Джулия Эллис - Эдем

— Я переживаю за Алекса, — доверительно начала она. — Не секрет, что он ненавидит школу вдали отсюда. Просто удача, что Сара вынуждена вернуть его домой. Но он выглядит каким-то потерянным. — Эва подалась вперёд. — Думаю, он влюблён в Бетси.

Джошуа в шоке поглядел на неё.

— Не замечал ничего похожего.

Но ему хочется верить.

— Ты знаешь, что перед тем, как его отправили в школу, случилась одна неприятность, — деликатно сказала Эва, предполагая, что Сара доверялась ему. — Такое, конечно же, происходит повсюду. Он молод, красив, и естественно, должен был влюбиться.

— Вижу, как Бетси иногда смотрит на него, — сдался Джошуа, — и я думал, что она влюблена. Но Бетси упорна в решении никогда не выходить замуж. — Он вздохнул. — Она очень застенчива. Думал, это пройдёт, когда станет старше, но стало хуже. Она отказывается знакомиться с молодыми людьми, выходить в общество, — видно, что он очень расстроен.

— Джошуа, если ты не против, могу попробовать их свести, — как бы повинуясь безотчётному порыву, положила свою ладонь на его. — Я знаю, что значит быть одному. Нуждаться в любви.

— Я был бы счастлив, если между Алексом и Бетси происходило бы хоть что-нибудь, — серьёзно сказал Джошуа.

— Бедный Джошуа. — Она наклонилась к нему. — Ты тоже одинок. Неправильно закрываться от жизни. Ты всё ещё красивый мужчина.

— У меня есть работа, Эва, семья, — он прокашлялся, отводя взгляд от молочно-белого выреза платья.

— Джошуа, этого мало, — мурлыкнула она. — Джошуа, посмотри на меня.

— Эва, это безумие, — голос скатился до сдавленного шёпота, когда она положила его руки себе грудь.

Эва не ошибалась — губы касались губ, а сильные руки ласкали молочно-белую грудь. В это опрометчивое мгновение она может заставить взять её.

— Джошуа, дверь. Запри дверь.

Она легла на спину, а Джошуа неуклюже запер дверь и вернулся, встав рядом.

— Ну ты и сука, — прошептал он, — перегревшаяся сука.

Она ласково засмеялась, когда он лёг на неё всем весом. Женщина ликовала. Это чудесно. Просто великолепно.

Эва раскинулась на диване, в глазах светится торжество, наблюдая, как Джошуа поправляет одежду. Впервые с тех пор, как её нога вновь ступила на американскую землю, она чувствует себя почти счастливой, почти как с Руди.

— Этого не случалось со мной уже двадцать лет, — напряжённо сказал Джошуа, раскачиваясь на носках, — и больше не повторится.

Эва притворилась сердитой и, встав с дивана, направляясь к нему.

— Джошуа, разве тебе было плохо?

— В момент слабости я позволил себе поддаться твоей красоте. Но на этом всё, Эва. Запомни.

Если б не Мадлен, она бы женила на себе Джошуа. Он всё ещё выглядит изысканно и богат. Между ними стоит Мадлен.

— Джошуа, ты мог бы купить небольшой домик в Новом Орлеане. Мы бы там встречались, когда захотим. Никто бы не узнал.

— Эва, возвращайся в Европу, — прямо сказал Джошуа. — Возможно, там твои друзья и играют в эти игры. В Харрис-Эйкес нет. — Он подошёл к двери, открыл и громко позвал:

— Сайрес, пожалуйста, проводи мисс Эву к экипажу.

Тихо посмеиваясь про себя, Эва покинула кабинет. Джошуа изменит мнение.

27

Викки было грустно, что Майкл часто проводил вечера в Новом Орлеане. Она знает, что он с Беном и Дином Фостером, обвинителем, помогавшим раскапывать доказательства против белого, владельца небольшой плантации, обвиняемого в том, что до смерти забил раба. Люди поговаривали о создании в Новом Орлеане группы сторонников Федерации.

Бен Вассерман переехал в новый дом на две недели раньше намеченного. Об этом за ужином сообщил Майкл, когда первый раз за неделю был дома:

— Домик небольшой, но Бен вкалывает как проклятый, чтоб сделать его красивым.

— Претенциозный маленький человечек, — с неприязнью сказал Барт. — Пускает пыль в глаза.

— Его дом соседствует с домом Колиньи, — Майкл посмотрел на Эву. — Не вижу в этом никакого соперничества.

— Во всём Новом Орлеане вы не найдёте дома, что мог бы соперничать с домом Колиньи, — высокомерно сказала Эва.

— Я слышал, они всё ещё в городе, — Майкл делал вид, что вежливо поддерживает разговор.

— Жанна говорит, у них слишком много слуг, чтоб куда-то переезжать. — Эва пожала плечами. — Её муж на несколько недель уехал в Нью-Йорк по делам. Его не будет до сентября. В доме только Жанна и Сьюзет.

— Сьюзет? — спросила Викки.

— Дочь, — пояснила Эва. — Чудесное маленькое существо. Ей около тринадцати. Жаль, она хромая и ужасно застенчивая.

— Да, Викки, — сказал Майкл, что-то вспомнив. — Завтра вечером мы приглашены в новый дом Бена на ужин. Мы можем поехать вместе, я весь день буду работать дома.

— Майкл, почему ты так настаиваешь на поездках в город? — с тревогой спросила Сара. — Ты же знаешь, сейчас самое время для лихорадки. Каждый день сообщают о новых случаях.

— Я останавливаюсь далеко от толп, мама, — успокоил Майкл. — И отдел здравоохранения всё лето упорно трудится, проводя в жизнь карантинный закон. По их прогнозу в следующем году будет менее сотни смертных случаев во всём городе.

— Пока есть хоть одна смерть, мне не нравится, что ты бываешь там, — сказала Сара.

После ужина Викки, извинившись, сослалась на усталость.

— Это из-за жары, — сказал Майкл, — уверена, что хочешь в город?

— Я не упустила бы такого случая, — сказала она с потрясающей силой. Целый вечер вдали от Эдема. Поездка в Новый Орлеан и обратно в экипаже наедине с Майклом.

Колин выехал на дорогу к свежевыкрашенному, покрытому штукатуркой домику, рядом с особняком Колиньи. Когда они поднимались по лестнице, Викки вспомнила, что утром Клодин собиралась поехать в Новый Орлеан. Возможно, она гостила у соседей.

Бен сам открыл тяжёлую дубовую дверь, простирая руку в приглашающем жесте.

— Вы — мои первые гости, — с удовольствием сказал он. — Пойдём, посмотрим дом, как я его отделал. — он сиял, показывая маленькие сокровища, что собирал на протяжении многих лет: старинную стеклянную посуду, серебро, уменьшенную копию великолепных высоких часов в деревянном футляре.

— Здесь столовая, — он провёл их в смежную комнату, двупольные двери которой до этого были закрыты.

— Прекрасно, — взгляд Викки с восхищением блуждал по комнате.

Они сели за стол, и Ибинзер стал подавать ужин.

— Жоржета прошла курсы поваров утончённой французской кухни, — довольно пояснил Бен, когда Майкл и Викки с восхищением дали высокую оценку печёночному паштету, филе камбалы в сливках с устрицами, креветками и корюшками, и вкусному глазированному печенью.