Марджори Фаррелл - Сладостное пробуждение

— Ну, теперь ты снова свободна… Она развернула край своей юбки и выпустила рыбу в воду. Эндрю и Сабрина одновременно вскрикнули и с открытыми ртами уставились на нее.

— Извините, — придушенным голосом произнесла Клер, — я не могла вынести это… Не могла стоять и смотреть, как ее заманивают в ловушку и играют с нею.

Слезы выступили и потекли у нее по щекам. Когда Джайлз сделал к ней шаг, она отодвинулась.

— Прости за испорченную рыбалку, Джайлз. Никогда не любила это занятие… — произнесла она, поражая всех, и себя в первую очередь.

— Не любила ни червей, ни рыбы на крючке… Только покой, трава, солнце и вода… Мне следовало давно сказать вам об этом.

Посмотрев на свое платье, она улыбнулась.

— Какая же я грязная! Совсем, как тогда… когда Люси бросила на меня червей, не так ли? Мне нужно вернуться домой и переодеться.

— Ты не можешь идти одна, — сказал Джайлз. — Я пойду с тобой.

— Какая чепуха! Вы оставайтесь здесь, а я буду ждать вас к чаю.

Она повернулась и быстро зашагала в Уиттон.

Эндрю посмотрел на своих друзей. Джайлз переводил взгляд с удаляющейся жены на воду и обратно, пытаясь осознать произошедшее. Ведь Клер только что своими руками бросила обратно в воду самую большую рыбу в Сомерсете!

Сабрина запачканной рукой убирала с лица волосы, оставляя на щеке полоски грязи. Ее платье разорвалось в том месте, где наступил Эндрю при отходе от воды.

Брюки Эндрю Мора были так же грязны, как и руки Сабрины. Он громко рассмеялся.

— Ну и Клер!

— Что с ней произошло? — спросила Сабрина.

— Она отпустила ее, — сказал Джайлз, все еще не в силах поверить, что его жена выбросила в воду такую щуку.

— Почему? Ведь эта рыба — легенда наших мест…

— И ее поймали вы, Сабрина, — выражая свою радость, громко крикнул Эндрю.

— А вы вытащили ее на сушу, без вас это мне бы не удалось.

Внезапно Сабрина вспомнила, как Эндрю прижимался к ней, и отвернулась, словно поправляя платье, а на самом деле пытаясь скрыть от его взгляда свое вспыхнувшее лицо.

— Ладно, — произнес Джайлз, покоряясь судьбе. — Да и чтобы мы стали делать с ней? Разве только повесить на стену в виде чучела… Она слишком стара для еды. Но я не могу поверить, что Клер все эти годы так ненавидела рыбную ловлю.

Последняя фраза прозвучала с таким наивным изумлением, что Сабрина и Эндрю разразились хохотом.

— Вам хорошо смеяться… А мне следовало бы знать об этом… Почему она всегда молчала? В конце концов, Клер получала хотя бы частичное удовольствие, не правда ли? — спросил он, удивляясь тому, как много она еще не рассказала ему. Но теперь Джайлз узнает ее лучше…

— Бери свою рыбку и пойдем, приготовим ее к чаю, — сказала Сабрина. — Хоть какая-то польза от сегодняшнего дня…

Клер спешила домой, чувствуя одновременно и радость, и страх. Впервые в жизни она высказала то, что хотела, и сознание этого наполняло ее таким чувством, словно ей удалось покорить высокую гору. Клер возбуждало и немного пугало это новое ощущение, ощущение собственной силы. Что скажет ей Джайлз? Она уверена, что он разозлился на нее: ведь его жена отпустила самую знаменитую рыбу в стране и совершенно, оказывается, не любит рыбалку.

За чаем Эндрю и Сабрина, посмеиваясь, добродушно подтрунивали над Джайлзом. Но Клер уверила себя, что он лишь вежливо скрывает свое недовольство ее поведением.

Услышав, как ее муж вернулся из библиотеки, где они с Эндрю выпили по бокалу на ночь, она тихо постучала в смежную дверь.

Отослав слугу, Джайлз предложил Клер войти.

— Я хочу извиниться перед тобой за сегодняшний день… Уверена, что ты разозлился на меня…

— Нет, Клер, что ты! Просто я удивлен: никогда не думал, что все эти годы ты не любила рыбалку.

— А как ты мог знать об этом? Мне всегда нравилось все, кроме самой ловли.

Джайлз улыбнулся.

— Да нет… Я говорю правду, — возразила Клер. — Мне нравится идти к реке, дышать свежим воздухом, смотреть, как отражаются в воде лучи солнца. Мне всегда хочется, чтобы ни одна рыбешка не попала на крючок…

Клер медленно начала понимать, что ее муж стоит перед ней в почти растегнутой рубашке. С удовольствием она увидела завитки темно-каштановых волос у него на груди. Грудь Джастина была гладкой… Но нет, она не будет думать о бывшем муже…

Джайлз протянул руку и осторожно убрал упавшие ей на лицо волосы. Она подняла голову, и он впился поцелуем в ее губы. Клер настолько открылась, что он сразу почувствовал это. Обняв ее, Джайлз крепко прижал к себе ее тело, продолжая страстно целовать. Ее губы разжались, и он ощутил прикосновение языка. От наслаждения Клер застонала, а Джайлз, все больше возбуждаясь, продолжал целовать ее, пока не почувствовал, как она отстранилась.

— Извини, Клер, я знаю… Я… обещал…

— Нет, нет, Джайлз… Я тоже хочу тебя! Мне просто не хватает воздуха, — с робкой улыбкой пробормотала Клер.

Они стояли в дверном проеме, соединяющем две комнаты. Через плечо Клер Джайлз посмотрел на ее кровать.

— Твоя постель так и тянет к себе… Джон как следует не позаботился о моей… Нам гораздо лучше будет у тебя, правда?

Клер не отвечала. Она позволила подвести ее к большой кровати. Джайлз усадил жену на край постели и медленно стал развязывать тесемки на ее ночной рубашке. Одежда была шелковой и быстро стекла с плеч Клер.

— Теперь твоя очередь, — сказал Джайлз, указывая на свою рубашку.

Жена дрожащими руками расстегнула ее до пояса и замерла. Оставшаяся часть одежды заправлена в брюки… Джайлз снова взял ее за руки и стал целовать, нежно покусывая ее губы и мочки ушей. Его теплое дыхание возбуждало ее… И вдруг Клер почувствовала, как из нее изливается что-то влажное и липкое.

Раньше с Джайлзом у нее не происходило ничего похожего… То, что Клер ощущала сейчас, походило на чувство, испытанное ранее только с Джастином. «Как хорошо!» — подумала она, когда рука Джайлза легла на ее грудь. Она провела своими пальцами по животу мужа, а потом опустила руку ниже. С удовольствием Клер услышала, как муж стонет от удовольствия. Она была счастлива отдать ему то, чего он всегда хотел и что наконец, заслужил.

Но когда муж прошептал: «Одну минутку, Клер…» и поднялся, схватив свою рубашку и брюки, у нее возникло только одно желание: не остаться одной. Ощущение теплоты в животе исчезало… Но вот он повернулся к ней… Клер впервые увидела его обнаженным и в смущении опустила глаза. Она очень надеялась, что он поймет и простит ее застенчивость…

Клер почувствовала, как ее обнимают руки Джайлза, поднимают и укладывают на кровать. Она решила не останавливать мужа. Он любил ее, от него Клер не видела ничего, кроме добра… Она дала клятву стать хорошей женой и обязана сделать все, чтобы у них сложилась нормальная крепкая семья. Клер знала — это произойдет, раньше или позже… Джайлз не только жаждет ее, тоскует по ее телу, но ему нужен и наследник. Что касается Клер, она желала одного — отдать ему себя без остатка, без страха…