Данелла Хармон - Дикарь

— Понимаю, — тихо произнес герцог. — Скажи, тебе нужна помощь? Я мог бы прислать слугу…

— Нет. Я все хочу сделать сам. Я должен все сделать сам. Мне не нужна помощь старшего братца.

— Похоже, ты настроен очень решительно.

— Так оно и есть.

— Ну что ж, ладно. — Герцог поднялся. Он не улыбался. — Кажется, мне здесь нечего делать. — Он спустился вниз и на мгновение задержался, глядя на Гарета.

На его волевом лице появилось странное выражение — некая смесь восхищения, грусти и тревоги. — Обещай мне только одно.

Гарет вопросительно приподнял бровь.

— Обещай, что если ты попадешь в трудное положение, то обратишься ко мне. — Люсьен пристально посмотрел в глаза брату, и Гарет впервые в жизни почувствовал, что брат говорит с ним как с равным. — Иногда человеку требуется больше мужества, чтобы забыть о гордости и признать, что он нуждается в помощи, чем пытаться справиться с трудностями в одиночку.

— Я буду помнить об этом.

— Прошу тебя, — сказал Люсьен. Не оглядываясь больше, он вскочил на Армагеддона и ускакал прочь.

Глава 30

К тому времени как Гарет появился в амбаре, готовый приступить к утренней тренировке, головная боль у него давно прошла.

В то утро его партнером для тренировки был Дики Норинг, симпатичный молодой паренек, которого Спеллинг завербовал к себе на работу во время своей поездки в Бристоль. Большую часть восемнадцати лет своей жизни Дики работал на судах или на верфях и был скорее драчуном, чем боксером. Но он был сильным и не давал Гарету расслабиться, пока они ходили кругами, присматриваясь и нанося пробные удары. Гарет чувствовал себя в отличной форме и наслаждался тренировочным боем. Но как бы он ни старался сосредоточиться, в его голове без конца прокручивались эпизоды утреннего визита Люсьена.

Ты снова обращаешься со мной как с ребенком, Люсьен.

Мне это не нравится.

Возможно, ты прав. Извини. Но видит Бог, с тобой было легче справиться, когда ты вел себя, как ребенок.

— Прикрывай как следует лицо. Дики! — крикнул Спеллинг, когда кулак Гарета нанес скользящий удар по партнеру.

— Я стараюсь, мистер Спеллинг, но не успеваю увертываться, за ним не уследишь.

— Значит, тебе тоже надо двигаться побыстрее, понял?

Дики заработал с удвоенной энергией. Гарет блокировал удар и сам нанес удар в челюсть Дики.

— Сукин сын! Для вельможи ты слишком хорошо дерешься. Где это ты научился?

— У меня есть братья, — усмехнувшись, ответил Гарет, блокируя очередной меткий удар. Он не стал рассказывать, что деревенские мальчишки, с которыми он рос, тоже научили его всему, что умели сами, и что он со своими приятелями из компании шалопаев частенько практиковался в боксерских приемах, чтобы поразмяться, и что его не раз вышвыривали из пивных по причине его склонности разрешать споры с помощью кулаков. Он не стал распространяться на эту тему, потому что думал о другом. Он вспоминал, как Люсьен сидел рядом с ним на ступеньках флигелька и непривычно уважительно разговаривал с ним как со взрослым. Он вспомнил, как Люсьен, проглотив свою гордость, нехотя извинился и как странно поглядел он на него перед отъездом: в его взгляде сквозило даже что-то похожее на восхищение. Наверное, трудно было брату попросить его вернуться в Блэкхит вместо того, чтобы приказать ему сделать это? Наверное, ему было очень трудно смириться и позволить Гарету самому принимать решения, пусть даже, с его точки зрения, не правильные?

Он дает мне шанс доказать, на что я способен. И я не обману его надежды.

— Ладно, на сегодня хватит, — заявил Спеллинг. — Гарет! В пятницу ты будешь драться с Нейлсом Флемингом. Это будет великолепный матч, я уже кучу денег истратил на рекламу, так что на этой неделе постарайся хорошенько потренироваться. Если справишься с Нейлсом, мы выставим тебя против Мясника.

— Мясника? — усмехнувшись, переспросил Гарет. — Это его прозвище или профессия?

— И то и другое. И поверь моему слову, свое прозвище он оправдывает. Я только что выкупил его контракт, так что со следующей недели он работает у меня.

— Сюда приедет Мясник? — с каким-то благоговейным ужасом воскликнул Дики.

— Именно так. В Шотландии ему нет равных, он лучший. А наш Гарет, судя по его успехам, скоро будет лучшим во всей Англии. Это будет классный поединок:

Шотландия против Англии, Мясник против Дикаря!

— Ладно, я не прочь, — изображая шотландский акцент, весело прокартавил Гарет. — Подавайте его сюда!

Все расхохотались.

— Не спеши, — сказал Снеллинг, — тебе еще нужно сначала победить Нейлса.

Нейлс, который тоже работал у Спеллинга, сидел неподалеку на охапке сена и задумчиво наблюдал за Гаретом. Гарет уже видел его в деле, когда он тренировался в паре с другими боксерами из команды Снеллинга. Он был энергичен, вынослив и отличался быстротой реакции. У него были курчавые волосы кофейного цвета, срезанный подбородок, во рту не хватало нескольких зубов, а кулаки были непропорционально огромного размера по сравнению с телом. Он улыбнулся Гарету.

— Почему бы нам с ним не попробовать потренироваться сейчас? — спросил Гарет, дружески хлопнув по спине Дики, когда они закончили тренировку. Нерастраченная энергия переполняла его, и ему больше чем когда-либо хотелось немедленно доказать себе, на что он способен. — Что ты на это скажешь, Нейлс? Может, попробуем?

— Я не против. Надоело сидеть здесь и смотреть, как ты резвишься.

— Будь по-вашему, — сказал Снеллинг, жестом подзывая Нейлса к Гарету. — Валяйте. Об одном прошу: не убейте друг друга. Отложите это до пятницы.

Нейлс стянул с себя рубаху и, вскинув кулаки, подошел к Гарету. Он нанес первый удар и, не дав Гарету опомниться, снова ударил его в подбородок. Следующий удар Гарету удалось блокировать, но Нейлс поспевал везде, словно москит. Он был умным, закаленным и сильным противником, так что Гарету пришлось сосредоточить на нем внимание, сразу же позабыв о Люсьене. Он понял, что в пятницу ему предстоит нелегкая схватка.

И это его радовало.

Ведь еще одна такая легкая победа, как над О'Рурком, и он умрет от скуки!

Вокруг все напоминало о предстоящем матче. Афиши, извещающие о нем, Джульет видела на углу Хай-стрит, на Маркет-плейс и вдоль всей улицы Святой Елены. Когда они с Бекки ходили в город за покупками, люди на улице останавливались и указывали на нее пальцами; «Это жена Дикаря». Уже начали заключать пари, причем предпочтение отдавали Нейлсу в пропорции 10:1.

Такое явное предпочтение противника ничуть не уменьшало энтузиазма Гарета перед предстоящим матчем.

Он с увлечением тренировался, возбужденно говорил о том, сколько ему заплатит Спеллинг, и с нетерпением ждал назначенного на следующую неделю поединка с каким-то страшным шотландцем по прозвищу Мясник.