Гэлен Фоули - Надменный лорд

— Я не понимаю! — бушевал Криспин. — Я ведь все сделал как надо! Говорил все, как мы условились. Ты слышал, как он оскорблял меня? Да я его вызову на дуэль!

— Не будь идиотом, — проворчал виконт, покосившись на сына.

— Ты действительно думаешь, что он имеет виды на Миранду? Полагаешь, что между ними что-то есть? Все это ужасно подозрительно. Он ведь держит ее под замком…

— Время от времени он вынужден вывозить ее в свет, — пробормотал виконт, глядя в окно экипажа.

— Так ты считаешь, что он собирается окрутить ее? — допытывался Криспин.

— Глупец, ему не нужно окручивать ее. Он ее опекун и может делать с ней все, что ему вздумается. Но нет, Уинтерли не собирается на ней жениться. Во-первых, потому, что он одержим своими представлениями о чести. Из уважения к памяти Джейсона он к ней никогда не прикоснется. Она — незаконнорожденная. Для такого человека, как Уинтерли, подобный брак стал бы несмываемым пятном на репутации.

Экипаж остановился, и Криспин, нахмурившись, замолчал. Уже входя в дом, он спросил:

— Отец, так что же теперь делать?

— Все очень просто, — ответил Алджернон, отдавая перчатки и шляпу дворецкому. Он дождался, когда слуга удалится, и, понизив голос, продолжал: — Наберись терпения. Когда же она снова появится в обществе, ты должен будешь скомпрометировать ее любыми средствами.

После этого Уинтерли придется дать согласие на брак, иначе она будет опозорена перед всеми.

— Ты хочешь, чтобы я скомпрометировал ее намеренно? — спросил Криспин и поморщился.

— Я что, неясно выразился?

Криспин посмотрел на отца и проворчал:

— Я не могу этого сделать, папа. Алджернон в изумлении уставился на сына:

— Простите, сэр, что вы сказали?

— Миранда — мой друг. Она прелестная и доверчивая девушка. Это было бы бесчестьем для нашей семьи…

В следующее мгновение виконт влепил сыну пощечину. Криспин попятился и, остановившись в дальнем углу холла, в страхе посмотрел на отца.

Алджернон подошел к сыну почти вплотную и проговорил:

— Ты неблагодарный щенок. Ты что, собрался перечить мне? Из-за тебя я разорился, но вы забыли, что вы мой должник, сэр! Уинтерли правильно сказал… Ты просто бесхарактерный мальчишка. Ты будешь делать то, что я сказал. Ты застанешь ее одну и порвешь на ней платье, заставишь ее кричать…

Криспин облизал пересохшие губы.

— Отец, я не верю, что ты всерьез хочешь заставить меня поступить так подло.

— Если ты не сделаешь этого, Криспин, я отрекусь от тебя.

— Но Уинтерли убьет меня, если я это сделаю.

— А я убью тебя, если ты этого не сделаешь. — Виконт посмотрел на сына с жутковатой усмешкой. — Или ты вообразил, что сможешь остаться благородным денди, чище, чем я? О, вижу в тебе породу дяди Ричарда. Но вот что я тебе скажу, мой милый мальчик. Я избавился и от него, и от твоего дяди Джейсона, и если ты станешь у меня на пути, то тебя ожидает та же участь. — Виконт размахнулся и ударил сына в живот — в качестве предупредительной меры.

Криспин вскрикнул и упал на пол. Алджернон же, не говоря больше ни слова, переступил через корчившегося на полу сына и направился в свой кабинет. Несколько секунд спустя дверь за ним с грохотом захлопнулась.

Глава 13

Неделей позднее Деймиен с Мирандой присутствовали среди гостей, приглашенных баронессой в Холланд-Хаус по случаю праздника Крещения. Это был последний праздничный прием; после Крещения со всех особняков снимали украшения, возобновлялись заседания в парламенте, и жизнь возвращалась в привычное русло. Начинались серые и безрадостные дни, и лишь с наступлением весны светская жизнь должна была возобновиться.

Миранда с любопытством наблюдала за Деймиеном. Граф стоял в дальнем конце бального зала и беседовал с друзьями; в одной руке он держал стакан с вином, а другую по-мальчишески засунул в карман. В этот вечер Деймиен был не в мундире, а в подобающем такому случаю черном фраке и в белых брюках. В таком же костюме был и Люсьен, и Миранда, стоявшая вдалеке от них, с трудом их различала. «Кто же из них Деймиен?» — спрашивала она себя время от времени. На нее с восхищением поглядывали мужчины, но Миранда почти не замечала этих взглядов — во всяком случае, ее совсем не радовало подобное внимание.

В последние дни ее мучил лишь один вопрос: что теперь будет делать Деймиен? Он был человеком весьма решительным, но пока что ничего не предпринимал. Более того, после ночи, проведенной в его спальне, они почти не разговаривали, обменялись лишь несколькими фразами. Но Господи, как ей хотелось, чтобы он наконец-то открылся ей, чтобы сказал, о чем думает и что чувствует. Ее судьба находилась в его руках, все теперь зависело только от него. Она сделала все, что было в ее силах, она доказала ему, что любит его, и, возможно, заставила его поверить в то, что они вдвоем действительно могли бы быть счастливы. Конечно, она понимала: незаконнорожденная — не самая подходящая партия для такого человека, как Деймиен. Именно поэтому она не отдалась ему в ту ночь. Ей не хотелось ставить его перед необходимостью жениться, но она знала: никакая другая женщина не полюбит его так, как она. Однако поведение Деймиена внушало тревогу, и Миранда постоянно задавалась вопросом: если бы он собирался жениться на ней, разве стал бы так долго молчать? Увы, граф молчал, и ей оставалось только терпеливо ожидать его решения. Если же он не пожелает сделать ее своей женой, то ей придется принять это мужественно и смириться с этим.

Чтобы как-то отвлечься от тревожных мыслей, Миранда заставила себя не смотреть на Деймиена — он по-прежнему беседовал с друзьями — и стала наблюдать за гостями.

Среди гостей, приветствовавших друг друга, она заметила своего кузена, но Криспин хмурился и не подходил к ней. Миранда знала: он приезжал в Найт-Хаус и просил ее руки, но граф отказал ему, напомнив, как дурно его семья обошлась с ней в прошлом. Знала она и о том, как резок иногда бывал ее опекун, и поэтому очень беспокоилась. Ведь Криспин мог затаить на нее обиду, а она все еще считала, что они остаются добрыми друзьями.

«Впрочем, он сам виноват в случившемся, — размышляла девушка. — Разве не было глупостью с его стороны просить моей руки?» Миранда полагала, что кузен поступил так из-за своего легкомыслия. Или он просто беспокоился за нее и считал, что должен сделать ей предложение, потому что до сих пор никто этого не сделал? Все равно это было глупо. Однако ей даже в голову не приходило заподозрить кузена в дурном умысле или усомниться в его порядочности. Миранда была уверена, что Криспин влюблен в нее. Она прошла мимо слуги, предлагавшего на подносе прохладительные напитки и вина, и подошла к кузену.