Элизабет Бойл - Дерзкий ангел

— А что я должен был, по-твоему, сделать? — Монти надулся, и челюсть его стала совсем как у бульдога. — Подойти и сказать: «Извините, мадам, вы меня не помните? Не желаете ли покинуть вашего кавалера, которого собрались обобрать, и не составите ли компанию мне?»

Джайлз покачал головой:

— Глупости! Но проследить-то, куда она отправилась, можно было! — Господи, неужели он нашел ниточку, чтобы, она тут же порвалась и никуда не привела?! Неужели он нашел Ангела только для того, чтобы тут же потерять?

— Зачем? Я и так прекрасно знаю, куда она направилась.

Вконец потеряв терпение, Джайлз вцепился в воротник приятеля.

— Так почему же ты не сказал об этом сразу?

— Ты не спрашивал. — Монти сердито уставился на Джайлза, и тому пришлось отпустить его. Откинувшись на сиденье, он сложил руки на груди. — Мужайся, дружище, ибо не думаю, что тебе понравится то, что ты услышишь.

— Куда же ее понесло? — Джайлз выпаливал каждое слово.

— Дело не в том, куда, — усилил голос герцог. — Вся соль в том — с кем.

Джайлз так и замер. Боже, во что же она вляпалась на этот раз?

Ответ на этот вопрос Джайлз знал лучше, чем кто бы то ни было. Во что-нибудь угрожающее ее жизни.

С того момента, как он отыскал ее в Париже, все ее помыслы были направлены на то, чтобы убедить его вернуться в Лондон. Спасти его. Он и сейчас еще страшно злился оттого, что с ним обращались как с трясущейся и страдающей старческим маразмом тетушкой, которую нужно задвинуть куда-нибудь в тихий уголок, чтобы не причинила вреда сама себе.

Черт бы побрал Дерзкого Ангела и ее упрямство! И ее дурацкую независимость! Неужели до нее так никогда и не дойдет, что ей не удастся выручить своих родителей одной? Ей необходима его помощь. Кому-то ведь нужно навести порядок в ее сумасбродных и очень опасных затеях.

И надо бы разобраться еще с тем, что сам он отчаянно нуждался в ней. Об этом еще стоит как следует подумать.

— Так с кем же она ушла? — спросил он спокойнее.

— С Селмаром.

Ошарашенный, Джайлз сначала не знал даже, что сказать. Карета наконец набрала хорошую скорость и катила по широкой улице.

— Он убьет ее, если вдруг ему что-то не понравится, — уныло констатировал Монти, нахохлившись на своем сиденье. Его промокший парик выглядел жалко, пряди поникли, с них капало.

— Он не сможет этого сделать, если в дело вмешаюсь я, — яростно заверил его Джайлз. — Потому что это моя привилегия.

Все не заладилось с первых же минут, как только София переступила порог дома лорда Селмара.

Вместо того чтобы провести ее в свой кабинет, он привел ее в свой оружейный зал. София лишь мысленно изумилась, за каким дьяволом мужчине нужна такая огромная коллекция оружия.

Пики, сабли и щиты, щиты, щиты… Все это самых разных размеров и ценности громоздилось одно над другим на высоких стенах. Одна стена, полностью увешанная огнестрельным оружием, явно могла служить доказательством, что лорд Селмар в скором времени ожидает нападения объединенных сил Франции и Испании. И ни одной картины. Кое-какие декоративные украшения были, но тоже в военном духе. Оружейная лорда Селмара напоминала зал в средневековом рыцарском замке: два железных истукана, два рыцаря в полных боевых доспехах, так и застыли, как два молчаливых стража, в ее разных концах.

София кожей ощущала их неподвижный, пустой взгляд, вперившийся в нее, словно они были живыми, дышащими существами, которым приказали следить за каждым ее движением.

И они, конечно, ни за что не подскажут ей, где лорд Селмар хранит свои драгоценности и деньги.

— Проклятие! — тихо прошептала она.

— В чем дело, дорогая? — переспросил лорд Селмар, направляясь к ней с другого конца зала, где снимал со стены какой-то испанский кинжал, чтобы похвастаться им.

— Я… э-э… сказала, что у вас превосходная коллекция, — ответила она, отвернувшись от стены, увешанной боевыми топориками. — И такая огромная. — Но все же ваше самомнение еще больше, милорд, так и хотелось сказать ей. В карете он казался таким заинтересованным. Но стоило им войти в дом, как он приволок ее в этот холодный, набитый дурацкими саблями зал и заставил любоваться его «детками».

Информация о нем была вполне однозначной: обожает опасность и приключения, его слабость — загадочные женщины. По слухам, он безукоризненно владел шпагой и был одним из самых метких стрелков в Лондоне. Смертельным стрелком, как поговаривали.

И смертельным занудой, добавила бы теперь она. Хуже всего было то, что он отказался выпить с ней. Заявил, что уже слишком поздно, чтобы принимать алкоголь. А он хотел бы иметь ясную голову, когда она начнет «расплачиваться» с ним.

— У меня годы ушли на то, чтобы собрать все эти игрушки, — горделиво заявил он. — А вот эта штучка — моя любимая. Конец шестнадцатого века, весьма неординарная работа. Антиквариат. И раздобыл я ее самым неординарным способом.

Его палец так суеверно коснулся лезвия кинжала, что на руках Софии выступили крупные мурашки.

— Как это? — спросила она. Он улыбнулся:

— Я украл его. Семья, владевшая им, отказалась продать его. И я вынужден был применить другой способ.

Она улыбнулась ему, впервые понимая его чувства, как никто другой.

— И вы сами провернули это дельце? — Она даже шагнула поближе, надеясь разжечь его угасший было интерес к своей особе.

Но он попятился от нее, а глаза сделались круглыми от ужасного предположения.

— Конечно, нет! Я заплатил деньги тому, кто подходит для такой грязной работы!

Какой лицемер! Значит, владеть кинжалом ему нравится, даже краденым, а опасность кражи ему не по нутру. Да он не только мерзкий лицемер, он и трус порядочный! И его необходимо проучить.

— Да вы посмотрите внимательно на инкрустацию рукояти! — сказал лорд Селмар, подводя ее поближе к камину. — Более тонкой работы вам не сыскать.

У Софии перехватило дыхание при виде огромных изумрудов и крупных жемчужин. Ого-го-го! В этом-то она кое-что понимает. Господи, да только за одни камушки можно получить целое состояние, не говоря о том, что и работа по золоту и серебру стоит немалых денег! Эта штучка — достойная мзда за столь гнусный вечер.

Лорд Селмар протянул кинжал Софии:

— Попробуйте его в деле.

Упрашивать Софию не пришлось. Она протянула руку и взялась за рукоять. К ее удивлению, та словно была сделана для нее. Легкий, мастерски сбалансированный кинжал будто слился с рукой. София помахала им вправо-влево, и кинжал со свистом рассек воздух — этакое роскошное и элегантное продолжение руки.

Селмар довольно осклабился:

— Я так и думал, что вам понравится. Кинжал-то женский. Специально был изготовлен для одной весьма боевой дамочки. Разбойницы или что-то в этом роде.