Мэри Патни - Шелк и тени

— Но сейчас она процветает. Цена акций, которые я приобрел, возросла вдвое.

— Я слабо разбираюсь в бизнесе, но знаю одно: если цена акций быстро растет, то недалеко то время, когда она может стремительно упасть. Может, вам лучше продать их прямо сейчас, получив разницу?

— Цены на наши акции будут только расти, миледи. Будущее за железными дорогами. — Дворецкий очень гордился своими познаниями. — Когда я уйду на покой, компания купит мне маленькую гостиницу в каком-нибудь южном городке, где ветры не такие холодные для моих старых костей.

В это время в холле появилась одна из горничных, и Гейтс принял официальный вид. Главным слугам разрешалось свободно разговаривать со своими хозяевами, но отнюдь не в присутствии младшего персонала.

Сара направилась к конюшням, размышляя о том, как странно начался у нее сегодняшний день.

Дорога вдоль Северных холмов к Чепелгейту была прекрасной, и к ней вернулось хорошее настроение. Она ехала верхом на спокойной гнедой кобылке, подаренной Перегрином к их свадьбе. День был солнечным, хотя в воздухе чувствовалось приближение осени. В мире много всякого зла, думала Сара, но в ее жизни пока все безоблачно, лучшего и желать трудно.

Росс сбежал по ступеням навстречу ей.

— Тебя послал мне сам Бог, Сара, иначе бы я перечеркнул всю последнюю главу.

— И лишил бы мир своей чудесной книги, — в притворном ужасе подхватила кузина.

— Скорее ужасной, чем чудесной, — засмеялся Росс, раскрывая свои объятия, в которые она незамедлительно упала, передав вожжи груму.

Обнявшись, кузен с кузиной поднимались по лестнице.

— Не спрашиваю, как твои дела, — сказал Росс, — по твоему лицу и так все видно. Ты сияешь, как блин на сковородке.

— Брак — чудесная вещь, — согласилась Сара не в силах скрыть счастливую улыбку. Глаза Росса стали серьезными.

— Никаких разочарований? — спросил он.

— Никаких. Микель — фигура загадочная и сложная, но ко мне он относится великолепно.

— Медовый месяц не длится вечно, — заметил Росс, вздохнув.

— Конечно, нет, — согласилась Сара. — Но многим ли людям выпадают две недели безоблачного счастья? Что бы ни случилось в будущем, они останутся в моей памяти. Ты беспокоишься за меня, потому что сам познакомил меня с ним. Перестань волноваться, что будет, то будет. Даже если мне станет плохо, в том не будет твоей вины.

— Мудрые слова, — сказал Росс, открывая перед Сарой дверь, — жаль, что я не могу последовать им. Лучше оставайся счастливой, чтобы я не чувствовал угрызений совести.

Они вошли в холл, где Сара сняла с головы маленькую, украшенную вуалеткой шляпку.

— Через несколько дней Мы собираемся в Лондон, — сказала она. — Начинается малый светский сезон, и я хочу представить обществу своего великолепного мужа.

— Значит, мама уже успела убедить тебя принять приглашение на бал, который устраивает кузина Летисия?

— Это одна из причин, почему я хочу в Лондон, — ответила Сара, передавая дворецкому шляпку и хлыст. — Я не виделась с Летти уже вечность и хочу непременно присутствовать на балу, который она дает в честь первого выхода в свет своей дочери. Правда, я ненавижу такие мероприятия. Всегда на них много народу, душно, шумно, но, если я не приду, кузина может обидеться. Микель говорит, что он впервые видит женщину, у которой столько кузенов и кузин, но не возражает, чтобы сопровождать меня к ним. Кроме того, у нас много дел в городе: у него бизнес, а я хочу купить кое-что для дома. Папа собирается представить Мякеля ко двору, может, мы посетим и другие приемы. Так что дел в Лондоне много. Полагаю, мы остановимся там недели на две. А ты будешь на балу у Летисии?

Росс всем своим видом дал понять, что ему не избежать этого мероприятия,

— Глупый вопрос, — сказала Сара, — как будто кто-то может противостоять тете Маргарите.

— Мама не устает твердить, что я превратился в отшельника, и ее задача почаще вытаскивать меня в общество. Я начинаю серьезно подумывать о новом путешествии. Сначала в Константинополь, а далее в Левант.

Саре стало страшно — исследование новых земель всегда сопряжено с опасностью, но она знала, что у ее кузена страсть к путешествиям и она не должна пытаться остановить его, достаточно с него и родителей. Те, кто любил и понимал Росса, знали, как неуютно он чувствует себя в лондонском высшем обществе. От светской жизни ему становилось скучно и неуютно.

Сначала Дженни, затем Гейтс, теперь вот Росс. Медовый месяц закончился. Они с Микелем могут наслаждаться обществом друг друга каждый вечер, но снова должны стать частью общества со всеми его проблемами.

Перегрин вошел в контору Слейда и небрежно бросил на стол шляпу. Он весь кипел от возбуждения и старался скрыть волнение под маской равнодушия.

— Доброе утро, Бенджамин. Я с восторгом узнал, что жребий брошен. Как реагируют финансовые круги на известие, что мы возобновили иск против железнодорожной компании?

— Акции вдвое понизились в цене и продолжают падать. — Слейд откинулся в кресле и скрестил на груди, руки. — Инвесторы возмущены и собираются подать на компанию в суд. Но еще больше их возмущают преступления, совершаемые на земле Кроули, и в частности убийство его сына. Если бы у нас была больше доказательств вины Велдо-на, то мы могли бы уже сейчас привлечь его к суду.

— Великолепно! — Перегрин сел на стул, вытянув вперед длинные ноги. — Просто великолепно!

— Странно слышать такое от человека, который за сегодняшнее утро потерял сорок тысяч, фунтов и в ближайшее время потеряет еще больше, — заметил Слейд.

— Деньги ничто по сравнению с тем удовольствием, которое я получаю. Что еще нового?

— Я слышал, что один из банков был готов предоставить Велдону заем под акцки железнодорожной компании, но сейчас, когда они падают в цене, сомневаюсь, что банк пойдет на эта Если Велдон захочет избежать полного разорения, то ему придется обратиться за деньгами либо к друзьям, либо к родственник»!.

— Или он будет шантажировать одного из тех, кто тайно посещает его бордели, — цинично заявил Перетри»,

— Вас это беспокоит? — спросил Слейд. — Одним подлецом больше, одним меньше.

— О людях судят по их поступкам, — бесстрастно заметил Перегрин. — Если это подлец, то пусть он его шантажирует, сколько душе угодно. Боюсь, что в этой схватке Велдон вытащит на свет еще не одного такого же мерзавца, как и сам.

— Сейчас вы лишили Велдона всего, чего хотели. Разорвали его помолвку и женились на женщине, которая должна была стать его женой, вы лишили его надежды на титул и привели на грань банкротства. А что, если он узнает, что за всем этим стоите вы? Вы подумали о последствиях? Он ведь очень опасный человек.