Барбара Мецгер - Козырной туз

У леди Хаверхилл сломался карандаш.

– Вот досада: придется все начинать сначала.

Алекс открыл второй альбом с эскизами. Увидев, что он искренне восхищен, Нелл с воодушевлением стала показывать свои рисунки. Мистеру Пибоди и сэру Чонси надоело смотреть, как леди Хаверхилл рисует скулы леди Люсинды или изгиб ее бровей. Они подошли к Нелл и оба наперебой стали восхищаться ее талантом.

Приободренная похвалами, Нелл нашла один очень старый альбом, сохранившийся еще со школьных времен. Пролистав его, Нелл нашла рисунок, который мог заинтересовать всех: леди Люсинда в школьном фартуке, с темными косичками.

К леди Люсинде вернулось хорошее расположение духа, поклонники снова стали ее расхваливать. Восторгались тем, как хороша она была даже в пору ранней юности, говорили, что уже тогда можно было сказать, что она станет красавицей.

Нелл сочла неуместным упоминать о том, что сделала этот набросок, когда Люсинда учила девочек, как найти себе подходящего мужа.

Мистер Пибоди стал перелистывать другой альбом, где помещались последние работы Нелл, но она забрала у него рисунки.

На эскизе был изображен спящий лорд Кард в ночной рубашке.

На щеках Нелл вспыхнул румянец.

– Я рисовала это с натуры, пока его сиятельство болел, после того как, едва приехав, попал под копыта лошади. Взгляните, у него перевязана голова. – Нелл говорила первое, что приходило на ум, осознав, что только что выдала себя с головой. Каков бы ни был план Алекса, она не хотела, чтобы кто-то подумал, будто она часто наведывалась в его спальню, и сделал неправильные выводы.

Алекс пришел ей на выручку:

– Как жаль, что из-за своего состояния я понятия не имел о том, что нахожусь в обществе дамы. Даже не догадывался, что мисс Слоун рисовала, пока дежурила у моей постели, сменяя Стивза на его посту и проверяя по ночам, не вспотел ли я. Только настоящая леди станет сидеть у постели больного незнакомца, забыв о сне.

Пибоди понял, что именно подразумевал граф: репутация мисс Слоун не запятнана. Он поспешил переменить тему разговора:

– Никогда не видел вас без очков, лорд Кард.

Алекс внимательно рассматривал рисунок.

– Вы изобразили меня таким умиротворенным и гораздо красивее, чем я есть на самом деле. – Он посмотрел на Нелл и улыбнулся, выразительно вздохнув, словно имея в виду, что таким его могла увидеть лишь влюбленная женщина. – Благодарю вас, дорогая моя.

Нелл снова залилась румянцем. Алекс прав: только влюбленная женщина могла увидеть графа таким! Несмотря на то что граф Кард красив всегда, в любой ситуации, и карандаш Нелл не в состоянии передать ту силу, которая исходит от него, даже когда он спит.

– Вам не кажется, что здесь очень жарко?

Алекс улыбнулся. Нелл подала ему блестящую идею.

– Может быть, выйдем в сад?

– Нет! – воскликнула Нелл. Достаточно того, что он сидит от нее слишком близко, их бедра соприкасаются. Его случайные прикосновения обжигают Нелл. Она постаралась отодвинуться, насколько это было возможно в кресле для двоих. Кто знает, что взбредет ему в голову, когда они окажутся в темноте? – Благодарю вас, кузен, что-то не хочется.

– Мы могли бы прогуляться все вместе.

– Но погода может показаться дамам слишком холодной для прогулок, – возразил сэр Чонси, опасаясь промочить свои вечерние туфли до того, как ему придется возвращаться в деревню. – Если вы помните, леди Люсинда только что оправилась после недомогания.

– Что вы сказали? – вскричала леди Хаверхилл. – Леди Люсинда выглядит перекошенной? Это все ее нос. Тут уж ничего не поделаешь.

– Носик леди безупречен! – Пибоди отложил в сторону альбомы Нелл и поспешил к своей обожаемой госпоже.

Сэр Чонси тоже вскочил на ноги.

– Носик вполне красив и выдает сильный характер его обладательницы.

– Точно так же, как и нос графа Карда, – вставила Нелл, решив не оставаться в долгу и в отместку за выходки Алекса тоже вогнать его в краску. Однако Кард ничуть не смутился и послал Нелл воздушный поцелуй.

– Спасибо, дорогая. Я рад, что вы такого высокого мнения обо мне.

А вот леди Люсинда, видимо, не была рада. Ее утомил этот скучный вечер. Она поднялась, не дожидаясь, когда леди Хаверхилл закончит рисовать ее портрет.

– Я устала сидеть без движения. К тому же мой портрет писали самые известные художники в Лондоне. Должна сказать, я не поклонница любительской живописи. Будь скромнее, Элеонора, если хочешь быть принятой в лондонском обществе.

– Чай? Кажется, вы упомянули о чае? – спросила леди Хаверхилл как раз вовремя, заставив усомниться в ее глухоте. Она перебила леди Люсинду, чтобы та не сказала ничего лишнего. Вся родня знала, что она невоздержанна на язык. Лорду Карду наверняка не понравятся замечания Люсинды в адрес его новой протеже.

Леди Хаверхилл оказалась права. Когда Редферн подкатил к ним тележку с чаем, граф демонстративно игнорировал леди Люсинду. Алекс поручил сэру Чонси и Пибоди следить за тем, чтобы чашки Нелл не были пустыми и передавать ей тарелки с печеньем и пирожными. Сам он сидел рядом с ней, уговаривая ее попробовать то одно, то другое.

– Он откармливает ее как гуся, которого везут продавать на рынок, – прокомментировала поведение лорда Карда леди Люсинда, когда они с леди Хаверхилл раньше обычного покинули гостиную.

Алекс похлопал Нелл по руке и подмигнул ей, прошептав:

– Ну что, я прав? Мой план сработал.

– Из-за вашего идиотского плана все перевернулось вверх дном, а я стала объектом пересудов. – Нелл была расстроена. Им приходилось притворяться. Все, что сейчас делал Алекс, было не чем иным, как игрой. А как бы ей хотелось, чтобы такой прекрасный джентльмен, как Алекс, ухаживал за ней не понарошку, а всерьез! Она мечтала хоть раз в жизни ощутить, каково это, когда тебя хотят, обожают, шепчут тебе слова любви.

– Леди Люсинда отошла ко сну, так что хватит лобызать мою руку.

– Ах вот что я, оказывается, делал? Извините, я увлекся, любуясь вашей кистью и изящными, тонкими пальцами настоящего художника.

Нелл убрала руку.

– Что, разве на моей руке остались следы карандаша или красок?

Алекс вздохнул:

– Ах, как трудно с вами вести милую беседу, девочка моя!

– А зачем вам это, если большая часть зрителей покинула зал?

Сэра Чонси к тому времени тоже удалось проводить. Правда, не сразу, а после недвусмысленных намеков Алекса на то, что баронету предстоит неблизкий путь по темной дороге. Мистер Пибоди делал вид, будто греет руки у горящего камина, а сам в это время старался подслушать разговор Нелл и Алекса. Кард погладил Нелл по щеке.

– Напротив, дорогая. Если бы здесь не было Пибоди, я рассказал бы вам, насколько восхитительно вы выглядите, когда стыдливо краснеете, и как одна ваша улыбка может меня согреть. Я бы восхищался вашей атласной кожей и вашими ангельскими голубыми глазами. Если бы Редферн и лакей не могли войти сюда в любой момент, чтобы убрать со стола чашки, я вынул бы шпильки из вашей прически, чтобы ваши роскошные волосы рассыпались по плечам. Я бы…