Лиз Карлайл - Никогда не обманывай герцога

– Я прекрасно об этом помню. – Ротуэлл задумчиво покрутил в бокале бренди и подал его своему гостю. – Ты потерял предмет своего страстного юношеского увлечения, Гарет, а я потеряю сестру, Не сомневаюсь, ты понимаешь, что это не одно и то же. Я даже помню тот день, когда она родилась. – Ротуэлл покачал головой, и его голос слегка задрожал на последнем слове. – Ну да ладно, слишком много воспоминаний на один день. А что ты будешь делать дальше, Гарет? Мне нужно готовиться к тому, что ты приступишь к выполнению своих новых обязанностей?

– Догадываюсь, что ты имеешь в виду герцогство, – ровным тоном заметил Гарет. – Нет, я обещал Зи, что до ее возвращения каждый день буду в офисе компании. Я не собираюсь оставлять вас в тяжелую минуту.

– Я никогда такого и не думал, – отозвался Ротуэлл. – С того самого дня, когда мой брат взял тебя на работу, ты был единственным, на кого мы всегда могли смело положиться. И именно поэтому – и еще потому, чтобы тебя не переманили конкуренты, – мы создали наше судовладельческое предприятие.

– Приковали меня золотыми цепями, – усмехнулся Гарет.

– Чертовски верно. – Барон сделал еще глоток бренди. Видно было, что его горло работает как хорошо смазанный механизм. – И теперь ты намерен не нарушать договор. Я это ценю. Однако несмотря на то что твоя доля в «Невилл шиппинг» достаточно весома, она едва ли сможет дать тебе доход, сравнимый с тем богатством, которое ты получаешь по наследству.

– И каков твой совет?

– Возможно, ты неправильно смотришь на вещи. – Ротуэлл встал и с бокалом в руке принялся туда-сюда ходить по комнате. – Не мое дело читать лекции ответственному и уважаемому человеку, но я настоятельно советую тебе поехать в… Как он называется, еще раз?

– Селсдон-Корт.

– Да, в Селсдон-Корт, – повторил за ним Ротуэлл. – Это звучит впечатляюще.

– Да, отвратительно впечатляюще.

– Что ж, так или иначе, но теперь это твоя собственность и тебе, пожалуй, следует побывать там. А где этот Селсдон-Корт, недалеко?

– Примерно полдня езды в экипаже. – Гарет неопределенно повел плечом. – А если другим путем, то из Дептфорда по Кройдон-каналу.

– Полдня? – неуверенно переспросил Ротуэлл. – Но это же совсем ничего. Поезжай, займись неотложными делами и вырази свои соболезнования безутешной вдове – между прочим, это слова Зи, а не мои.

– Допускаю, что герцогиня – бессердечная тварь, но убийца? – проворчал Гарет. – Весьма в этом сомневаюсь. Она никогда не стала бы рисковать своим положением в обществе.

– Какая она? – Ротуэлл со странным выражением взглянул на Гарета.

– Очень надменная, – ответил Гарет, отодвинув от себя бокал, – но не жестокая – этим отличался ее муж.

– Интересно, она богатая вдова?

– В этом нет сомнения. Уорнем был чертовски богат. Его семейство владело баснословным состоянием.

– И все же она тебя ждет? Может быть, она хочет решить с тобой какие-то вопросы, касающиеся ее будущего? – предположил Ротуэлл.

Эта мысль поначалу не приходила Гарету в голову. А тут он позволил себе на мгновение дать волю фантазии… Он представил себе, как вышвыривает ее на мороз умирать от голода или что-нибудь похуже, но не получил от этого никакого удовольствия. Он был просто не способен на такую жестокость. И вообще, будет ли у него выбор?

– Ты задумался? – спросил Ротуэлл.

Но Гарет не ответил, он не мог решить. За все время после его жуткого изгнания из Селсдон-Корта у него ни разу не возникло желания вернуться туда. О, поначалу, как все дети, он по своей наивности мечтал о многом: о добром отношении, о ласковом обращении, о тепле домашнего очага. Но вместо этого его с головой бросили в адский котел, и его детские мечты, перекипев, превратились в настоящую мужскую ненависть. И теперь, когда он мог вернуться в Селсдон-Корт в новом качестве и стать господином над всеми, у него было еще меньше желания появляться там. В общем, судьба сыграла с ним злую шутку.

Кашлянув, Ротуэлл вернул Гарета к действительности.

– Люк почти никогда ничего не рассказывал о твоем прошлом, – признался барон. – Он просто сказал, что ты сирота из хорошей семьи, оказавшейся в трудном положении.

Трудное положение. Люк Невилл всегда был мастером все преуменьшать.

– Только счастливая случайность привела меня на Барбадос, – сказал Гарет. – И, слава Богу, я встретил твоего брата.

– Помню, как он схватил тебя, когда ты в доках удирал от гнавшейся за тобой шайки матросов. – Ротуэлл широко улыбнулся.

– Он схватил меня за шиворот, посчитав карманным воришкой, – пояснил Гарет. – Люк был храбрым человеком.

– Да, очень храбрым, – помолчав, согласился Ротуэлл.

– Господи, а я… должно быть, походил на мокрую мышь.

– Когда он привез тебя домой, ты был кожа да кости, – признался Ротуэлл. – С трудом верилось, что тебе было… тринадцать лет, так?

– Едва минуло, – сказал Гарет. – Я обязан Люку жизнью, он спас меня от тех негодяев.

– Что ж, – Ротуэлл снова улыбнулся, но на сей раз улыбка была грустной, – их потеря – наше приобретение. Но когда Люк говорил о «хорошей семье», он прекрасно знал, что имеет в виду.

– Я никогда не рассказывал ему в подробностях об Уорнеме. Я только сказал, что мой отец был джентльменом, имел чин майора и погиб при Ролице и что моя мать умерла.

Сев на угол массивного письменного стола, Ротуэлл несколько минут грустно смотрел на Гарета.

– Люк знал, что такое остаться в юности сиротой, наконец откровенно сказал он. – Мы были рады считать тебя… практически членом нашей семьи, Гарет, но теперь тебя зовет высший долг.

– О, я в этом очень сомневаюсь, – буркнул Гарет и допил остаток бренди.

– Поезжай туда на две недели, – предложил Ротуэлл. – Убедись в том, что там есть компетентный агент по недвижимости; загляни в бухгалтерские книги – удостоверься в том, что тебя не обманывают, напусти страху на прислугу, чтобы они знали, на кого теперь работают, а потом можешь вернуться в Лондон и покинуть свой убогий домишко в Степни.

– А что делать дальше? – Гарет с недоумением смотрел на барона.

– Герцогу Уорнему должен принадлежать один из грандиозных особняков в Мейфэре, – пояснил Ротуэлл, сделав в воздухе широкий жест рукой с бокалом. – А если нет, купи. Тебе ни к чему до конца дней оставаться в провинции и, конечно, нет необходимости продолжать надрываться на службе в «Невилл шиппинг».

– Это невозможно, – отозвался Гарет. – Я не могу уехать даже на две недели.

– Зи будет здесь еще несколько дней, – возразил Ротуэлл, – а потом если станет совсем плохо, то старый Бейкли и я вполне сможем справиться с тем, чтобы нанять…