Эми Фетцер - Ирландская принцесса

Рэймонд едва заметно покачал головой.

— Они слишком хитро упрятаны среди деревьев и замаскированы ветками и листьями. Эти мерзавцы всегда нападают ночью и удирают под прикрытием темноты. Мы с тобой были правы. Это одни и те же люди переодеваются то в плащи с гербом Магуайров, то в ирландские пледы. — Он заскрипел зубами, преодолевая новый приступ боли. — Гэлан, это все задумано кем-то одним, кем-то одним!

Гэлан машинально пробормотал, что Де Клэр сделал все, что мог, и должен отдыхать, но Рэймонд слабо потянул его за рукав, заставляя наклониться к самому лицу. Кривясь от боли и раскаяния, он прошептал:

— Клянусь тебе, Гэлан, я ее не бросал!

— Знаю, знаю, дружище, я верю тебе! — утешал Пендрагон, стараясь не выдать, какие горечь и страх терзают в этот Миг его сердце.

— И кто бы это ни был, — Рэймонд указал глазами на рану в плече, — ему известно, что я знаю про их норы!

Гэлан серьезно кивнул и выпрямился, не желая больше медлить. На пороге кабинета он налетел на Магуайра. Сэр Эндрю и Найлс безуспешно пытались остановить вождя, хватая его за локти.

— Ты много себе позволяешь, ирландец!

Йэн презрительно стряхнул с себя чужие руки, и по знаку Гэлана рыцари вернулись в зал.

— Похоже, из нас двоих вышла отличная парочка идиотов! — заметил ирландец, глядя то на Де Клэра, то на Пендрагона. — Она жива?

— Да, — буркнул Гэлан.

Йэн успел подслушать слишком много, и глупо было отрицать очевидное.

Магуайр с облегчением вздохнул и спрятал лицо в ладонях, вознося краткую молитву.

Его реакция была слишком искренней и не могла оставить Гэлана равнодушным.

— И где же она?

— Ты уже похитил ее однажды, Магуайр… — Намек был слишком откровенным.

— Я был молод, — возразил Йэн с гримасой боли и раскаяния, — и совсем очумел от любви. Меня впервые бросила женщина, и я не знал, как залечить эту рану!

— А сейчас?

— Я был бы рад поставить тебя на колени, Пендрагон, но не ценой ее жизни! — мрачно признался Магуайр.

Гэлан задумался, отчаянно пытаясь хоть что-нибудь понять. Не впустил ли он к себе в дом убийцу? Ведь Магуайр мог натолкнуться на Рэймонда именно потому, что Де Клэр шел по следам Сиобейн, похищенной Йэном из деревни! Вдруг это окажется очередной ловушкой?

— Я ему верю!

Гэлан удивленно посмотрел на Рэймонда:

— Ты спятил!

— Рианнон — вот ключ ко всему, Гэлан! — заверил Де Клэр, кривя губы от боли. — И кстати, тебя не беспокоит, чем сейчас занимается О'Нил?

— Рианнон? Ты шутишь? — вмешался Магуайр. — Но ведь О'Нил сейчас на севере, он отбивается от той же банды, с которой столкнулся я!

Гэлан, считая, что убеждать ирландца дальше бесполезно, решительно вышел из кабинета, приказав Рэймонду отдыхать и ни о чем не думать.

— Пендрагон! — закричал Йэн, и тот обернулся, не скрывая нетерпения.

По его взъерошенному, растерянному виду Йэн понял, что англичанин больше не верит никому.

— Идем, Магуайр, ты сам можешь допросить этих пленных! Потому что Сиобейн я оставил на юге, а О'Нила сегодня засек мой патруль, и он направлялся в сторону твоих владений!

Магуайр выругался, и в сопровождении свиты Пендрагона они поспешили в казематы.

Глава 32

Сиобейн пришла в себя и попыталась сглотнуть, несмотря на грязный кляп во рту. Почувствовала отвратительную вонь желчи, закашлялась и чуть не задохнулась. Горло обожгло нестерпимой болью. Кожу саднило от туго завязанных ремней. Она попыталась сесть и чуть не упала — стянутые за спиной руки не давали удержать равновесие.

Ее ноги застыли на ледяном ветру, забиравшемся под юбку, и она вздрогнула от озноба, безуспешно всматриваясь во тьму, пропахшую морем и водорослями.

Где-то рядом разбивались о берег волны. Холод от сырого каменного пола пробирал до костей. В голове пульсировала острая боль. В глаза как будто насыпали песка. Слепо моргая, она старалась различить хотя бы малейшие отблески света и уяснить, как сюда попала.

Наконец кое-что удалось вспомнить. Ее чуть не повесили, как бессловесную скотину, предназначенную на убой!

Она снова пережила те жуткие мгновения, когда задыхалась в петле, тщетно шаря ногами по гладкому стволу в поисках опоры. Вдруг она рухнула наземь, жадно хватая ртом воздух, а испуганная лошадь с Рэймондом в седле ускакала неведомо куда.

Сиобейн помолилась, чтобы его нашли прежде, чем он умрет от потери крови.

Они привезли ее сюда, закутанную с головы до ног в одеяло, и не проронили ни звука!

Обдирая плечи о камни, она скорчилась на боку и кое-как села. Ветер радостно набросился на свою жертву, заковав ее в ледяной кокон. Ночь выдалась безлунной, небо затянули низкие тучи. Сиобейн уперлась спиной в каменную стену и попыталась сориентироваться на ощупь с помощью ног. Справа она обнаружила пол, и когда провела по нему пяткой, раздался какой-то странный пустой звук — словно кто-то встряхнул трещотку. Тогда Сиобейн принялась шарить слева. И обнаружила пару дюймов каменного пола, а йотом, — пустоту, куда провалилось несколько камешков. Прошло немало томительных секунд, прежде чем она услышала стук от их удара о дно пропасти.

В такой темноте трудно было сказать, есть ли у нее крыша над головой, зато стены наверняка были — иначе ветер не выл бы над ней подобно злому духу. Море так шумит, что вряд ли кто-то услышит ее крики о помощи.

И все же она силилась закричать, но чуть не потеряла сознание от боли, тысячью острых осколков прошившей горло. Зажмурившись, Сиобейн подобрала колени и сделала попытку пошевелить ногами. Еще никогда в жизни ей не было так холодно. И куда подевался жар, всегда согревавший ее кожу?

Внезапно она выпрямилась и нашарила пальцами пояс. Ей пришлось долго дергать его, чтобы повернуть пряжкой на спину — где-то там должны быть ножны с кинжалом. Но кинжал исчез вместе с поясной сумкой.

Разрази ее гром! Она не собиралась сдаваться! Немеющими пальцами Сиобейн обшарила стену у себя за спиной в надежде наткнуться на острый выступ. Но повсюду древние камни были давно зализаны ветрами и непогодой, и она устало привалилась к ним спиной. С каждой минутой волны подступали все ближе — надвигался морской прилив.

Теперь Сиобейн знала, где находится. В развалинах друидского храма. Еще пара часов — и море поглотит узницу вместе с темницей.

Рианнон отшвырнула в сторону дубинку, перешагнула через оглушенного часового и обшарила его карманы в поисках ключей. Ничего, не найдя, она выругалась в сердцах и побежала дальше по тесному коридору. Из трещин между камнями сочилась влага — недавно вырытый оборонительный ров только добавил сырости в подземные казематы. Рианнон подумала, что достаточно провести в такой клоаке день, чтобы стать покойником.