Виктория Холт - Леди-Солнце

Итак, Эдуарду необходимо отправиться в Шотландию, а значит, расстаться с Филиппой. Она и дети будут по дворце Тауэр до тех пор, пока не приспеет время произвести на свет седьмого ребенка, что она хочет сделать в Лангли, милях в тридцати от Лондона.

Король собрал войско и выступил во главе его на север, где задержался намного дольше, чем рассчитывал.

А в его отсутствие Филиппа благополучно родила — опять мальчика, здорового, с превосходной глоткой, что сразу же было услышано всеми, кто присутствовал при родах. Его назвали Эдмунд.

Прибыв в Шотландию, король Эдуард расположился в Бервике. Шли дни, недели, месяцы, но ни одна из сторон не могла назвать себя победительницей.

Наступило еще одно Рождество. Оно было совсем не похоже на предыдущее, которое Эдуард праздновал в Лондоне вместе со всей семьей. Здесь, в Бервике, все было по-другому — уныло и тускло. Но он дал себе слово сразу после Рождества одержать наконец решительную победу в Шотландии и снова переключить внимание на Францию. Довольно прохлаждаться! Так ведь и жизнь пройдет…

Филиппа, конечно, предпочитает, чтобы он все время находился в Англии и вовсе забыл и о Шотландии, и о Франции. Бог с ними! Но Филиппа на то и женщина, чтобы быть привязанной к дому, к детям…

Он часто думал о ней. Вспоминал с удовольствием, как они впервые увидели друг друга в замке ее отца графа Эно. Думая об этом, Эдуард вспоминал и ее родителей, они были лишены честолюбия и тщеславия, в семье царили любовь и согласие. Благодарение Богу, где бы еще я нашел такую преданную, верную, спокойную жену? О лучшей и мечтать нельзя!..

Нередко думал он сейчас и о своей матери, она по-прежнему живет в довольстве и роскоши в замке Райзинг, но он редко ее навещает. Ему все еще тяжело видеть ее, вспоминать то, что связано с ней, с его отцом, с ее любовником… Но, бывая там, он видел сам и узнавал от других, что припадки у нее стали редкими, что она спокойна и получает удовольствие от того, что ей предоставлена возможность вести жизнь, напоминающую истинно королевскую, — приемы, охота, празднества, великолепная пища… Он был даже удивлен обилием и изысканностью блюд на столе: угри, лебеди, белокорый палтус — каких только деликатесов там не было! Королева говорила, что живущие по соседству бароны находят удовольствие в том, чтобы преподносить ей различные подарки и считать себя вхожими в ее общество.

Как коротка людская память, как скоро развеиваются подозрения и забываются самые темные дела! Интересно, часто ли вспоминает его мать Мортимера, которому была так страстно и беззаветно преданна, или убиенного мужа, и продолжает ли он посещать ее в сновидениях?

Но все же она не перестает быть моей матерью, думал Эдуард, и он обязательно посетит ее снова, когда вернется из Шотландии.

Мысли его были прерваны стражем, который сообщил, что какой-то юноша прискакал в их лагерь и умоляет о свидании с королем.

— Кто он такой? — спросил Эдуард.

— Совсем еще мальчик, милорд. Говорит, что вырвался из замка Уорк, который подвергся осаде шотландцев. Он просит вашей помощи.

— Уорк? Это ведь один из замков графа Солсбери. Немедленно приведи юношу!.. И вот он стоит перед королем. Конечно, это сын его дорогого друга Уильяма Монтекута. Как похож на отца, одно лицо!

— Говори скорей, что случилось!

— Милорд, — возбужденно заговорил тот, — нам необходима помощь. В замке моя мать. Мы делали все, что могли… Но они вот-вот захватят замок… И моя мать тогда тоже станет пленницей.

— Этому не бывать! — вскричал король. — Я прогоню шотландцев и спасу обитателей замка! Мы выступаем без промедлений…

Кэтрин Монтекут, графиня Солсбери, была безутешна, получив известие, что ее муж оказался во французском плену. Их брак длился уже немало лет и оказался на редкость удачным, хотя ее супруг, поступив на службу к королю Эдуарду, стал редко бывать дома. Кэтрин много слышала о короле от мужа, радовалась их дружбе, но никогда еще не видела Эдуарда.

Оба мужчины были счастливы в браке, порою даже пытались шутливо спорить, кому из них повезло больше. И на самом деле это была редкостная удача в их среде, где часто невесту и жениха сочетают узами Гименея еще в детстве и супружество оборачивается потом взаимным безразличием, если не презрением и ненавистью.

Кэтрин Грендисон, дочь первого лорда Грендисона, была с самого раннего возраста предназначена старшему сыну второго лорда Монтекута, Уильяму. Как и Эдуард с Филиппой, молодые люди сразу прониклись любовью друг к другу, и это чувство им не изменяло. Уильям был привлекателен, Кэтрин — прелестна. Это признавали все — и друзья, и недоброжелатели. Впрочем, последних почти не было.

Кэтрин была не только красивой, но и умной, довольно смелой в суждениях, держалась с достоинством, заносчивости и тщеславия не было и в помине, что при таких совершенствах являлось почти чудом.

У них было несколько детей, двое из них — сыновья, Уильям и Джон. Старшему, Уильяму, только что исполнилось четырнадцать.

Их отец стал особенно близок королю с тех пор, как помог ему избавить страну от Роджера Мортимера, который чуть было не узурпировал тогда власть. Эдуард, в то время юный, получил от Уильяма, который был значительно старше, не один ценный совет, как расправиться с Мортимером и взять власть в свои руки. Это Уильям проник через потайной ход в замок, где укрылся Мортимер, и арестовал его.

За заслуги Уильям Монтекут по воле короля прибавил к своему имени титул графа Солсбери, а вскоре был послан во Францию, чтобы предъявить французскому королю притязания Эдуарда на престол. Там он принимал иногда участие в стычках с французскими солдатами. Во время одной из таких стычек он и был захвачен в плен.

С той поры Кэтрин пребывала в унынии, ей не давали покоя мысли о любимом супруге, беспокоили ночные кошмары: она видела Уильяма то обезглавленным, то томящимся в темном сыром каземате, где кишели крысы, то… Она гнала от себя страшные видения и горькие мысли, но они приходили снова и снова. Единственным утешением было воспитывать детей и вести дела мужа — следить за порядком в принадлежавших ему замках и угодьях.

Замок Уорк, в котором она обитала сейчас со старшим сыном Уильямом, стоял на южном берегу реки Твид, почти на границе с Шотландией, и положение его было достаточно уязвимым, хотя сам замок считался почти неприступным.

Вероятней всего, шотландцы и не стали бы предпринимать против него военных действий, если бы брат ее мужа, Эдвард Монтекут, не нанес им недавно весьма ощутимое поражение, когда они в очередной раз совершали набег на английские земли. Осада замка Уорк стала отместкой за разгром.