Робин Хэтчер - Время перемен

— Нет, Джордж! — закричала Фэй, но она была не в силах остановить ход событий и предотвратить неминуемую развязку.

Дрейк бросился вперед, и в тот же миг сверкнула вспышка выстрела. Фэй с ужасом увидела, как Дрейк неловко споткнулся и упал навзничь. На груди у него расплылось темное пятно крови. Фэй хотела подбежать к нему, но ноги ее не слушались.

— Теперь твоя очередь! — Джордж взвел курок и направил дуло револьвера ей в грудь.

Теперь, когда Дрейк убит, жизнь потеряла для Фэй всякий смысл. Она услышала звук выстрела и приготовилась получить пулю в грудь, но вдруг увидела, как с гримасой изумления на лице Джордж повалился на пол.

Фэй была не в состоянии шевельнуться, когда перед ней возникла фигура Герти с револьвером в руке.

— Нужно посмотреть, что там с хозяином. Батлеру помощь уже не понадобится.

При этих словах Фэй очнулась от оцепенения, бросилась вперед и упала на колени перед тем, кого так любила.

— Дрейк, — позвала она. — Пожалуйста, не покидай меня!

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем она услышала ответ.

— Ни в коем случае, Фэй. У нас ведь все впереди!

Глава 25

Наступил день их свадьбы, ясный октябрьский день. Листья на тополях и осинах уже успели пожелтеть, падали на землю и шуршали под колесами экипажей гостей, съехавшихся на свадьбу. На вершинах гор появились снежные шапки, в воздухе пахло зимой.

Дрейк и Фэй решили устроить тихую свадьбу в своем доме на утесе, на которой присутствовали, кроме них самих, только дети, Рик и Герти Телфорд, тоже молодожены, семейство Джозефа Голда с детьми, а также ковбои с ранчо Джеггд Р.

В течение нескольких недель, пока Дрейк выздоравливал после пулевого ранения в плечо, Фэй пришлось отвечать на вопросы следователя, прибывшего из Грин-Ривер Сити в связи со смертью Джорджа Батлера. Сначала Фэй опасалась, что Дрейку будет предъявлено обвинение в умышленном убийстве. Следователь рассуждал логически: если мужчина намеревается жениться на замужней женщине, он должен устранить с дороги ее мужа, Фэй, конечно же, отрицала всякую причастность Дрейка к смерти Джорджа Батлера. Если кто и был виноват в смерти ее мужа, так это она сама, а Дрейк только пытался защитить ее, за что и пострадал.

Тогда следователь сконцентрировал свое внимание на другом подозреваемом, и Фэй испугалась, что дело закончится арестом Герти, тем более что та призналась в содеянном. Да, она, Герти Дункан, видела, как Джордж Батлер входил в дом с револьвером в руке, и, вооружившись в свою очередь револьвером, последовала за ним с намерением стрелять, если тот попытается причинить кому-нибудь зло. А в содеянном она не раскаивается.

В конце концов следователь квалифицировал смерть Джорджа Батлера как убийство из соображений самообороны и убрался восвояси, оставив всех участников перестрелки в покое.

Теперь, когда Бекка уже выздоровела, а Дрейк быстро поправлялся, события той ночи казались Фэй каким-то кошмарным сном. Временами она чувствовала угрызения совести при воспоминании о том, что желала Джорджу смерти, и постоянно винила себя за то, что случилось и с Джорджем, и с Дрейком.

Но сегодня Фэй постаралась выбросить из головы все сомнения и обратила свой взор в будущее. Сегодня она станет женой Дрейка Ратледжа и познает его любовь. Она будет носить его имя и вынашивать его детей. Сегодня Фэй чувствовала себя счастливейшей из женщин.

Облаченная в свое золотистое с коричневыми полосами платье, с венком из полевых цветов в каштановых волосах и с ожерельем на шее, она спустилась по главной лестнице вниз, где ожидал ее жених. При взгляде на Дрейка, высокого, красивого и сильного, сердце Фэй наполнилось гордостью. Разве могла она мечтать несколько месяцев назад, что судьба свяжет ее узами любви с таким человеком!

Дрейк с обожанием посмотрел на Фэй и взял ее за руку. Слегка сжав ладонь любимой, он повел ее навстречу будущему, и Фэй с радостью последовала за ним. В гостиной их уже ждал преподобный Арнольд, твердо вознамерившийся довести сегодняшнюю церемонию до конца.

— Дорогие мои и любимые…

Да, она любима и знает это. Как это слово ласкает слух!

— Мы собрались сегодня здесь, чтобы перед лицом Господа соединить этого мужчину и эту женщину священными узами брака, Дрейк Ратледж, согласны ли вы взять в жены Фэй Батлер?

— Да.

— Фэй Батлер, согласны ли вы взять в мужья Дрейка Ратледжа?

— Да.

— Объявляю вас мужем и женой. Благослови и храни вас Господь, осени вас своей благодатью и да пребудет с вами мир ныне и присно и во веки веков. Аминь.

При слове «аминь» Фэй открыла глаза и взглянула на Дрейка. Он ответил ей полным любви взглядом, и у Фэй радостно забилось сердце.

— Дрейк Ратледж, вам позволено поцеловать вашу невесту, — добавил священник.

— С удовольствием, — отозвался Дрейк.

Он заключил Фэй в объятия, смяв оказавшийся меж ними букет цветов, и сладкое благоухание окутало их. Дрейк рассмеялся, нашел губами губы Фэй и прильнул к ним в нежном и страстном поцелуе. Сердце Фэй готово было выпрыгнуть из груди от счастья. Когда их губы разъединились, она самозабвенно обхватила шею Дрейка руками и залилась счастливым смехом.

— Я люблю тебя, Дрейк, — сказала она, забыв обо всем на свете.

Раздались аплодисменты, напомнившие Фэй о том, что они пока еще не одни, что еще нужно принимать поздравления гостей, а потом сидеть за столом, есть, пить и поддерживать беседу.

Первым к ним подошел Алекс.

— А теперь я могу называть тебя папой? — спросил он со всей серьезностью.

Так же серьезно Дрейк ответствовал:

— Да, сынок, теперь зови меня папой.

Фэй тихонько смахнула слезу.

— И я тоже! — воскликнула Бекка и, подбежав к присевшему на корточки Дрейку, обняла его за шею точно так же, как и ее мать минутой раньше.

Дрейк взял девочку на руки и выпрямился во весь рост.

— И ты тоже зови меня папой.

Он чмокнул Бекку в щеку и встретился взглядом с ее матерью. Глаза Фэй сияли.

Фэй и Дрейк стояли в обнимку на главном крыльце и махали руками детям и Телфордам, которые катили в докторской коляске, увозившей их вдогонку заходящему солнцу.

— Вот мы и одни.

Дрейк повернул Фэй к себе лицом и придал ее к груди. Не спеша он склонился над ней и коснулся губами ее влажных, полураскрытых губ.

— Миссис Ратледж, — произнес Дрейк, смакуя каждый слог, и снова прильнул губами к ее губам.

Его язык ласкал, дразнил и истязал ее губы, его руки исследовали изгибы ее тела. Какой удивительный конец удивительного дня и какое удивительное начало удивительной ночи!