Колин Фолкнер - Любовь незнакомца

— Значит, только наш капитан Скарлет счастливо избежал дурной наследственности, — усмехнулся Монти. — Что это? Тоже судьба?

Мэг повернулась к Монти, ее глаза молили о помощи.

— Помоги мне, прошу тебя! Я так нуждаюсь в твоем совете!

— Мэг, я внимательно слушаю тебя.

— Правильно ли я поступаю, оставляя Кинкейда, прежде чем он узнает жестокую правду? Я не знаю, как лучше… Сэйти говорит, что он поймет меня и простит, но я не очень-то в это верю. Да, он действительно любит меня, но узнав, что я убила его отца… — Мэг оборвала себя на полуслове.

Монти отхлебнул из кружки эля.

— Одного я только не пойму, Мэг, почему ты позволила зайти ситуации так далеко? Ведь ты сама завела ее в тупик!

— Монти, но мне и в голову не приходило, что Кинкейд — сын Филипа! — в отчаянии воскликнула она. — Я уже говорила тебе об этом!

— Ты не узнала человека, с которым в детстве жила в одном замке? — в голосе Монти прозвучало сомнение.

— В замке Ратледж я почти не видела Джеймса, — попыталась объяснить Мэг. — Я встречалась с ним всего несколько раз, мельком… Я жила в самом дальнем крыле, обедала отдельно от всей семьи. У меня просто не было возможности общаться с ним, поверь, Монти!

— И тем не менее… Ты не узнала в капитане Скарлете сына своего мужа ни ночью на дороге, когда он нашел тебя, ни в тюрьме, где вы вместе провели месяц?

— Клянусь тебе, Монти! Я и представить не могла, что Кинкейд и Джеймс Рэндел — одно и то же лицо! К тому же мы тщательно скрывали друг от друга свое прошлое.

— Невероятно!

— Когда бабушка отдала меня на воспитание в замок и Филип стал моим опекуном, предполагалось, что через несколько лет я выйду замуж за его старшего сына, Джеймса. Но жизнь распорядилась иначе, и Филип сам женился на мне, будь он проклят в аду! — Мэг умоляюще смотрела на Монти. — Так что мне теперь делать?

— Ты правильно решила сбежать от Кинкейда, не дожидаясь, когда откроется страшная правда. Если он узнает, что ты — по злому ли умыслу или защищаясь — убила его отца, он… Я не знаю, что с ним будет. Мы знакомы с Кинкейдом много лет, он добрый, хороший парень, но я сомневаюсь, что он простит тебе смерть отца.

У Мэг задрожали губы. Она понимала, что Монти прав, но в глубине души надеялась, что он станет отговоривать ее от побега и заставит поверить, что Кинкейд поймет ее и простит.

— Значит, мне следует сегодня или завтра покинуть дом на Чаринг-Кросс, не дожидаясь возвращения Кинкейда из замка, — горько подытожила она.

Монти придвинулся к Мэг. Он взял ее руку в свои.

— Да, тебе следует немедленно исчезнуть из Лондона. И он неожиданно предложил: — Хочешь, я позабочусь о тебе.

Мэг удивленно подняла голову. Интонация в голосе Монти немного насторожила ее. А впрочем, он — лучший друг Кинкейда и никогда не поведет себя недостойно по отношению к ней.

Монти провел ладонью по ее пышным вьющимся волосам.

— Мэг, я могу сопровождать тебя в американские колонии.

— Ты?

— Да, я уеду с тобой и помогу тебе начать новую жизнь.

— Но… ты же лучший друг Кинкейда, Монти! — Ей было страшно поверить услышанному. — Ты хочешь сказать, что предашь его, вашу многолетнюю дружбу?

Монти тяжело вздохнул.

— Да, я предам своего лучшего друга. Предам ради тебя.

Мэг отдернула руку.

— Что?

— Я люблю тебя, Мэг, — тихо произнес Монти, глядя в пол. — Я всегда любил тебя. — Хочешь, я женюсь на тебе? Если вдруг окажется, что у тебя будет ребенок от Кинкейда, я усыновлю его! Мэг, мы уедем с тобой в американские колонии, вместе начнем новую жизнь, будем любить друг друга, — горячо заговорил он. — Мэг, я скопил достаточную сумму. Наша жизнь будет спокойной и безбедной. Мы купим землю, будем выращивать на ней табак или что-нибудь еще… Я буду любить тебя во много раз сильнее Кинкейда, и ты забудешь его, Мэг, уверяю тебя!

Она только удивленно смотрела на него.

«Как странно. Монти, веселый, добрый Монти, оказывается, любит меня… А я никогда этого не замечала. Я полностью поглощена Кинкейдом и своей любовью к нему».

Неожиданно она почувствовала к Монти жалость.

«А он был бы неплохим мужем, — мелькнула мысль — Деловитым, хозяйственным. Но разве я смогла бы когда-нибудь изведать с ним хотя бы малую толику тех чувств, которые испытываю к Кинкейду? Никогда».

— Мэг, дай мне шанс, — говорил тем временем Монти. — Не отказывай мне, пожалуйста. Да, я не так красив, как Кинкейд, но у меня есть много других достоинств, о которых ты пока не знаешь. Мэг, я люблю тебя, не отказывай мне!

Мэг покачала головой.

— Монти… прости меня, но я не смогу полюбить тебя, — тихо промолвила она. — Ты был и останешься моим лучшим другом, я всегда с теплотой буду вспоминать тебя, но принять твоего предложения я не могу.

Монти втянул голову в плечи.

— Твое решение окончательное?

— Да, но я очень благодарна тебе за все, Монти!

Он тряхнул головой, словно пытался сбросить с себя какое-то наваждение.

— Мэг, — произнес он уже другим тоном, — позволь мне хотя бы позаботиться о твоем отъезде.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу дать тебе денег на дорогу и на первое время, пока ты не обзаведешься там хозяйством.

Мэг покачала головой.

— Спасибо, Монти, но я не могу принять от тебя такую помощь.

— Но почему?

— У меня есть деньги. Не Кинкейда, а свои личные. Последнее время мне везло, и я выигрывала в карты приличные суммы. Еще раз спасибо.

— Но позволь мне хотя бы оплатить билет на корабль!

— Нет, Монти, не надо.

Мэг поднялась из-за стола.

— Уже поздно, нам пора идти, — промолвила она. — Надеюсь, что граф Ратледж не попадется нам по пути.

— Знаешь, о чем я подумал? — вдруг сказал Монти. — Вот ты скептически относишься к моему увлечению астрологией, а ведь звезды действительно благоволят к тебе.

Мэг удивленно взглянула на Монти.

— О чем ты? Он снял с вешался накидку и помог Мэг надеть ее.

— Дважды ты сталкивалась с этим уродом, и оба раза была со мной, а не с Кинкейдом. Граф даже не подозревает, что ты живешь с его племянником; разыскивает тебя по всему Лондону, а ты у него под боком! Разве ты не усматриваешь во всем этом нечто большее, чем простое везение?

Мэг слабо улыбнулась и взяла Монти под руку. Она чувствовала себя такой опустошенной, что у нее не осталось сил спорить или возражать. Она опустила на лицо вуаль, Монти открыл дверь, и они вышли на темную ночную улицу.

Сегодня Мэг снова удалось убежать от графа Ратледжа, и это вселяло в нее некоторую надежду. Очень скоро, может быть, даже завтра она навсегда покинет Англию и никогда больше не увидит его уродливое, зловещее лицо.