твоих корзин мне так и не удалось найти вилки и ложки.

— Наверное, потому, что у меня их нет. Пальцы — вот лучшие столовые приборы. Просто и естественно.

— А-а…

Усмехнувшись, Стивен выловил из миски самый сочный кусочек апельсина и сказал:

— Ты слишком хорошо воспитана, чтобы есть пальцами, однако нисколько не смутилась, когда появилась передо мной в одном нижнем белье. Довольно странно, не так ли?

Щеки Иден залились румянцем. Пожав плечами, она пробормотала:

— Что касается одежды, то в джунглях у меня особого выбора не было. Все, что было на мне, порвалось о ветки и сучья, когда я спасалась бегством. Однако сейчас я могу выбирать. То есть могу выбирать, чем и как мне есть.

— Я бы так не сказал. Если ты голодна, то будешь есть и руками. Или, например, можешь воспользоваться этим ножом.

— Да, я уже думала о такой возможности. — Она нахмурилась, и это маленькое и едва заметное изменение в выражении ее лица показалось Стиву весьма интригующим. — Пойми, я не хочу показаться неблагодарной или заносчивой, но… Ты действительно думаешь, что можно забыть о хороших манерах и прежних привычках только потому, что живешь вдали от цивилизованного мира?

— Ты намекаешь, что я ем как дикарь? Что ж, возможно, я и впрямь дикарь.

— Нет-нет, я совсем не это хотела сказать. — Иден твердо встретила его взгляд. — Я думаю, что ты образованный человек. Да, образованный, хотя почему-то предпочитаешь жить именно здесь.

— Скажи, и что же заставило тебя прийти к такому выводу?

— У тебя в хижине множество книг. Я даже считаю, что ты окончил прекрасную школу.

— А ты очень проницательная. Когда началась война, я учился в Вест-Пойнте. — Заметив вопросительный взгляд собеседницы, Стив не удержался и добавил: — Все говорили, что я далеко пойду. Так и произошло. Я ушел далеко. От дома по крайней мере.

— И теперь ты живешь здесь. — Иден окинула взглядом крохотный участок отвоеванный у джунглей земли, на которой приютился лагерь Стива. — Почему?

— Я так и знал, что ты спросишь об этом. — Стив отправил в рот кусочек банана. Перехватив вопросительный взгляд Иден, он пожал плечами и добавил: — Скажу лишь одно. Я уехал, так как понял, что не могу жить в стране, больше мне не принадлежащей. А уж куда мне отправиться… я выбрал сам.

Иден проглотила кусочек апельсина, затем смахнула кончиком пальца сок с подбородка.

— Сосланный южанин, не так ли? Могу предположить, что ты родом из Техаса. Я угадала?

— Замечательно! Но что же меня выдало?

— Кроме произношения, ты хочешь сказать? Честно говоря, я просмотрела некоторые твои книги.

«Биография Сэма Хьюстона». «Очерки» Стивена Остина. «Борьба за независимость Техаса». Далеко не каждый станет читать такие книги. Скорее всего их будет читать именно техасец.

— А ты сообразительная… Боюсь даже предположить, что еще ты могла разузнать обо мне.

Стивен в раздражении передернул плечами, резко оттолкнул от себя миску, и это движение привлекло внимание Балама. Перевернувшись на живот, ягуар подобрался к миске и, сунув в нее нос, тщательно обнюхал содержимое. Затем, явно разочарованный, поднялся на ноги и неторопливо направился в сторону джунглей. Стив смотрел ему вслед, пока грациозный хищник не скрылся среди зарослей. Он чувствовал, что Иден сейчас наблюдает за ним, и это ужасно его нервировало. Черт побери, ситуация могла оказаться куда более неприятной, чем он предполагал.

Могла оказаться?! Не стоит себя обманывать, ситуация уже — хуже некуда. И Стивен не имел ни малейшего представления о том, как такое могло случиться. Снова повернувшись к Иден, он заметил, что она смотрит на него, чуть нахмурившись. Это почему-то очень задело Стивена, и он, насупившись, отвернулся. Иден смущенно откашлялась; казалось, ей было неловко, точно ее поймали за подглядыванием. «Черт побери, — подумал Стивен, внезапно почувствовав угрызения совести, — ну почему этой женщине понадобилось врываться в мою жизнь? Чтобы напомнить о том, что я должен сделать? Или, может быть… Нет-нет, нельзя об этом думать. Я тут вполне счастлив, и единственная моя проблема — выжить в схватке с дикими зверями. Возможно — еще и скука…»