Элен Фишер - Свет во тьме

Неужели из ревности можно убить человека?

Дженнифер, наконец, приняла решение. Она должна серьезно поговорить с Греем, несмотря на их ссору, и потребовать у него объяснений. Чтобы точно узнать, что же произошло, надо спросить самого Грея. Конечно, это довольно неприятно, но у нее нет выбора. Она должна знать правду.

— Я все же не верю, что Диану убил Грей, — прошептала она. — Он не убийца, нет. Я люблю его.

— Я много лет знаю Грея, — произнес Кэри, с состраданием глядя на нее. — И могу сказать, что он утратил остатки человечности в тот самый день, когда погибла Диана. Стал злым и бессердечным. Он убил Диану или кто-либо другой, главное — то, что ему нет до вас никакого дела. Он не способен вас любить.

Дженнифер проглотила комок, застрявший в горле, и произнесла:

— Я знаю. Но я не в силах его разлюбить.

Кэри никогда не видел, чтобы на ее лице отражались сразу любовь и страсть, радость и страдание. И сейчас он впервые понял, что его в ней привлекают не просто красивое лицо и стройная фигура. Она была удивительной женщиной.

— А я не могу не любить вас, — нежно произнес он. — Думаю, что мы оба безнадежно романтичные люди.

Дженнифер печально улыбнулась.

— Хотелось бы думать, — вздохнув, отозвалась она, — что на свете нет ничего совсем уж безнадежного.

Глава 21

Грей не обернулся, услышав звук открываемой двери кабинета. Вчера, разговаривая с Кейном, он признался, что ему одиноко без Дженнифер. Теперь он пребывал в подавленном состоянии и ни с кем не хотел разговаривать. — Грей…

При звуках ее голоса он резко обернулся. Его серые мученические глаза смотрели на нее с крайним изумлением, в них вдруг вспыхнула искра надежды. После двух недель одиночества и отчаяния Дженнифер, наконец, пришла к нему. Может быть, она хотела поговорить с ним. А может, решила принять его извинения. В голове Грея пронеслась сотня возможных предположений.

— Мне надо поговорить с вами, — заявила она.

Грей встал и учтивым жестом указал на кресло:

— Садитесь, пожалуйста.

Дженнифер села, удивившись вежливости Грея. Прежде он никогда не вставал, когда она входила в комнату. Да и вообще прежде не делал ничего, чтобы показать, что считает ее леди, достойной уважения.

— Чем могу быть вам полезен? — все так же учтиво спросил он. Во взгляде его светилась надежда.

— Мне надо поговорить с вами о Диане.

Надежда тут же погасла в его взоре.

— О Диане? — повторил он упавшим голосом. — А что вас интересует?

— Мне надо узнать, как она умерла.

— Я уже говорил вам, — ответил Грей как-то слишком поспешно, вспомнив, как в Уильямсбурге она, держа его за руку, усомнилась в том, что он убийца. Он вспомнил, как ее нежность растрогала его сердце. Вспомнил, как они были вместе.

— На этот раз я хочу знать всю правду.

Грей долгое время не отрываясь смотрел на нее.

— Вы говорили с Кэтрин, — сказал он, наконец. Дженнифер кивнула. — Очень хорошо. — Он поднял руки в знак того, что сдается. — Я скажу вам правду. Это я убил Диану.

Ее словно ударили кулаком в живот. Она ведь до сих пор не верила словам Кэтрин и Кэри. Хотя признание Грея многое объясняло — его жестокость, непрерывное ощущение своей вины, непредсказуемое поведение и презрение к самому себе.

— За что?

— Мы поссорились, — ответил Грей таким ровным голосом, словно они разговаривали о погоде. — Она… она сказала мне, что беременна. И заявила, что поскольку собирается через семь месяцев подарить мне наследника, то не хочет разделять со мной супружеское ложе… и никогда больше не будет.

В его голосе слышалась настоящая мука, Дженнифер могла себе представить, как такой отказ любимой должен был ранить его.

— Для меня это стало ударом, — продолжил Грей ровным, спокойным голосом. — Я знал, что она не испытывала удовольствия, когда мы занимались любовью, но никогда не предполагал, что она может навсегда выбросить меня из своей постели. Мы поссорились. И когда она покинула мой кабинет, я… я напился.

Дженнифер обратила внимание на то, что в его объяснении отсутствовал третий. Очевидно, тот поцелуй Кэри был здесь ни при чем. И у Грея даже мысли не было об измене Дианы. Разумеется, она сама никогда бы ему не призналась. И он об этом тоже ничего не знал. «Но если он ничего не знал о ее тайных связях, — подумала Дженнифер, — то с чего бы ему убивать ее?» Ссора по поводу исполнения супружеских обязанностей едва ли могла служить поводом для убийства.

— И что было потом?

— Что было потом, я не имею ни малейшего представления, — сказал Грей. — Я ничего не мог вспомнить. Проклятие! Если бы только я вспомнил…

— Но если вы ничего не помните, — вполне резонно заметила Дженнифер, — то почему считаете, что вы ее убили?

— Кэтрин нашла меня в десяти футах от трупа. Лицо Дианы было поцарапано, она была вся в синяках. Я будто бы признался, что убил ее. Я ничего не помню, кроме того, что видел ее тело. Я…

Он замолчал со страдальческим выражением лица. В душе сожалея, что вынуждает его снова вспоминать об этой ужасной трагедии, Дженнифер упорно продолжала задавать вопросы:

— Так, выходит, вы считаете, что убили Диану только со слов Кэтрин?

Грей резко выпрямился и как-то странно посмотрел на Дженнифер.

— Вы что, предполагаете, что Кэтрин могла солгать?

— Вот именно.

— Но зачем, черт возьми, ей делать это?

— Чтобы выгородить кого-то другого. — Дженнифер многозначительно замолчала. — Может быть, и себя.

— Я так понимаю, что вы подозреваете, будто это Кэтрин убила Диану, — сказал Грей после недолгого раздумья. — Но это просто смешно. Они, конечно, не были подругами, но у Кэтрин не было никаких причин для убийства моей жены.

— Напротив, как раз были. — И Дженнифер коротко передала рассказ Кэтрин о том, как она сломала ногу. — Теперь понятно? — И так как Грей все еще скептически кривился, энергично добавила: — Грей, это единственное разумное объяснение! Вы не убивали Диану. Я знаю, что не убивали! У Кэтрин были причины, и она лгала вам, чтобы отвести подозрения от себя.

Грей откинулся в кресле и в задумчивости переплел пальцы.

— В вашей версии есть несколько слабых мест, Джен, — сказал он. — Если убийца не я, то с чего бы мне оказываться в лесу в десяти футах от трупа?

Дженнифер растерянно замолчала.

— Я об этом не подумала. — А потом призналась: — А может, Кэтрин переправила вас туда, чтобы создать видимость того, что это вы виноваты?

— В такую даль? У нее бы не хватило сил оттащить меня туда. И подсадить на лошадь. И она тогда еще не оправилась от перелома, не забудьте. Нет, Дженнифер, наверное, все-таки это сделал я сам.