Вирджиния Хенли - Сердце ворона

Закончив разгрузку и подсчитав количество привезенных вещей, Роджер распорядился внести в трюмы одного из кораблей наиболее ценные из доставленных предметов роскоши, чтобы отправить их в лондонский порт, в подарок королю.

Вечером Тристан замертво свалился в постель, но едва забрезжил рассвет, как Роджер разбудил его, велев собираться в обратный путь.

Джеффри Кастэлмейн, встав против обыкновения рано, прихлебывал терпкое вино из большого серебряного кубка.

— Мне хотелось бы полюбоваться замком Мидделхем, — сказал он сидевшей напротив него сестре. — Ты не составишь мне компанию? — Голос его звучал нарочито равнодушно, так, словно эта идея только что пришла ему в голову и он решил осуществить ее от нечего делать, просто ради забавы.

— О, Джеффри, это было бы как нельзя более кстати! — просияла Розанна. — Ведь аббатство Жерво расположено как раз у дороги, ведущей к Мидделхему. Братья цистерцианцы разводят там белых лошадей, и я как раз собиралась купить у них пару кобыл. Подожди меня, я мигом оденусь и спущусь!

И Розанна, встав из-за стола, направилась к выходу из зала.

— Я буду ждать тебя у конюшен! — крикнул ей вдогонку Джеффри. Едва Розанна скрылась из виду, он одним глотком допил вино и подошел к сидевшему поодаль сэру Брайану.

— Наш первоначальный план претерпел некоторые изменения, — вполголоса сказал он приятелю, — но думаю, это даже к лучшему. Розанна решила побывать в аббатстве Жерво, чтобы купить там белых кобылиц. Все, что нам остается сделать, — это продержать ее там до утра, пока пленник не окажется под надежной охраной. Возможно, это будет даже проще, чем уговорить ее остаться в Мидделхеме. А если девчонка нам не понадобится, мы благополучно доставим ее сюда, не вызывав у нее ни малейших подозрений.

Сэр Брайан, поразмыслив над словами друга, согласился с его доводами.

— Будет лучше, если люди Рэвенспера не увидят нас сегодня вместе. Ты выезжай один и жди нас на дороге в Ричмонд. Твое появление окажется замечательным сюрпризом для моей дражайшей сестрицы!

— Как тебе не надоест изображать из себя Купидона? — поддразнил его сэр Брайан.

Розанна быстро сбросила домашнее платье, надела теплую юбку для верховой езды, стеганый жакет и плащ на меху. Она достала из шкатулки кошелек с пятьюстами фунтами и отправилась на поиски своих служанок. Элис, запыхавшаяся от быстрой ходьбы, поднималась по лестнице со стопкой выстиранного и выкатанного постельного белья.

— Я уезжаю на прогулку в сопровождении Джеффри, — сказала ей Розанна. — Надеюсь вернуться к обеду, но не стоит волноваться, если я немного задержусь. А ты пока не позволяй Кейт нападать на мистера Бурка. Ведь все это время, пока наши вещи пакуются для отправки в Рэвенспер, она только и знает, что оспаривает его распоряжения!

— Но что же я могу сделать? — уныло промолвила Элис. — Разве они меня послушают?

— Воооще-то ты права, — усмехнулась Розанна. — Ладно, не пытайся встревать между ними. Держись в сторонке, дорогая! — И она сбежала вниз по широкой лестнице, выскочила во двор и стемглав понеслась к конюшням.

Душа Розанны ликовала. Она ехала по узкой, скованной первыми заморозками дороге на юг, и стремительный бег Зевса казался ей недостаточно быстрым. Ей не терпелось поскорее увидеть белых кобылиц и купить двух из них в подарок Рэвенсперу. Он наверняка обрадуется такому сюрпризу!

Ветер сбросил с ее головы капюшон плаща, и ее длинные волосы, разметавшись, трепетали над спиной коня. Завидев у развилки двух дорог одинокого всадника, Розанна насторожилась. Она была неприятно поражена, когда, подъехав к нему вместе с Джеффри, узнала в нетерпеливо поджидавшем их рыцаре сэра Брайана.

— Это, небось, опять твоя затея? — резко спросила она брата.

— Конечно, дорогая! Разве я мог упустить возможность дать двум голубкам лишний раз поворковать вместе?

Розанна покраснела и отвернулась. Стремление брата во что бы то ни стало толкнуть их с Брайаном в объятия друг друга стало раздражать ее. Розанна чувствовала себя виноватой перед Брайаном. Она не имела права удерживать славного юношу подле себя. Ему следовало бы подыскать себе другую даму сердца. И Розанна решила, когда они снова останутся наедине, мягко сказать ему об этом.

Вскоре всадники приблизились к воротам аббатства.

— Давай я возьму на себя ведение переговоров с монахами. Ведь, может статься, они не захотят иметь дело с женщиной.

Розанна раздраженно помотала головой.

— Спасибо, я не нуждаюсь в твоей помощи. Я пока еще в состоянии сама позаботиться о своих делах.

Сэр Брайан решил положить конец ссоре, назревавшей между братом и сестрой.

— Ведь замок Мидделхем всего в трех милях отсюда, — мягко проговорил он. — Так почему бы нам с тобой, дорогой Джеффри, не продолжить наш путь? А когда мы вернемся сюда, Розанна уже наверняка успеет сделать свою покупку, и тогда мы все вместе отправимся домой.

Розанна одарила его благодарной улыбкой. Джеффри с несколькими воинами и Брайаном поскакали к Мидделхему. Розанна осталась одна у ворот аббатства. Жерво посещало множество паломников, но в основном то были мужчины. Розанна объяснила остолбеневшему при виде ее привратнику причины своего визита в обитель, и тот провел девушку к одному из начальствующих, который любезно объяснил Розанне, что вопрос о продаже их знаменитых белых лошадей может быть решен лишь главой ордена. Брат Бэн предложил Розанне осмотреть аббатство, покуда отец настоятель не освободится, чтобы принять ее.

Розанна попала на прием к главе ордена, когда уже начало смеркаться.

— Простите, что заставил вас так долго ждать, дитя мое, — сказал ей худощавый мужчина, облаченный в белоснежную рясу. — Как ваше имя и что привело вас к нам?

— Я — леди Рэвенспер. Я хотела бы купить у вас двух белых кобылиц, — и она улыбнулась святому отцу, обнаружив, что красота ее произвела на него не меньшее впечатление, чем на любого из мирян.

— Но почему же барон Рэвенспер не приехал сюда сам?

— Я хочу сделать ему сюрприз. Знаете, у нас ведь есть белоснежный арабский конь, и мы хотели бы получить от него потомство.

Склонив голову набок, святой отец долго смотрел на Ро-занну изучающим взглядом. Он понял, что перед ним — незаурядная женщина.

— Наши лошади не продаются. Мы выращиваем их для своих нужд. Но, так и быть, для вас, баронесса, я сделаю исключение.

— О, спасибо, ваше преподобие. Я высоко ценю честь, которую вы мне оказываете. Назовите вашу цену. Я не намерена скупиться.

Его преподобие подмигнул ей:

— Вот и прекрасно. Нашей обители отнюдь не помешают наличные деньги.

Розанна едва сдерживала овладевшее ею нетерпение.