Эми Фетцер - Ирландская принцесса

— Замок Донегол! — выкрикнул рыцарь в напряженной тишине. — Я — Гэлан Пендрагон, слуга его величества короля Генриха! Готовы ли вы склониться перед его волей?

— Изволь поднять забрало, сэр рыцарь, чтобы я могла видеть лицо своего врага!

Гэлан, уже поднявший руку к застежкам на шлеме, невольно замер и нахмурился — голос, звучавший со стен замка, показался ему странно знакомым.

— Это что — женщина? — прошептал у него за спиной Рэймонд.

— Вряд ли сама принцесса — хотя кто разберет этих ирландцев с их обычаями?

Гэлан решительно рванул застежку и снял шлем. Сиобейн отшатнулась, стараясь укрыться в тени бойницы.

— Это он? — охрипшим от ужаса голосом спросила Рианнон.

— Да, это он! Но он не знает, что я здесь, в замке. И мы должны заманить его внутрь до того, как он увидит мое лицо!

— Как будто он его не видел! — ехидно заметила Рианнон. — По-моему, он успел не просто тебя увидеть, но и разглядеть, как следует!

Сиобейн вспыхнула от гнева.

— Попридержи язык, сестрица! Если он раньше времени разгадает, кто я такая, нам придется туго!

— И что ты предлагаешь? — недоумевала Рианнон.

— Примите его как можно радушнее, усадите за стол — пусть ждет, пока я выйду!

— Ни за что! — испуганно воскликнула Рианнон.

— Делай, как я велю, Ри! — Сиобейн решительно подтолкнула сестру к лестнице. — Ты же видишь, англичане шутить, не намерены!

Ворота распахнулись, и Гэлан обнажил меч. Навстречу войску высыпала суетливая, шумная толпа. Пендрагон мрачно глянул на Рэймонда.

— Ирландское гостеприимство, — пожал плечами тот.

Нет, Гэлан не такой олух, чтобы по доброй воле лезть в эту ловушку. Он грозно рявкнул, приказывая всем отойти.

— Кто-нибудь из наших знает их язык?

— Я знаю английский!

Гэлан посмотрел на рослого бородатого мужчину.

— Меня зовут Дрисколл, я личный слуга ее высочества, — представился ирландец с легким поклоном.

— Приведи ее сюда!

— Она… она плохо себя чувствует, сэр.

Гэлан ухмыльнулся. Как бы не так! Наверняка залезла под кровать и боится высунуть оттуда нос!

— Она приглашает вас войти и расположиться со всеми удобствами. Слуги уже накрывают стол для ваших рыцарей. Идемте же, не стойте в воротах!

Под охраной взвода лучников англичане вошли во внутренний двор. Гэлан презрительно прищурился при виде осыпавшихся крепостных стен и старых построек. Да такую развалину он возьмет с одного удара!

— Как тебе все это нравится? — поинтересовался Рэймонд.

— Похоже, эти дикари решили принести нас в жертву своим дикарским богам! — мрачно пошутил Пендрагон, соскочив с коня. — Сию же минуту приведи ее сюда! — снова приказал он.

Дрисколл не спеша скрестил руки на груди и осведомился:

— Вы отказываетесь принять гостеприимство нашей госпожи?

— А она отказывается принять вестника от самого короля?

— Сэр, сейчас вы находитесь не в Англии, а в Ирландии! В этом замке есть только одна хозяйка — ее высочество!

— Дрисколл!

Гэлан резко обернулся в сторону лестницы, стараясь разглядеть возникшую там темную фигуру. Женщина спокойно выдержала его пристальный взгляд. Ее пышные огненно-рыжие волосы спускались до самых бедер.

Шелестя складками темно-синего платья, она не спеша двинулась навстречу англичанам.

— Гэлан, а твоя принцесса настоящая красотка! — заметил вполголоса Рэймонд.

Незнакомка в сопровождении вооруженной свиты подошла вплотную к рыцарю.

— Вы и есть принцесса Донегола?

— Нет. Я — Рианнон из клана Мюрроу. Ее сестра.

— Разве ее высочество не почтит меня личным присутствием?

— Ее высочество поступит так, как сочтет благоразумным, милорд, — чопорно отвечала Рианнон. — Не желаете ли подкрепиться, милорд?

Повинуясь приказу, слуги засуетились, подавая еду и питье.

Гэлан не мог прийти в себя от удивления. Что за дурацкая ситуация: вместо того чтобы обсуждать с принцессой условия сдачи, он тратит время на какую-то бабскую болтовню! Рэймонд, не стесняясь, воздавал должное напиткам и яствам, но Гэлану было не до еды. Долг, прежде всего. Проклятые дикари до сих пор не присягнули Генриху — а значит, все их гостеприимство не стоит ломаного гроша!

Гэлан с раздраженной гримасой смотрел, как к ним подходит Рианнон.

— Я могу быть вам чем-то полезной, сэр рыцарь?

— Дайте мне знать, когда ваша принцесса… наберется духу встретиться со мной, — сердито сказал он и вышел из зала.

Рианнон проводила англичанина растерянным взглядом и поспешила в верхние покои замка. Сиобейн не удастся осуществить свой план! Он силой вырвет у них присягу, он будет жечь и убивать без сомнений и жалости! В такие минуты Рианнон горько жалела о том, что обладает даром проникать в душу других людей. Потому что в душе у Пендрагона она смогла разглядеть только мрачную пустоту, застарелую боль да слабые отблески мечты о другой жизни.

Гэлан отправился проведать Серого. Внезапно он услышал топот миниатюрных копыт: в конюшню забежал маленький забавный ягненок. Через минуту в дверях показалась женщина и вполголоса окликнула ягненка.

— Ты что, всегда даешь своим овцам человеческие имена? Сиобейн подскочила на месте. Капюшон свалился, открывая ее лицо.

— Ты? — удивился Гэлан и, схватив ее за плечи, крепко прижал к себе.

Сиобейн уперлась руками в широкую грудь.

— Не бойся, я тебя не обижу!

— Как бы не так! Ты же Пендрагон!

— Да что вы трясетесь от одного моего имени, как будто я сатана?

— Потому что ты только и знаешь, что резать и жечь!

Гэлан невольно улыбнулся и немного ослабил хватку, любуясь влажными завитками ее волос.

— На этот раз ты от меня не удерешь! Ты здесь живешь?

— Да.

Рыцарь не смог сдержать довольной улыбки. Тем лучше — он сделает эту дикарку своей любовницей!

Сиобейн, яростно сверкнув глазами, шлепнула его по губам.

— Ты что, хочешь меня опозорить?

— Нет, милочка. Я хочу доставить тебе удовольствие.

Он раздвинул ее ноги так, чтобы она могла почувствовать снедавшее его желание. Впервые в жизни ему так отчаянно, до умопомрачения хотелось овладеть женщиной. И хотя Гэлан понимал, что в такой ситуации не имеет права идти на поводу у своих страстей, он ничего не мог с собой поделать.

— Отпусти меня сию же минуту!

— Только за поцелуй.

Он прижался к ее губам, и она застыла в его сильных руках. Гэлан, чувствуя ее сопротивление, осторожно ласкал языком нежные губы, пока не добился своего: они раскрылись и ответили на ласку. Он застонал, почувствовав, как Сиобейн отвечает на поцелуй. Этот сдавленный стон зажег в ее груди настоящий пожар; она готова была покориться этому удивительному мужчине. Ну кто бы мог подумать, что ужасный Пендрагон может обращаться с женщиной так ласково?