Шеннон Дрейк - Неповторимая любовь

Сабрина заметила мерцающий в его глазах гнев. Переведя взгляд на руки Слоана, она обратила внимание, что он с силой сжимает поводья. Суставы его пальцев побелели.

— Ты мог бы поговорить с ним, — холодно предложила она.

— Сабрина, этот человек опасается, что когда-нибудь ночью я сниму с него скальп. Вряд ли он прислушается к моим словам о том, как подобает обращаться с женой.

— Но кто-то же должен что-нибудь сделать! — настаивала она.

Слоан взялся за поводья Джинджера, останавливая его. Развернув Томаса, он оказался лицом к лицу с Сабриной.

— Пойми, тут ничего не поделаешь! Просто держись подальше от Дженкинсов.

Сабрина упрямо промолчала.

— Мой вчерашний поступок ты тоже назвала отвратительным, — напомнил ей Слоан.

— Да, но… — Она осеклась.

— Продолжай. Сабрина покачала головой:

— Дженкинс ведет себя… гораздо хуже.

— Сабрина, майор Слоан! Доброе утро! — радостно воскликнула Луэлла. Она уже успела одеться и умыться и шагала пружинистым шагом, взбодренная свежим утренним воздухом. — Майор, Том сказал, что вы увезли Сабрину, но, клянусь вам, я не слышала ни шороха! Какая удача, что вы встретились с нами!

— Да, редкостная удача, — вежливо ответил Слоан. Сабрина поняла, что ее «похищение» было тщательно продумано и исполнено и что Слоан сказал ей правду: по-видимому, никто, кроме Тома, не знал, что произошло. Но в похищении участвовал Ледяной Ворон. Сабрина вновь почувствовала, что оказалась в глупом положении. Еще бы: она не узнала собственного мужа!

Со всех сторон слышались приветствия, Слоан отвечал на них и терпеливо объяснял, что отряд Крука напал на лагерь шайенов, где и в помине не было Бешеного Коня.

— Значит, предстоит крупная кампания, — понимающе пробормотала Либби Кастер и усмехнулась, глядя на Слоана. — Возможно, понадобится помощь Оти…

— Может быть, — подтвердил Слоан. Вскоре все собрались в обратный путь. Добравшись до форта, Сабрина воочию убедилась, что подготовка к войне ведется полным ходом. Сержанты муштровали солдат, кавалеристы упражнялись в рубке соломенных чучел.

Наблюдая за учениями, Сабрина ощутила недоброе предчувствие. По ее телу пробежали мурашки, она задрожала и потому не сразу заметила, что Слоан внимательно следит за ней.

— В чем дело? — спросил он. Сабрина покачала головой:

— Ни в чем. Правда, меня искупали в ледяной воде…

— Ты и без того промокла, — напомнил ей Слоан.

— Вот как?

— Тебе нездоровится? — спросил он. Сабрина снова покачала головой:

— Нет, все в порядке. Просто мне холодно. Она пустила Джинджера быстрой рысью.

Слоану предстояло отправиться в Сент-Пол и отчитаться о поездке перед генералом Терри.

О новой разлуке Сабрина узнала с разочарованием. Оставшись в одиночестве, она почувствовала приближение болезни. У нее кружилась голова, желудок судорожно сжимался.

Сабрина с трудом распаковала сумку, которую брала с собой на пикник, затем забралась в мягкое кресло у печки, подобрала ноги и обхватила их руками.

Это вполне возможно, но не более.

Надо непременно рассказать ему…

Она задумчиво кусала нижнюю губу. Воспоминания о «похищении», затеянном Слоаном, до сих пор вызывали у нее обиду.

И все-таки…

Нет, она ни в чем не уверена. Значит, о своих предположениях следует умолчать. Убедившись, она расскажет ему обо всем, времени хватит.

Хватит с избытком.

Глава 17

Оти Кастер вернулся с Востока разочарованным и озлобленным.

Поначалу он покинул Вашингтон двенадцатого апреля, через две недели после того, как его отряду было предписано покинуть форт Авраама Линкольна, но затем был призван к ответу по обвинению в лжесвидетельстве. Первого мая он вновь отправился в Дакоту, но был остановлен в Чикаго и взят под арест по приказу президента Гранта.

Грант возненавидел его: Кастер осмелился обвинить брата президента. По-видимому, Грант вознамерился уничтожить Кастера.

Кастеру не суждено было командовать седьмым кавалерийским полком в грандиозной кампании 1876 года. Он не мог даже участвовать в ней.

— Он обвиняет меня во всех своих неудачах! — жаловался Кастер Слоану, встретившись с ним в Сент-Поле, где тот ожидал прибытия генерала Терри.

Сидя в кожаном кресле у стола Терри, Слоан с сочувствием слушал Кастера. Время сражений наступило, а Кастер, снискавший славу смелыми, но безрассудными действиями на поле боя, лишен возможности участвовать в них.

Кастер горестно развел руками.

— Так, значит, Круку не удалось одержать победу над Бешеным Конем? — настороженно спросил он.

— Пока нет, — ответил Слоан.

— А ты уверен?.. Да, конечно, уверен. Ты способен отличить лагерь шайенов от лагеря сиу: еще бы, ведь ты сам… — Он осекся. — Прошу прощения, майор.

— Извиняться ни к чему. Я действительно индеец сиу.

Кастер улыбнулся. В этот момент он выглядел добродушным и обаятельным мальчишкой. Женщины племени шайенов считали его неотразимым, несмотря на то что Кастер вел войну против их племени. Однажды, много лет назад, у него была связь с индианкой. Говорили, что она родила белокурую девочку, которую Кастер признал своей дочерью. Малышка прожила всего год, но Слоан знал, что многие женщины племени шайенов до сих пор считают Кастера родственником из-за «брака» с одной из их соплеменниц.

И действительно, Кастер выкурил с шайенами трубку мира и поклялся никогда больше не воевать против них.

«Все меняется», — подумал Слоан. Оти наверняка считает эту кампанию всего-навсего еще одной войной против враждебных племен. Против сиу. Нарушив мирный договор, он наверняка успел подыскать оправдание своему поступку. Похоже, военные без труда находят оправдание убийствам, а правительства — войнам, во время которых солдаты вынуждены убивать.

Кастер кивнул Слоану:

— Факт остается фактом, дружище: ты — индеец сиу. И кроме того, разумный человек, способный видеть картину происходящего в целом. Грант! Разве мне под силу бороться с Грантом? Все равно победа останется за ним. Я говорил правду, говорил от имени товарищей-офицеров и врага, с которым мы пытались подружиться, и в конце концов потерпел поражение. — Кастер начал вышагивать по комнате, стиснув руки за спиной и склонив голову. — Видит Бог, я сдался не сразу! Я ждал, надеясь на встречу с президентом, но он отказался, категорически отказался принять меня. Он намерен меня уничтожить!

— Он возглавляет армию, — напомнил ему Слоан.

— А что делать мне? Господи, помоги мне, если можешь!

Слоан протяжно вздохнул.

— Поговори со своим непосредственным начальником, генералом Терри: посмотрим, сможет ли он вступиться за тебя. Ты знаешь, что и Шеридан, и Шерман добиваются твоего оправдания. Не забывай, что тебе оказывает поддержку даже пресса: газеты обожают отчаянных героев. Шерман и Шеридан замолвят за тебя слово перед Грантом, а пресса заставит его выступить в твою поддержку. Пусть Терри поможет тебе подготовить письмо к президенту, но будь осторожен в словах. Не требуй, чтобы тебе поручили руководство всей компанией — проси вернуть командование седьмым полком. И еще, Оти…