Клаудиа Дэйн - Пари куртизанки

— Но что ты имеешь в виду? — продолжил Джоз. — Мама не могла знать этого. За все эти годы она не обмолвилась ни словом. Это уж точно.

— Она сама сказала? — уточнил Джордж.

Какой эффект производила на пятерых взрослых мужчин сама мысль о том, что герцогиня могла с легкостью утаивать от них что-то на протяжении почти тридцати лет! Они и подумать не могли, что мать имела от них секреты.

— Нет, не совсем, — ответил Блейкс, — но София сказала достаточно, чтобы можно было сделать столь естественный вывод.

— Вот именно, — сухо подчеркнул Крэнли.

— Это так похоже на нее, — сказал Айвстон, — насколько я могу судить, поскольку почти не знаком с этой дамой.

Айвстон славился тем, что рьяно берег собственную репутацию. Главным образом это выражалось в том, что он старался как можно меньше времени проводить в обществе женщин, в особенности незамужних.

— Сомневаюсь, что отношения герцогини с леди Далби простираются дальше мимолетного знакомства, — заметил Крэнли. — Это может сулить проблемы, а все мы знаем, как герцогиня заботится о том, чтобы их избежать.

— Что касается нас, — ответил Блейкс, — несомненно, наша мать, как и любая другая, не потерпит и намека на скандал, но всем известно, что друг к другу у женщин совершенно другие требования.

— Да, это так, — признал Джордж словно бы с неохотой.

В наступившей тишине каждый из них размышлял о сказанном, в то время как Блейкс нашел для себя местечко рядом с Крэнли, совершенно не заботясь о том, что тому пришлось подобрать ноги и изрядно подвинуться на диване, который едва мог вместить двоих. Похоже, что, завладев Луизой, брат думал, что может теперь делать все, что ему заблагорассудится.

— Все еще намерен уехать? — тихо спросил он у Крэнли.

— Собираюсь, — пробурчал тот, устраиваясь поудобнее.

— Полагаю, сейчас больше, чем когда-либо, — уточнил Блейкс.

— Я давно собирался отправиться в путь, — искоса взглянув на брата, тихо проворчал Крэнли. — Я люблю море. Мне нравится дядя Тимоти, хотя он и американец. А здесь мне совершенно нечего делать.

— Ты мог бы жениться, — предложил брат.

Крэнли фыркнул:

— Не вижу в этом никакой нужды.

— Думаю, что в брак вступают по желанию.

— У меня его нет. Абсолютно, — сухо ответил Крэнли, сверля взглядом свои сапоги.

— Тогда полагаю, что тебе действительно не стоит жениться. Когда ты уезжаешь?

— Думаю, в следующем месяце. Через пару недель в порт должен прийти «Эллиот». Тимоти предложил мне место на любом из его кораблей.

— Крайне любезно с его стороны.

— Я это заслужил. — Крэнли пошевелился.

— Не сомневаюсь. Полагаю, герцогиня прольет немало слез.

Брат фыркнул:

— Не думаю. Она же не плакала, когда я впервые отправился в море. С чего бы ей расстраиваться?

— Возможно, потому, что это в последний раз? — мягко предположил Блейкс, созерцая профиль брата. — Ты ведь не собираешься возвращаться, не так ли?

— Почему же? Что за чушь ты несешь? — Но, говоря это, он не смотрел брату в глаза. Блейкс был слишком проницателен и видел слишком много того, что Крэнли находил нежелательным.

— Ну что ж, я рад, если оказался не прав. Думаю, что буду по тебе скучать.

— С прелестной женушкой в кроватке? — Брат улыбнулся уголком рта. — Шучу, шучу.

— О, мы не ограничиваемся только постелью! Слишком скучно для моей Луизы. Ей нравится движение, новые впечатления. Она весьма честолюбива. Совсем как ее кузина Амелия, у которой это разве что выражается иначе.

— Конечно, — ответил Крэнли, — это очевидно.

— Они очень близки, знаешь ли, почти как сестры. Должно быть, леди Амелия почувствовала бы себя здесь как дома, по крайней мере когда Луиза здесь.

— Кстати, а когда вы уезжаете? — как бы между прочим поинтересовался Крэнли.

— Как только позволит погода.

Поскольку на дворе стоял апрель и лило уже два дня без перерыва, Блейкс мог оставаться в особняке еще неделю или месяц — было невозможно предугадать. Крэнли почувствовал, как в нем, словно волна посреди океана, нарастает желание сию же секунду оказаться на корабле в открытом море.

— А до тех пор?

— Мы будем обычной женатой парой. А что бы ты делал, Крэнли? Или надо спросить — с кем?

— Уж лучше помолчи. — Он толкнул брата так, что тот, не удержавшись на диване, свалился на пол.

— Скажите, леди Далби, это шутка? — Амелия все еще пыталась справиться с неприятными ощущениями.

— О мужчинах? — уточнила София. — Вовсе нет. Разумеется, они неплохие создания, однако когда дело касается брака, тут же начинают колебаться. Я более чем уверена, что вы, леди Амелия, согласитесь со мной, иначе зачем предприняли столь мудрый шаг, обратившись за советом? Весьма разумно и предусмотрительно с вашей стороны. Я лишь жалею, что вы не пришли ко мне раньше. Тем не менее все еще можно уладить, не теряйте оптимизма, дорогая. — Она лукаво улыбнулась.

Амелия подумала, что именно хитрость является залогом успеха в планировании Софией браков.

— Признаюсь, леди Далби, я не вполне понимаю, что подразумевается под собеседованием, которое я, как вы советуете, должна провести с каждым из упомянутых нами джентльменов, — очень тихо произнесла девушка.

— Я имею в виду, леди Амелия, — ответила София, — что мы объявим о поиске мужа для вас. Претендовать могут только герцоги и наследники герцогского титула, естественно. Это должно быть ясно для всех. Никто не удивится, так что мы должны смело заявить о ваших намерениях и целях. Я рассчитываю на отличные результаты. Мужчины ценят прямолинейный деловой подход.

Амелия поднялась на ноги, чувствуя, как все расплывается перед глазами. Она тут же покачнулась и упала на пол, потеряв сознание.

— Дорогая, — София тихонько потрясла ее, — что с вами? Вы падаете в обмороки? В определенных обстоятельствах это весьма полезная привычка. Мы можем использовать ее.

Девушка с трудом пришла в себя и именно в это мгновение осознала, что совершила ошибку, придя за помощью к Софии Далби. Эта дама абсолютно хладнокровна. Человеческие чувства, эмоции скорее всего были ей неведомы.

— Фредерикс! — Не отрывая взгляда от Амелии, София позвала дворецкого. — Найди лорда Хоксуорта. Уверена, что он прогуливается по улице. Полагаю, леди Амелия нуждается в помощи своего брата. Да и ему любопытно будет увидеть все самому.

Тут она окончательно убедилась, что не стоило появляться на пороге особняка Далби.

Когда Хоксуорт появился в комнате, Амелия попыталась приподняться. Казалось бы, ее брату следует поспешить на помощь, однако события развивались иначе. София одарила его нежным взглядом. Он изящно поклонился в ответ. Казалось, никого не волновало, что девушка сидит на полу. Более того, никто даже не заметил этого, за исключением дворецкого Фредерикса, который смотрел на Амелию с сочувствием.