Сьюзен Кинг - Око ворона

– Да я не о свадьбе, – пробормотал он. – И вовсе не тебя имел в виду, малышка.

Она уловила в его голосе затаенную боль и горечь.

– А кого? – осторожно спросила Майри. – Кого ты имел в виду? Ты говоришь, что получил одни неприятности, потому что прислушался к голосу сердца? Как это случилось? Когда?

– Три года назад, когда я помог брату, – глухо бросил Роуэн.

– Ты был арестован из-за него, я знаю. Расскажи, как это произошло?

Он качнул головой.

– Все в прошлом. Все забыто.

– Нет! Если душа болит, значит, не забыто, – убежденно сказала девушка. Сострадание неожиданно затопило ее душу, унося преграды, которыми она пыталась отгородиться и от Роуэна, и от собственных чувств к нему. – Расскажи, прошу тебя. Я должна знать.

Он вздохнул. И еще раз – горько, тяжело.

– Это случилось во время ночного набега. Мы выехали как-то ночью с Алеком и еще несколькими десятками всадников из Армстронгов и Скоттов в погоню за англичанами, которые уже не в первый раз уводили скот из Блэкдраммонда. Смотритель Мидл-Марча с той стороны и целый отряд солдат преследовали нас от самой границы. Когда кто-то из них поднял пистолет, Алек выстрелил. Он не знал, в кого попал, и только потом выяснилось, что это был смотритель границы.

Майри ахнула.

– Он убил смотрителя Мидл-Марча?

– Именно. Перед смертью этот англичанин попал мне в ногу, так что солдатам несложно было меня схватить. Они же заявили, что их начальника убил я.

– А ты? Не стал ничего объяснять?

– Попадись в руки англичанам Алек, они повесили бы его прямо там же, на месте. Ну а поскольку я лэрд Блэкдраммонда, то казнить меня без суда не рискнули. Лэрдов и прочих высокопоставленных лиц положено отдавать в руки закона, – с мрачной усмешкой объяснил он.

– Выходит, ты промолчал и позволил им арестовать тебя вместо Алека?

Роуэн кивнул.

– Признаться, я думал, что со мной быстро разберутся в следующий же «мирный день» и выпустят, приговорив к изрядному штрафу. В крайнем случае – посадят в каменный мешок на месяц. Но вышло по-другому. Новый смотритель Мидл-Марча не желал, как прочие офицеры пограничных крепостей, смотреть сквозь пальцы на грабежи и убийства, которые на границе случаются чуть ли не каждую ночь. Меня приговорили к казни за убийство офицера, незаконное пересечение границы, бесчисленные ночные набеги и бросили в темницу Карлайл-Касл.

Майри недоуменно наморщила лоб.

– Разве ты не говорил, что англичане держали тебя под арестом в особняке какого-то важного человека?

– Это позже. Первые несколько месяцев я провел в сырой, темной каморке величиной не больше кровати, – с безрадостным смешком добавил он. – Скотты из Бакклью подали прошение королеве и Тайному совету, и англичане заменили смертный приговор двумя годами тюрьмы. Оставшееся время я провел в доме самого смотрителя границы. Правда, мне было запрещено покидать комнаты, пока не истекли положенные по приговору два года.

– Но ты и тогда не вернулся домой.

– Не вернулся. – Он стиснул челюсти так, что желваки заходили на щеках. – Почти год служил помощником смотрителя Ист-Марча с шотландской стороны. А после крушения корабля и пропажи сокровищ наш Тайный совет назначил меня, как ты знаешь, помощником Саймона Керра.

Майри долго молчала, обдумывая услышанное.

– Смотрителя убил Алек… Но ведь ты добровольно взял на себя его вину. Он не просил тебя, не прятался за твою спину. Твой брат тебя не предал, Роуэн!

– Предал!

Майри взглянула на потемневшее от ярости лицо, на стиснутые в гневной гримасе губы и вздувшиеся от напряжения жилы на шее. Под этой маской горечи и злобы бушевало что-то страшное… Но что?

– Как же он предал тебя, Роуэн? – мягко спросила она. – Я не понимаю. – Она опустила глаза на доверчиво прильнувшего к ней спящего малыша и снова посмотрела на Роуэна. – Алек приехал сегодня к таверне. Приехал, чтобы проверить, все ли в порядке с Джейми. Ты это понял, я видела по твоему лицу. И ты очень любишь брата, Роуэн.

Он откинул голову назад, как будто уклоняясь от удара, но не произнес ни слова.

Затаив дыхание, Майри ждала его реакции и, не дождавшись, заговорила снова:

– Появившись вот так, совершенно открыто, у таверны, он рисковал не только свободой, но, возможно, и жизнью. Если человек так сильно любит своего сына, он не может предать брата. Он вообще не способен на предательство. – Девушка помолчала. – Может, он и Айана не предавал… Может, мы с тобой оба ошибались…

– Нет.

– Но ведь он…

– Хватит! – рявкнул Роуэн и вскинул руку, точно хотел закрыть ей рот. – Хватит, – неожиданно мягко повторил он, направляя Валентайна поближе к Пэг. Приподняв подбородок Майри, он заглянул ей в лицо. – Эти серебристые глаза смотрят прямо мне в душу, – шепнул Роуэн. – И видят слишком много.

– Но недостаточно, – шевельнулись губы девушки.

– Слишком много. Слишком.

Майри подалась вперед, не в силах разорвать так внезапно объединивший их взгляд.

– Расскажи, Роуэн…

Он уронил руку и подхватил поводья.

– У нас с тобой проблем и так хватает.

– Ты о свадьбе? – тихо спросила Майри.

Роуэн замер на миг. Протянул руку, легко прикоснувшись к розовой от ветра щечке.

– Вот о свадьбе я как раз не жалею, – негромко и почти нежно возразил он. – Пока.

Майри уловила насмешливые искорки в самой глубине изумрудных глаз.

– Я тоже… Пока! – с вызовом добавила она.

– Ага! – Его тон был глубокомыслен и загадочен; и последнее, что заметила Майри, прежде чем он пришпорил коня, был все тот же смешливый блеск в его глазах.

Роуэн снова оглянулся. Всякий раз осматривая окрестности, он видел лишь безлюдные долины и холмы или черно-белые пятнышки овец на склонах и одинокого пастуха, которому не было никакого дела до двоих скачущих стороной всадников. Днем Спорная земля бывала такой же мирной и безопасной, как и любой другой уголок приграничного района. К тому же на свадебное пиршество в таверне стеклись отбросы общества со всей Спорной земли. Но если бы им с Майри пришлось пробираться здесь ночью, то никакой праздник не спас бы их от встречи с ночными грабителями.

Впрочем, Роуэн и сейчас не мог избавиться от нехорошего предчувствия, от ощущения близкой опасности. Он был уверен, что Хэкки Эллиот готовит удар. Вот только когда и где?

Во дворе таверны Хэкки заметил Роуэна, в этом не было сомнений. И узнал Черного лэрда, как и сам Роуэн узнал в нем громилу, приставившего ему нож к горлу у конюшни на постоялом дворе. А Клем Эллиот оказался тем самым бородачом, который по приказу брата шарил в кошельке Роуэна.

Случись эта встреча, когда Роуэн был один, он, наверное, рискнул бы погнаться за Хэкки и арестовать по обвинению в грабеже и шпионаже. Правда, без чьей-нибудь поддержки – если не солдат, то хотя бы друга – столкновение с «Ублюдками Хэкки» было делом опасным. Ну а уж с Майри и Джейми сама мысль о преследовании выглядела бессмысленной.