Лаура Гурк - Прелюдия к счастью

Пальцы Александра, развязывающие шнуровку корсета, приятно щекотали спину Тесс. И вот корсета на ней уже нет, и Александр осторожно снимает с нее сорочку. Прохладный воздух приятно охладил горячую кожу Тесс, а кончики пальцев Александра, скользящие вдоль ее позвоночника, вызвали в ее теле приятную дрожь. Отодвинув короткие завитки ее волос, Александр поцеловал ее в затылок. Все оставшиеся силы окончательно покинули Тесс, и она почувствовала, что ноги ее подкашиваются. Руки Александра обхватили ее за талию и нежно прижали к себе, а его губы покрывали жадными поцелуями ее голое плечо.

Чувствуя, как внутри нее разливается необычное тепло, Тесс обеспокоенно попыталась повернуться, но не смогла, ощутив себя пленницей сильных, но нежных рук Александра. И вот его руки коснулись ее груди.

Тесс застонала, наслаждаясь нежными прикосновениями его рук; она почувствовала, как кружится ее голова и, если бы не руки Александра, крепко обхватившие ее, она бы точно упала.

— Александр, — задыхаясь, прошептала она, внезапно испугавшись незнакомых и бурных чувств, охвативших ее. — Со мной никогда еще такого не было.

Тихий и теплый смех Александра раздался прямо у ее уха. Отпустив Тесс из кольца своих рук, он ласково толкнул ее на кровать. Край кровати легонько ударил Тесс под колени, и она упала на мягкий матрац.

При свете лампы она видела отражение своей собственной страсти в омуте черных глаз Александра. Медленно, не сводя с Тесс глаз, Александр начал раздеваться.

Упали на пол со стуком его ботинки. Куда-то назад отлетела рубашка. Они смотрели друг другу в глаза до тех пор, пока Александр не стал снимать брюки. Тесс поняла вдруг, что сейчас произойдет, и это открытие было для нее физическим ударом. Бе охватили воспоминания, заставившие ее похолодеть. И, встревоженно вскрикнув, она отвернулась.

Но вот Александр уже рядом с ней на постели, нежно обнимая ее, изгоняя ее страхи мягким шепотом французских и английских слов, лаской и терпением разжигая в ней пламя страсти и заставляя ее стонать от удовольствия.

Тесс была ошеломлена теми чувствами, которые пробуждали в ней руки Александра, его губы, слова. Она никогда раньше не думала, что это могут сделать мужские руки. Все тело ее дрожало и горело желанием, она страстно желала чего-то большего. Тесс открыла глаза и посмотрела на Александра.

— Я люблю тебя, — прошептала она. Протянув руку, чтобы дотронуться до него, она в нерешительности отдернула ее назад.

Но Александр поймал ее руку и приблизил к себе.

— Да, — сказал он хриплым от возбуждения голосом и, повернувшись на спину, прижал руку Тесс к своей груди. — Дотронься до меня. Дотронься.

Сначала она коснулась рукой твердых мускулов его груди, его плеч, лица. Кончики ее пальцев пробежались по губам Александра, и на мгновение задержавшись там, снова скользнули вниз.

Рука Тесс опускалась все ниже, и Александр, запрокинув голову назад, застонал от наслаждений. Но ее рука продолжала скользить вниз, и вот он уже хватает эту руку, не в силах больше выносить эту пытку.

Александр повернулся и ласково уложил Тесс на спину. Его вес придавил ее к матрацу, он осторожно коленом раздвинул ее ноги. Охваченная другой волной страха, прикусив губу, Тесс позволила это и, когда ее тела коснулись ласковые пальцы Александра, эти его прикосновения окончательно освободили ее от страха и боли воспоминаний. Она облегченно вскрикнула и, непроизвольно, тело ее стало изгибаться дугой под ласкающей ее рукой Александра.

Расположив свое тело между бедер Тесс, Александр, ласково шепча ей в ухо нежные слова любви, вошел в нее одним быстрым толчком.

— Мягкая. Боже, какая она была мягкая. — Он лежал на ней, не двигаясь, наслаждаясь теплом Тесс, охватившем его всего. И, не желая торопиться, Александр медленно начал двигаться, но тело ее засасывало все глубже и глубже.

И он не мог уже удержаться. Она была слишком мягкой и теплой для его изголодавшегося тела, и он стал двигаться все быстрее. Тесс прильнула к нему, исступленно поглаживая его спину. Толчок за толчком, она следовала за ним и услышав, как в наивысший момент сладострастия Тесс выкрикнула, задыхаясь, его имя, и все тело ее задрожало, Александр ощутил, что сам он тоже находится на вершине блаженства. С ликующим криком он пронзил ее еще один, последний раз, и с губ его сорвалось признание.

— Тесс, Тесс, я так люблю тебя!

Тело Александра конвульсивно дернулось, и он затих. Он лежал на ней, тяжело дыша и наслаждаясь цветочным ароматом ее кожи.

Прошло довольно много времени, когда Александр смог наконец пошевелиться. Он хотел было лечь рядом с Тесс, но услышал протестующий звук и почувствовал, как крепко обнимают его ее руки. Александр приподнял голову и, оперевшись на руки, окинул Тесс взглядом, в котором читалась бесконечная любовь и нежность.

Тесс протянула руку и коснулась его лица, пробежавшись пальцами по его впалой щеке.

Потом она запустила пальцы в волосы Александра. Черные, как вороново крыло, густые, как грива лошади, волосы его были мягкими, как шелк. Тесс намотала длинные пряди вокруг своей руки и нежно притянула голову Александра к себе.

— Никогда не обрезай свои волосы, — сказала она, почти касаясь своими губами губ Александра.

— Не буду. И поцеловав губы Тесс, поклялся: — Я буду их растить пока они не достанут до лодыжек.

Тесс тихо засмеялась.

— На это, наверное, потребуется долгое время.

— Гм, наверное, вся наша оставшаяся жизнь.

Глава 21

Найджел вышел из экипажа и с пренебрежением огляделся по сторонам. Сант-Рафаэл, маленькая рыбацкая деревушка, располагавшаяся в сторону от дороги, была явно лишена прелестей Ниццы и удовольствий Ментона.

— Подождешь меня здесь, — велел он кучеру.

— И ты тоже, Сулливан, — сказал он своему слуге, который собирался тоже выйти из экипажа и последовать за своим господином. — Я вряд ли задержусь надолго.

Найджел принялся наводить справки у деревенских жителей на центральной улице, но никто из них не опознал на миниатюре Терезу.

Он перешел через дорогу и пошел по противоположной стороне улицы, мрачно размышляя о том, насколько же удачлив Мартин. Найджел расстался с адвокатом в Ориндже, решив, что Мартин прочешет дорогу, проходящую через Лангедок и ведущую в Испанию. Найджел направился по дороге, бегущей вдоль Лазурного берега в сторону Италии. Встретиться они условились в Марселе, через пять дней.

Найджел зашел в лавку и, с явно растущим недовольством и плохо скрываемым нетерпением, принялся ждать пока хозяйка лавки обслужит свою тучную покупательницу. Он ждал, нетерпеливо постукивая по деревянному полу своей тросточкой с позолоченным наконечником.