Стелла Камерон - Дорогой незнакомец

– Спасибо, – сказала она. – Я очень безнравственная женщина?

Он приподнял бровь.

– Безнравственная?

– Оливер, ты переполняешь меня. Не существует ничего, что я не смогла бы сделать вместе с тобой. И мне доставляет удовольствие делать это! – Она захихикала, прикрыв рот рукой, ощущая себя юной и изумительно глупой. – По-твоему, я безнравственная особа, да?

– Ты, моя девочка, восхитительная особа. Я не буду спать до тех пор, пока ты не станешь моей женой.

– Как же так?! Если ты не будешь спать, мы не сможем пожениться, потому что ты заснешь прямо на алтаре.

– Ты все воспринимаешь слишком буквально, – сказал он, вздохнув. – Пойдем, мне лучше отвести тебя обратно в твою комнату, хотя я не представляю, как смогу с тобой расстаться.

Ей хотелось предложить ему остаться с ней, но она знала, что не должна этого делать.

Держась за руки, они побрели по переходу, ведущему на мост, осознавая, что этой прогулкой они пытаются оттянуть минуту расставания.

– Я люблю тебя, – застенчиво произнесла Лили.

Оливер приподнял ее лицо и нежно поцеловал, прежде чем продолжить путь.

– Я знаю, что ты меня любишь, – сказал он. – Почти так же, как я люблю тебя.

Она не возражала, но про себя улыбнулась, уверенная в том, что он не может любить ее даже приблизительно так, как она любит его.

Они продвигались по сумрачному коридору с явной неохотой расставаться на ночь.

Оливер вглядывался в портреты, проходя мимо, Лили тоже скользила взглядом по строгим лицам в рамках.

– Думаешь, они нас сильно осуждают? – спросила она.

– Думаю, они завидуют, – ответил он. – Мы взбудоражили их рисованные сердца. – Он внезапно остановился.

Лили нахмурилась и проследила направление его взгляда.

– Ох, Оливер. Бог мой! Как такое могло случиться?

– Этого следовало ожидать, – сказал он тихо. – Еще один знак, черт его побери.

Лили не могла понять, что он имеет в виду. Утром ей придется сказать папе, что портрет изгнанного маркиза пропал.

Глава 23

– Вас хочет видеть мистер Николас Вестморлэнд, мисс. – Хильда присела в реверансе на пороге гостиной Лили.

Лили тут же отошла от модистки, возившейся с ее свадебным платьем, не обращая внимания на то, что женщина раздраженно закатила глаза.

– Пожалуйста, пусть он войдет, Хильда. – Кого она уж никак не ожидала увидеть в своей комнате, так это мистера Вестморлэнда. Может быть, он хотя бы ненадолго спасет ее от нелепой суеты модистки.

– Доброе утро, Лили, – сказал Ник, который вошел, не дожидаясь, пока Хильда пригласит его. – Я пришел к вам с поручением.

Хильда бросила на мистера Вестморлэнда лукавый взгляд, прежде чем удалиться и закрыть дверь.

– Доброе утро, – отозвалась Лили. – Надеюсь, вам нравится гостить у нас. – Ей была по душе близость между Оливером и Ником, которой она была свидетелем.

– Мадемуазель, – взмолилась модистка. – Силь ву пле.

– Мадам, – сказал Ник модистке, – для вас у меня тоже есть известие от мистера Ворса. Надеюсь, он вам говорил, что хочет, чтобы вы кое-что сделали по его просьбе.

– Ох! – Лили уперлась кулаками в бока. – Вы искусный актер, сэр. Или законченный лгун. Вы говорили, что вы ничего об этом не знаете.

Серьезное выражение на его лице ничуть не изменилось.

– Но я не могу быть уверенным, что мы с вами говорим об одном и том же, не правда ли? – заметил он, обращаясь к Лили. – Мистер Ворс хотел бы увидеть вас, прежде чем вы уйдете, мадам. – Это относилось уже к модистке.

Вместо того чтобы уйти, Ник встал неподалеку, пока мадам Спортес продолжала скалывать, присборивать, одергивать и восклицать.

Лили было неловко от оценивающих взглядов Ника. Она взглянула на него и смущенно улыбнулась.

Он кивнул, но не улыбнулся в ответ.

– Очень привлекательно. Вы совершенно не похожи на других женщин Оливера.

Других женщин Оливера. Лили пристально взглянула на него.

– А что, у него их так много?

Ник рассмеялся. Он был более чем привлекателен со своими яркими зелеными глазами и густыми золотистыми волосами. Высокий, подвижный, он создавал вокруг себя атмосферу бьющей ключом энергии. Он беспокойно ходил из стороны в сторону, заложив руки за спину.

– Оливер стал совсем другим человеком, Лили. Очевидно, что теперь он никого вокруг не замечает, кроме вас.

Она почувствовала огромное облегчение.

– Вы его изменили.

– А он изменил меня, – сказала она, медленно поворачиваясь по мере того, как модистка закалывала булавками подол ее платья.

Ник по-прежнему не проявлял никакого намерения уйти.

– Я отделаю ваш лиф бельгийским кружевом, мадемуазель. И будет много жемчуга.

Лили махнула рукой:

– Как хотите. Но я бы хотела что-нибудь яркое.

– Яркое? – Женщина сделала неопределенный жест рукой. – Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду цветное. Моя свадьба должна быть настоящим праздником. Ярким, разноцветным. Мне особенно нравятся розетки.

Мадам Спортес выпятила губы и нахмурилась.

– Да, – неуверенно протянула она. – Это можно. Белые атласные розетки. Например, по подолу.

– Лили, – сказал Ник. – Я обещал присоединиться к компании в саду.

– Какой компании? – спросила Лили, хмуро глядя на свое отражение в зеркале.

– Ваш отец и Оливер. А также лорд Витмор со своей сестрой и их друг.

Лили забыла об иголках, которыми был заколот низ ее длинного узкого рукава, и опустила руку. Но тут же вскрикнула и снова подняла ее.

– Витмор? Здесь? Трудно поверить в такую наглость. – Она знала, что Оливер рассказал Нику о предшествовавших событиях, о некоторых из них. – Чего он хочет? Как он смел показаться на глаза?

– Он напыщенное дерьмо, – сказал Ник и смущенно кашлянул. – Простите. Я хотел сказать, что у него не слишком сильный характер. Оливер хотел бы, чтобы вы как можно быстрее к нам присоединились.

– Быстрее, – сказала Лили модистке. – Мы можем закончить с этим позже. Я должна послушать, что Витлэс может сказать в свое оправдание. Тетя Фрибл там?

– Когда я уходил, ее там не было. Можно, я буду откровенен с вами, Лили?

– Конечно.

– Ну тогда прямой вопрос. Вы уверены, что вы с Оливером подходите друг другу?

Сначала она подумала, что ослышалась. Но вопрос в его глазах убедил ее в обратном.

– Вы застали меня врасплох.

– Я уверен, что вы – честная, серьезная девушка. Поверьте, я желаю только добра своему старому другу. Я также уверен, что вы – прелесть, и понимаю, почему он так увлечен вами. Я только хочу спросить одно. Вы считаете, что он сможет прожить всю свою жизнь в маленькой английской деревушке?