Жаклин Рединг - Преследуя мечту

— Прекрасная жизненная заповедь, — суховато произнес Рольф, но тут же, усмехнувшись, добавил: — И все же я рекомендовал бы тебе, Дант, искать себе любовниц среди женщин более кроткого нрава. Эта же просто мегера!

— Меня привлекает и интересует в Персии отнюдь не ее характер, дружище. Скажу так: старина Винчестер просто круглый болван, если при такой жене вздумал искать утешения у любовницы, пусть даже та и актриса. Для своих девятнадцати лет Персия исключительно изобретательна в постели, впрочем, по-моему, это относится ко всем женщинам, которые служат при дворе нашего славного короля, не так ли? Изобретательность в постели, на мой взгляд, является обязательным условием допуска дам в священные пределы Уайтхолла. Просто ума не приложу, как можешь ты таиться в своей одинокой и тесной берлоге в Сассексе, в то время как на здешних клумбах распускается столько дивных цветов. Только успевай срывать.

— Именно это обстоятельство и заставляет меня скрываться в Сассексе, Дант. В Уайтхолле распускается слишком уж много дивных цветов.

Дант усмехнулся:

— Знаешь, что говорят в таких случаях, приятель? Если ты свалился с коня, лезь обратно и пришпоривай его как следует.

— Я не боюсь лошадей, Дант, но опасаюсь коварных препятствий, которые могут неожиданно возникнуть на твоем пути, когда ты мчишься верхом. Именно они и загнали меня в деревню.

— Может, тебе просто пришла пора пересесть на другую лошадку?

Рольф буркнул в ответ что-то нечленораздельное, и Дант решил не развивать тему дальше.

— Ладно, — сказал он, — надеюсь, ты пришел сюда так рано не для того, чтобы подтрунивать надо мной и моей боевой кроватью? Итак, я жду ответа на вопрос: какое важное событие привело тебя к изголовью моего ложа в столь неурочный час?

Спустя четверть часа они уже сидели в кабинете Данта.

В камине потрескивал огонь, перед друзьями стоял серебряный кофейник. Рольф рассказывал Данту о своем раннем визите в Уайтхолл к королю Карлу, а лакей Данта Пенхарст в это время брил своего хозяина.

— Итак, — наконец проговорил Рольф, — что новенького ты мог бы сообщить мне о леди Кассии Монтфор?

— Так… В Уайтхолле ее зовут леди Зима. Недавно ей исполнилось двадцать два. При дворе почти не осталось незамужних девушек ее возраста. Вместе с тем она не по годам умна и знает себе цену. Это помогает ей отстаивать свою точку зрения в общении с самыми заядлыми спорщиками при дворе. Она довольно замкнута, улыбается нечасто… Собственно, и поводов-то для веселья у нее в жизни бывает немного. Любит гулять одна в саду. Про таких говорят, что они любому обществу предпочитают уединение. Насколько мне известно, она унаследует что-то около тридцати тысяч фунтов по смерти маркиза. Если, конечно, ее не обвинят в его убийстве.

— Ну что ж, в сумме неплохо, — проговорил Рольф. — Уже одно это обстоятельство само по себе является достаточно веским мотивом для того, чтобы избавиться от папаши. Уверен, у нее нет отбоя от обожателей. Кому не захочется получить за женой эдакое приданое?

— Обожателей действительно хватает, но она до сих пор не проявила интереса ни к одному из них. Собственно говоря, каждый ухажер в свое время получил от нее от ворот поворот. В этом она достигла большого искусства.

— Ничего удивительного. Как и большинство других фрейлин, она, очевидно, мечтает по меньшей мере о герцоге, — сквозь зубы бросил Рольф.

— Ты намекаешь, конечно, на нашу дорогую Дафни. Кстати, она ведь вышла замуж.

Было время, когда от одного упоминания этого имени у Рольфа начинало сильно биться сердце. Теперь же он ощутил лишь что-то вроде горького привкуса во рту. Удивительно все-таки, как время и смена обстановки способны изменить ситуацию.

— А мне какое дело до того, что она вышла замуж? Или ты хочешь сказать, что когда-то сомневался в том, что ей удастся поймать в свои сети золотую рыбку? «Каковой меня самого она не считала…» Рольф вслух не высказал эту мысль, но Дант все понял и без слов, почувствовав злую дрожь и боль в голосе друга.

— Черт возьми, Рольф, извини. Я только хотел… — поспешно проговорил Дант.

— Я знаю, что ты хотел сказать, Дант. Не извиняйся. Все это уже в прошлом. В далеком прошлом. И я даже рад, что она меня в свое время отвергла. Итак, неповторимая леди Кассия, как выясняется, имеет по крайней мере одну общую черту с такими, как Дафни: она не желает опускаться ниже своего круга. Впрочем, учитывая ее годы, по-моему, ей пора последовать примеру Дафни. Если она в ближайшее время не задумается на этот счет серьезно, то потом может быть уже поздно. По возрасту.

— Твой совет, Рольф, был бы хорош для всех других женщин, но не для нее. Леди Кассия получала предложения из самых верхов, от самых выгодных женихов, о каких любая девушка может только мечтать. И похоже, их нисколько не смущал ее возраст. Скорее, наоборот, даже привлекал. Видишь ли, с годами к человеку приходит опыт. По крайней мере так считается. Но она всех отвергает. В чем дело? Похоже, леди Кассия вообще не хочет связывать себя узами брака. Как мне представляется, ее вполне устраивает перспектива прожить до конца своих дней в девичестве. Про Кассию говорят, что у нее в жилах вместо крови лед. Отсюда и прозвище леди Зима. От одного ее взгляда мужчина может превратиться в сосульку. И при всем том она чертовски хороша собой. Настолько хороша, что на нее даже больно смотреть. Недоступная и ослепляюще холодная, как зимнее солнце.

Рольф на минуту задумался:

— Что ты думаешь по поводу недавней кончины ее отца?

Дант поднялся со стула, подошел к тазу с водой и стал смывать с лица остатки мыльной пены.

— Как ты, наверно, догадываешься, убийство маркиза изрядно замутило воду в нашем беспокойном придворном пруду, — приглушенно пробормотал он, вытираясь полотенцем. Отбросив его в сторону, Дант добавил: — Ничего удивительного. Тем более убийство. Сигрейв пользовался при дворе известным влиянием, и вообще всей этой семейке, по-моему, рано или поздно было не избежать скандала. Как я слышал, сам Сигрейв женился на юной придворной красавице, которая была отнюдь не дурочкой, еще во времена прежнего короля Карла. Это был брак по расчету. Из-за денег, понятное дело. Среди аристократов самая обыкновенная история. Но поговаривали, что Сигрейв, как супруг, был не слишком обходителен с женой, даже бил бедняжку.

— Ага, так он, выходит, был еще и подлец, — задумчиво пробормотал Рольф. — Но скажи, отчего фамилия Монтфор кажется мне такой знакомой?

— Наверняка еще с военных времен. В последние годы его состояние постоянно увеличивалось. Говорят, после себя он оставил сумму, которая гораздо больше той, что я тебе назвал. Было бы любопытно узнать точно: сколько? Я слышал, что во время обеих гражданских войн Сигрейв был одним из тех, кто метался из стороны в сторону, всякий раз поддерживая того, кто брал верх. Предавал тогда, когда ему это было выгодно. Каким-то чудом ему удалось не запятнать себя публичными связями с Протекторатом Кромвеля, поэтому сразу же после реставрации королевской власти он получил должность в Уайтхолле.