Саманта Джеймс - Любовь под луной

Скоро придет Андре.

Андре. Поерзав в постели, она обхватила себя руками и улыбнулась. Все ее тело, казалось, пело в предвкушении их скорой встречи.

Она любила его, любила всей душой и почти не сомневалась в том, что и он полюбил ее. Он был так добр, так чуток к ней... Эмили не представляла себе жизни без него! Все чаще она начала мечтать о будущем, и Андре был его частью. Если все пойдет так, как она надеется, очень скоро он захочет, чтобы она стала его женой. У них будет свой дом – не важно, большой или маленький, и самое главное, они будут вместе. А потом появятся дети – маленький темноволосый мальчик... или крошечная девочка. О, их жизнь будет полна безоблачного счастья!

Правда, ее немного тревожило, как к этому браку отнесется его семья. Понравится ли она им? Согласятся ли они принять ее? Сомнения не давали Эмили покоя. Внезапно ей пришло в голову, что она почти ничего не знает о его семье, не знает даже, живы ли его родители, есть ли у него братья или сестры.

Эмили нахмурилась, вспоминая... Несколько раз она уже пыталась расспрашивать Андре о его семье, но он всегда старался уклониться от ответов. У нее почему-то сложилось впечатление, что семья Андре то и дело переезжала с места на место. Для Эмили, которая практически никогда не выезжала за пределы их графства, такая жизнь представлялась необыкновенным приключением, и она с любопытством расспрашивала его о тех местах, где он бывал. Однако сейчас ей пришло на ум, что, как только речь заходила о его родных, он всегда отвечал скупо и неохотно. Она тут же сурово прикрикнула на себя: Андре не тот человек, в жизни которого могут быть темные пятна, она чувствовала это всей душой, всем сердцем. Как только она могла подумать об этом? Андре, всегда такой открытый, такой благородный и чистый, разве он может солгать ей? Нет, это невозможно!

Что до Оливии, то Эмили не сомневалась, что сестра будет только рада, если она найдет свое счастье. А Андре как раз и был тем человеком, который сделал ее счастливой. Конечно, она обязательно расскажет о нем Оливии, и очень скоро...

Эмили так погрузилась в свои мечты, что даже не сразу услышала, как внизу отворилась дверь. Вдруг что-то гладкое и нежное легко коснулось кончика ее носа, покружилось по щеке и наконец пощекотало полуоткрытые губы.

– Ты принес мне розу, – улыбнулась Эмили.

– Угадала! – Над ее головой раздался низкий мужской смех.

Матрас скрипнул. Андре присел на краешек кровати рядом с ней.

– А какого она цвета?

– Темно-красная.

– Я всегда любила такие больше всего... – Ее улыбка стала мечтательной и немного грустной.

Отложив розу в сторону, Андре потянулся к ней, и Эмили, будто почувствовав это, бросилась в его объятия, уютно устроившись головой на широком плече. Потом покорно подставила ему губы, и волна чисто мужского тщеславия охватила Андре. «Боже, как же она красива!» – с привычным восхищением подумал он.

Прошло немало времени, прежде чем она отстранилась. Шторы на окнах были раздвинуты, и лунный свет лился в комнату. Было светло как днем. Он шутливо пригладил кружевную оборку на вырезе ее ночного одеяния.

– А я надеялся, что ты меня ждешь!

– Так и есть, – затрепетав, смущенно призналась Эмили. Закинув руки ему за плечи, она притянула его к себе и, собрав все свое мужество, прошептала, не поднимая глаз: – Останься со мной...

Все поплыло у него перед глазами, и мир завертелся в безумной пляске, Андре оцепенел, не веря своим ушам. Нет, ошарашенно мелькнуло у него в голове, он ошибся. Она не могла иметь в виду то же, что и он... Он напрягся.

– А ты уверена, что Оливия не вернется?

– Только завтра утром, – кивнула Эмили. – Цыганский граф устраивает бал, и она предупредила, что проведет нею ночь в Рэвенвуде.

Краешком сознания он отметил, с каким нескрываемым презрением Эмили произнесла слово «цыганский», и снова проклял себя за то, что обманывал ее. На душе у Андре было тяжело.

Но если бы он сказал ей правду, его бы здесь не было.

Время, казалось, остановилось. Андре колебался.

Легкая морщинка прорезала гладкий лоб Эмили, и она неуверенно окликнула его:

– Андре?

Раздираемый противоречивыми чувствами, Андре взглянул на нее. Губы ее, мягкие и манящие, были совсем близко от его губ. Сердце Андре глухо заколотилось в груди. Желание, жаркое и ослепляющее, воспламенило кровь в его жилах, ударило в голову, однако в глубине души он все еще колебался, помня об осторожности. Он должен отказаться. Отказаться, а потом немедленно уйти. Но она была такой теплой, такой соблазнительной...

Эмили умоляюще коснулась его губами, словно напоминая о себе.

Андре с трудом успел подавить стон, уже готовый сорваться с его губ. Ладонь его, подхватив сверкающий золотом водопад волос, легла на затылок Эмили, и АнДре с исступлением голодающего припал к ее губам. Тело Эмили выгнулось, как если бы он и был тем самым, единственным, которого она ждала... А сам Андре уже не понимал, где он – в раю или в аду. Влажное прикосновение ее губ, ее трепещущего тела, прикрытого одной лишь тонкой тканью, – все это приводило его в неистовство. Мучительное желание сводило с ума. Он с трудом оторвался от ее губ.

– Бог мой, – прохрипел Андре, – этого не должно быть! Это... это неправильно!

Эмили, ошеломленная и испуганная, отодвинулась в сторону. Какая же она дура, с горечью подумала Эмили. Бросилась ему на шею, а ведь он даже не хочет ее. Господи, он просто ее не хочет! Ей с трудом удалось овладеть собой.

– Что ж, тогда уходи! – крикнула она. – Уходи, если хочешь!

В голосе ее звенели слезы, и это было невыносимо. Андре понял, что больше не в силах бороться с собой. Он хотел эту женщину с первой минуты, как увидел ее, хотел так, как никакую другую до нее, и не сомневался, что не захочет никого после нее. Эмили молча отвернулась, но Андре, обвив руками ее талию, прижал девушку к груди.

– Я вовсе не хочу уходить, – прошептал он, смущаясь, как зеленый юнец.

Эмили на мгновение перестала его отталкивать, прислушиваясь.

– Чего же ты хочешь? – жалобно спросила она.

Руки Андре крепче сжались вокруг ее талии, и он почувствовал, как затрепетало ее тело.

– Все, что я хочу – здесь, в этой комнате. Я хочу тебя, Эмили. – Голос его дрожал от едва сдерживаемой страсти. – Но, даже сгорая от желания, я не могу не гадать... Что, если ты пожалеешь? Что, если станешь проклинать эту ночь?

Эмили невольно улыбнулась. Любовь переполняла ее сердце. Ей казалось, еще немного – и она просто не выдержит. Она взяла лицо Андре в свои ладони.

– Я не пожалею. И никогда не стану проклинать тебя. И уверена, самое правильное, что я могу, это... – Нежные губы ее дрогнули, голубые глаза, залитые слезами, были похожи на незабудки после дождя. – ... это быть с тобой!